— Мэй… — начала я, чувствуя смущение, и подалась к ней, но Ник схватил меня за руку.

— Лав, — выдохнул он. — Прости меня.

Я внутренне вздрогнула от его слов. В памяти всплыл душераздирающий крик из сна, когда Ник произнес то же самое, но сильно отличающееся от того, что было сейчас.

— Я не хотел на тебя кричать и…

Он осекся, когда Котя на моих плечах недовольно зачавкал и заворчал. Взгляд Ника тут же метнулся туда, откуда исходил звук, и словно вспомнив, как Котя поранил Дила, он поторопился отпустить мою руку, но перед этим что-то в нее вложил.

— Он… Он здесь? — шепотом поинтересовался Ник.

— Да, — ответила я с кривой улыбкой и стиснула ладонь, в которой ощутила клочок бумаги. — Ник…

— Ник, мне нужен компот! — вновь громко произнесла Сладос, и мы оба оглянулись в ее сторону.

— Позже поговорим, — вздохнул Ник.

В его глазах опять отразилось сожаление.

— Но ты знай: вчера я не хотел тебя обижать, просто я…

— Волновался обо мне, — закончила я за него и вновь улыбнулась, уже кожей ощущая всю нашу неловкость.

Ник кивнул, а я помрачнела и произнесла:

— Потом поговорим.

Его взгляд тоже на мгновение погас, когда он понял, что мне тоже есть что ему сказать. В последний раз глянув на мое плечо, где была морда невидимого Коти, он медленно попятился, а я развернулась и произнесла:

— Мэй, идем.

И без оглядки пошагала в сторону выхода из буфета. Заметив мою кислую мину, Мэй поспешила со мной поравняться и поинтересовалась:

— Что-то случилось?

— Нет, но…

Я погладила пальцами лоб и вновь обратила внимание на бумажку в ладони.

— Все как-то усложнилось, — продолжила говорить, попутно разворачивая послание, и задумчиво промычала: — Хм…

На пустом листке появилась и закрутилась золотая стрелка, которая вскоре перестала вращаться и замерла, указывая вперед.

— Что? Что там? — заглянула из-за моего плеча заинтригованная Мэй, чьи брови удивленно приподнялись при виде стрелки. — Магический компас?

— Похоже на то, — кивнула я, отрывая взор от стрелки и хмуро посмотрев вперед, откуда из прохода в буфет стекалось все больше учеников, и решительно произнесла: — Идем, выясним, куда он ведет.

И вместе с Мэй последовала туда, куда указывала световая стрелка.

Золотая стрелка провела нас мимо гибривиуса, указала подняться на третий этаж и исчезла в одном ничем не примечательном пустынном коридоре, который значился на карте, как синий коридор. Название такое он носил, потому что был одним из прямых путей, ведущих к Синей жилой башне.

— И что дальше? — спросила Мэй, когда стрелка схлопнулась и рассыпалась искрами, оставив в моих руках пустую бумажку.

Я пожала плечами и только собиралась заговорить, как вдруг глаза Мэй удивленно округлились — нас обхватили чьи-то руки и резко потянули назад. Мы даже пискнуть не успели, как мир размылся, и пришло ощущение зыбкости вместе с болью от когтей Коти.

«Метаморфная стена!» — узнала я это ощущение и за одно мгновение в голове пронеслась тысяча мыслей. В целом, я была спокойна, потому что подозревала, кто это мог быть, но все-таки в душе шевельнулся червячок сомнения, который породил отголосок страха. Ведь по моим предположениям убийца в Академии тоже мог пользоваться метаморфными стенами, чтобы перемещаться незаметным.

Ощущение зыбкости исчезло так же быстро, как появилось, а мой слух пронзили испуганный крик Мэй и яростное шипение кота, который сильнее впился когтями в мои плечи и вдруг оттолкнулся, отчего я болезненно ахнула, а чужая рука соскользнула с моей талии.

— Пшшшш! — приземлился кот за моей спиной, и я резко обернулась, застав занимательную картину.

Лекс испуганно попятился, а Котя выгнул спину и бочком угрожающе наступал на него. Глаза кота широко распахнулись и горели безумным огнем то ли от страха, то ли от ярости. Когти скребли каменный пол, цвет шерсти стал ярко-пурпурным — смесью фиолетового и красного, а хвост напоминал беличий.

— Лекс! — воскликнула я, и в тот же миг Котя атаковал его, отчего Лекс с визгом отпрыгнул:

— Это что за зверюга⁈ Уберите! Уберите его!

Он отбежал и споткнулся о ящик на полу, рухнув в груду тряпья, которую зацепил рукой и обронил с полок на пол. Кот с забавными и воинственными звуками прыгнул на Лекса, который, еще громче закричал и выпустил яркую вспышку света.

— Котя! — испуганно воскликнула я, когда кот рухнул в эту вспышку и пронзительно мяукнул.

Я ринулась за котом, уже готовая впитать это заклинание, но остановилась, когда заметила, как заклинание света замерцало и принялось стремительно сжиматься, пока не открыло моему взору кота… вдыхающего световое облако!

У меня челюсть отвалилась от удивления, когда я заметила, с каким наслаждением Котя поглощает заклинание света, запрокинув морду и стоя на груди перепуганного Лекса. Шерсть кота из пурпурной превратилась в оранжевую, а когда весь свет был поглощен, Котя обалдело мявкнул и принялся неистово тереться о лицо до смерти перепуганного Лекса.

— Он… он сожрал мое заклинание! — в панике произнес Лекс, боясь пошевелиться, пока Котя ластился к нему, словно встретил нескончаемый источник сока мандрагоры. — Он и меня съест! Он меня съест!

— Лекс! Ты придурок! — воскликнула Мэй, держась за сердце и пытаясь перевести дыхание. — Это всего лишь кот!

— К-кот⁈ — испуганно произнес Лекс, чьи глаза еще сильнее округлились, а лицо побледнело сильнее. — У… У…

Начал он заикаться и посмотрел на Хоста, который с книгой в руках сидел на деревянном коробе и не спешил помогать другу.

— У… Апчхи!

— А я говорил, что это плохая идея, — произнес Хост и вернулся к чтению, а я бросилась к коту:

— Котя! — попыталась оторвать его от Лекса, но тот вцепился в парня всеми четырьмя лапами.

— Уберите… Уберите его от меня, — зажмурился Лекс и попытался отвернуться от попыток кота подарить ему свою внезапную любовь. — Уберите, а то я… А… Апчхи!

— Мр-мяу!

— Котя, отпусти Лекса! — потребовала я, но коту было плевать.

— Апчхи!

— Котя!

— Мяу!

— Апчхи!

Уже и Мэй подключилась к попыткам разделить кота и Лекса. У последнего уже глаза опухли и заслезились. Мне тоже хотелось плакать от сожаления и стыда, потому что у Коти даже слюни потекли от удовольствия, и он усердно размазывал их по лицу Лекса.

— Котя, — чуть ли не прохныкала я. — Прекращай! Пожалуйста! У него аллергия на котов!

— Мр-р-р-мяу! — по шерсти кота прошла красная рябь протеста, а Лекс взвыл, когда я сильнее потянула, буквально отрывая от него кота.

Но Котя не сдавался. Он двумя лапами зацепился за пиджак и истошно завопил.

— Святая Белладонна! — выдохнула я. — Да что с тобой не так!

Мэй попыталась отцепить лапы кота от пиджака Лекса, но быстро бросила эту затею и громко произнесла:

— Раздевайся!

— Что? — не понял Лекс.

— Снимай пиджак!

На его бледном и опухшем лице промелькнуло осознание, и вскоре благодаря совместным усилиям кот и человек разделились. Котя с досадой выронил пиджак и начал выворачиваться из моих рук, а перепуганный Лекс с небольшими пятнышками крови на белой рубахе поднялся и отступил Мэй за спину.

— Это… Это что за зверюга⁈ — ужаснулся он, когда Котя опять сменил цвет с синего — досады на красный — злость.

— Мой фамильяр, — угрюмо пробурчала я.

— Твой… — округлились глаза Лекса. — Фамильяр?

Выглядывая из-за спины Мэй, он призвал заклинание, чтобы исцелить царапины и симптомы аллергии, отчего Котя опять взбеленился. Запрокинув морду, кот заорал на меня благим кошачьим и начал неистово выкручиваться.

— Лекс, прекращай исцеляться!

Мэй хлопнула Лекса по руке, отчего его заклинание света рассеялось.

— Котя волнуется!

— Но мне больно! — возмутился тот.

— Будет еще больнее, если не прекратишь!

Лекс обиженно шмыгнул носом, а лицо Мэй смягчилось.