Ну, а что еще тут можно было сказать? Он же кот. Кот, вокруг которого грызуны водят хороводы.

«Либо он слишком добрый, либо я схожу с ума», — угрюмо подумала я, отступая от когтеточки и сожалея, что не могу допросить кота. И самое печальное, в нашем магическом мире не было ничего, что могло заставить его говорить, кроме небольшого шанса, что Котя решит стать фамильяром и начнет болтать, как Краус. Хотя как Краус не надо… Еще не заткнешь.

Вздохнув, я решила отпустить все произошедшее. Все равно не найду нужных концов, чтобы распутать клубок вопросов. А дабы не поддаваться одиночеству, которое будоражило мою и так измученную фантазию о Реджесе и предстоящей встречи с директором и Сенжи, я немного подумала и вновь достала книгу Воста.

Первую страницу перечитывала, наверное, раза три или четыре, потому что постоянно теряла мысль, то и дело сворачивая на тропу из мрачных дум, но потом постепенно втянулась. Даже не заметила, как закончился один урок, начался другой, а следом — обед. И если бы не Мэй, которая пришла, чтобы оставить книги и встретиться со мной, я бы, наверное, и его пропустила.

— Ты уверена, что стоит брать ее с собой? — с сомнением посмотрела на меня Мэй, когда я отправилась на обед вместе с книгой.

— Угу.

— Настолько понравилось?

— Угу, — вновь ответила я, чуть не столкнувшись с идущим впереди учеником.

Однако отчасти это было ложью. Да, книга была занятная — я такую еще не встречала — и рассказывала о первом появлении в нашем мире драконов, вот только я взяла ее с собой, чтобы не отвлекаться на других людей. Уткнувшись в книгу, я не видела их взглядов, а еще…

— Лав… — произнес Ник, когда я села за стол рядом с ним, но на небольшом расстоянии.

Он хотел сказать что-то еще, но я, продолжая смотреть в книгу, произнесла:

— Не говори со мной, не смотри на меня, даже не дыши на меня. Я на тебя обижена.

— Но…

— В глазах Дила тем более обижена, — все-таки оторвалась я от книги и посмотрела на него. — Было бы странным, если после произошедшего все осталось бы нормальным. Согласен?

Ник виновато отвел взгляд, а я украдкой оглянулась из-за плеча на Дила, который снова сидел неподалеку. В этот раз он совсем не улыбался, а его обсидиановый взгляд впился в наши с Ником спины, что меня жутко разозлило:

— Однако от ухаживаний не откажусь.

— Так на самом деле ты на меня не злишься? — тут же встрепенулся Ник.

— Злюсь, — чувствуя, как теплеют мои щеки, подняла я книгу повыше. — Так что положи мне грибов. И нет, не этих… Вон тех.

— А какая разница?

— Те дальше…

Ник оторопел, пытаясь переварить смысл моего странного запроса, а потом спохватился:

— А! Понял! — и потянулся к самой дальней тарелке с грибами.

Он принялся выполнять все мои самые абсурдные капризы. Я даже заставила его раза три сменить поджаристую куриную голень на крылышко и обратно! Отчего выражения лиц Лекса, Хоста и Мэй, которые не слышали нашего разговора, становились странными, а вид Дила — все мрачнее и мрачнее, пока он, так и не поев, не поднялся из-за стола и не покинул зал. Лишь тогда я выдохнула, положила между мной и Ником книгу и взялась за обед, который даже в самое голодное время не осилила бы съесть.

Здесь было все: начиная с грибов и заканчивая салатом из яблока и моркови, который я не особо любила, поэтому отодвинула вилкой и зачерпнула мятого картофеля, пропитанного с разных краев подливой, растительным маслом и сметаной. Увидев, что я начала есть, Ник заметно расслабился. Возможно, даже из-за того, что я вообще приняла еду, которую он мне накладывал. И, немного посомневавшись, осторожно поинтересовался:

— Так ты в самом деле злишься на меня или нет?

— В самом деле, — ответила я, но немного подумала и добавила: — Или нет.

— Лав…

— Давай просто поедим? — устало вздохнула.

Уж чем-чем, а заниматься разбирательством наших непростых отношений, когда в моей тарелке столько еды, я хотела в самую последнюю очередь.

— Я пропустила завтрак, поэтому очень голодна.

Ник замолчал и, опустив голову, покорно произнес:

— Хорошо.

Он бросил короткий взгляд на книгу, которую я положила между нами, и больше не стал что-либо говорить. Зато красноречивые взгляды наших друзей порой назойливо «кричали», как и случайных свидетелей, из-за чего я все быстрее и быстрее работала вилкой. Уже даже не смотрела, что именно ем, а как только почувствовала сытость, поднялась из-за стола и собралась уйти.

— Лав.

Ник поймал меня за руку до того, как я успела отойти.

— Если я могу что-то сделать, то…

Ощутив на себе многочисленное внимание, я высвободила запястье из его пальцев и перебила:

— Просто дай мне время.

Но он снова поймал меня за руку и, совсем не стесняясь того, что на нас смотрят, решительно произнес:

— Я сделаю все, что ты захочешь. Абсолютно все. Даже…

— Даже станешь ради меня безумцем? — не удержалась и хохотнула я, отчего Ник изменился в лице.

Его пальцы разжались, а кончики ушей покраснели, когда он понял, насколько похожими получились его слова на то, что еще утром говорил Дил. Даже мне стало забавно. Вот только «сделаю все» Дила и Ника разительно отличались. Дил, действительно, мог сделать в этом мире практически все. У него была власть, деньги, благородная кровь, ну и просто дьявольская красота, которой он мог бы очаровать даже самого злобного ифрита. А Ник был просто готов на все: преодолеть свои пределы, отдать последнюю рубашку и даже душу. И его «сделаю все» для меня прозвучало куда искреннее.

— Я больше не злюсь, — немного хрипло произнесла я, видя, как сильно переживал Ник.

Все-таки Мэй была права: он ни в чем не виноват. Просто попал в ситуацию, когда любой его ответ принес бы последствия, с которыми мне пришлось бы разбираться. И какие из этих последствий были бы страшнее — еще вопрос.

— Просто мне действительно нужно идти.

И? оглядев лица ребят, которые все это время плохо старались на нас не смотреть, добавила:

— Еще увидимся.

После чего поспешила покинуть Большой зал, который из-за неловкой ситуации, чужого внимания и одновременно привычного и непривычного отсутствия за преподавательским столом декана Боевого факультета больше не казался мне уютным местом. Не спасал даже вкусный аромат еды. И все усугубляла мысль, что совсем скоро мне придется отправиться в корпус некромантии — логово самого дьявола.

Словно предчувствуя нечто зловещее, погода после обеда совсем разбушевалась. Мело так, будто природа решила абсолютно все на земле укутать белым саваном — или, проще говоря, похоронить. Я тоже старалась похоронить нарастающую тревогу в своем сердце и что только для этого не делала: пыталась читать, туда-сюда ходить, размышлять… Только волосы на голове не рвала. И на этом спасибо.

Сосредоточиться на истории о драконах я больше не могла, поэтому отложила ее до лучших времен или хотя бы вечера. Если все пройдет хорошо, то позже вернусь к чтению. Если нет, то смысла в этом никакого не будет и даже на самые жуткие угрозы элементаля ничем не помогут.

Ходить туда-сюда да еще после плотного обеда быстро утомилась. С размышлениями тоже не шибко клеилось. Я скатывалась в объятия переживаний то о Реджесе, то о директоре, то о… Нике. Мой разум отчаянно старался найти решение любой вероятной проблеме, которая поджидала меня в корпусе некромантии. И сколько бы идей в голову ни приходило, самой верной, но крайне неприятной и даже омерзительной была лишь одна: попросить заклинание огня у Ника.

В какой-то момент, когда мои мысли достигли точки кипения, и тогда у меня словно сами собой наложились воспоминания, где декан говорит, чтобы я приберегла свое доверие для кого-то другого, а Ник обещает сделать для меня все. И сейчас, перед встречей со своим страхом — директором, потребность в хотя бы малейшем заклинании огня выворачивала мою душу, вынуждая к поступкам, которые сама же считала неприемлемыми. Мне до жути хотелось воспользоваться Ником. Его магией. И знала: мне было достаточно его только попросить, и он бы наверняка не отказал. Сделал бы все, чтобы меня защитить. Чтобы мне угодить. И это…