И отвернулась, не желая смотреть на игру Лекса «магическими мускулами».

— Лучше в совершенстве владеть чем-то одним, чем многим, но несовершенным, — возразил тот.

— Поднять один ящик — это, по-твоему, совершенство?

Бах! Ящик упал, а Лекс стиснул кулаки и шагнул к Мэй:

— Да я!..

— Эй, ребят! — прервала я их новую попытку поругаться. — Все готово.

Мэй и Лекс перестали буравить друг друга взглядами и резко обернулись на меня, отчего по спине пробежали мурашки. Откашлявшись, я раскрыла ладонь, где лежал все такой же прозрачный шарик, но при виде него выражение лица Лекса стало радостным.

— Хе-хе-хе… — тихо и коварно рассмеялся он, забирая сферу памяти и вручая Хосту, чьи глаза тоже ярко заблестели. — Как же долго я этого ждал!

— И что теперь? — поинтересовалась я.

— Теперь? — еще шире улыбнулся Лекс. — Конечно же, пойдем изучать тайный ход!

— М-м-м… Лекс, дело в том, что я не знаю, как открывается метаморфная стена.

— Так еще интереснее! — обрадовался он. — Нам не впервой возиться с открытием, заодно посмотришь, как это делается. Так что давай, забирай свою зверюгу и погнали! А я пока проверю, нет ли никого на другой стороне…

— Кстати, о Коте, — вдруг произнесла Мэй. — Вам не кажется, что стало слишком тихо?

Мы все замели. Даже Лекс тоже остановился, так и не приблизившись к метаморфной стене, и с нами переглянулся. Еще совсем недавно было слышно шкрябанье когтей, фырканье и порой недовольное мяуканье, когда шарик от Коти «убегал», а сейчас наступила абсолютная тишина. Да и светящегося шарика не было видно.

— Отсюда же нет выхода, кроме метаморфной стены? — заволновалась я.

— Естественно, — ответил Лекс. — Это же кладовая…

— Кладовая? — удивилась Мэй.

— Да, — ответил Хост. — Они все находятся за метаморфными стенами.

— То-то я их не видела…

— Котя? — позвала я, отправляясь вглубь кладовой, которая сейчас казалась еще больше и темнее.

— Лекс, можешь сильнее засветить комнату? — поинтересовалась Мэй.

— Опять колдовать⁈ А вдруг он притаился и ждет…

— Лекс!

— Ладно-ладно, я сейчас.

Он поднял ладонь и под потолок поднялся большой светящийся шар, похожий на миниатюрное солнышко. Мрак мгновенно отступил, открывая нам все помещение кладовой, в которой кот и ребята устроили легкий бардак. В основном кот, когда пытался поймать шарик. Ребята, соревнуясь в левитации, скорее поднимали сброшенные на пол вещи и неаккуратно складывали на полках.

— Котя, ты здесь? — вновь произнесла я, обходя и стопку из ящиков в середине комнаты. — Котя? Ко… — и осеклась замерев.

Меня перекосило от бури эмоций. От лица сначала отхлынула кровь, а когда подошли остальные ребята, щеки вспыхнули жарким румянцем.

— Что? Что случилось? — остановилась возле меня Мэй.

— Это… — выдывала я и опять замолчала.

Благо, объяснять ничего не пришлось — Мэй и так сама все увидела, отчего ее реакция ничем не отличалась от моей.

— Ну, он плотно покушал… — произнесла Мэй.

— Да что у вас там происходит⁈ — не выдержал и растолкал нас Лекс, который застал уже процесс закапывания кучи полотенцами.

— Понимаешь… — начала я, а Мэй продолжила:

— Мадам Сладос очень плотно накормила Котю, и он…

— Только не говори, что зверюга… — побледнел Лекс, а я ответила:

— Да.

— Твою же мать! — вдруг взревел он во все горло, отчего мне стало совсем стыдно.

— Я… Я сейчас все уберу!

И только шагнула к Коту, как стены кладовой, потолок и пол вдруг застонали и затряслись. Да так сильно, что устоять было сложно, с полок посыпались вещи, а с потолка пыль.

— Что происходит? — испуганно воскликнула Мэй, хватаясь за коробки, которые вскоре рухнули, но благо не на нее, а совсем рядом от ее ноги.

Белладонна… Благослови Чарлин с ее защитными рунами.

— Хранители! — крикнул Лекс, бросаясь к моему коту. — Хост! Открывай стену! Проверять времени нет!

Кот сдавленно мявкнул, когда его схватили, и от страха чуть не влепил Лексу затрещину лапой с прицепившимся к когтю полотенцем. Но быстро заметил, на чьих ручках оказался, и обрадованно мявкнул.

— Ыть! — сморщился Лекс от вида полотенчика.

Повезло, что оно потерялось по пути прежде, чем Лекс сунул кота мне в руки и, схватив за руку качающуюся из стороны в сторону Мэй, крикнул:

— Бежим!

— Я… Я сейчас упаду! — испугалась Мэй.

— Не упадешь, я тебя держу!

А я держала кота… Который, увы, совсем не помогал ситуации.

Мы все ломанулись прочь из кладовой, в которой началось мини-землетрясение. На наши головы валились, подушки, полотенца, салфетки… Все! Абсолютно все, что могло находиться на опасно подпрыгивающих и качающихся стеллажах. Поднимался оглушительный вой, треск, хруст, звук трения камней! Казалось, будто стены сейчас сомкнутся и нас всех раздавят.

Первыми выскочили из кладовой Лекс и Мэй, за ними я, а за мной уже до ужаса бледный Хост. И если там стоял невообразимый грохот на грани апокалипсиса, то в коридоре царила оглушительная тишина и абсолютный покой. От такого резкого контраста даже в ушах зашумело, и лишь наше сбивчивое и тяжелое дыхание подсказывало, что нам это все не привиделось.

— Что, черт возьми, это было? — еле выдавила Мэй.

— Хранители… — выдохнул Лекс. — Академии… — и тихо выругался.

Они с Мэй все еще продолжали держаться за руки. Однако как только друг на друга взглянули — как оба на мгновение затаили дыхание, покраснели и резко отпрянули.

— Мда… — выдохнул Хост, который не заметил забавного поведения ребят. — Теперь нам путь сюда надолго заказан.

— Похоже на то, — согласился Лекс. — Хорошо, что выбрали не наше основное убежище… И все из-за какого-то кота!

— Котя не виноват… — начала Мэй.

— А кто виноват? — перебил ее Лекс. — Это он, а не мы, навалил там кучу и разозлил Хранителей!

— Котя живой, и это естественный процесс!

— Да пошел он со своим естествен… Апчхи! — чихнул Лекс. — Зашибись.

И шмыгнул носом.

— Больше чтобы никаких котов! Зачем вы вообще его за собой потащили?

— Он же фамильяр Лав.

— И что? Оставили бы в комнате!

— Не могли.

— Боялись, что он от скуки там стухнет?

— Боялись, что ему снова станет плохо! — яростно выкрикнула Мэй. — Котя, он…

— Мэй, — остановила я ее. — Это неважно.

— Нет важно! — оглянулась она на меня и снова посмотрела на Лекса. — Пусть знает, что Котю вчера сильно ранили. Может быть, постыдится.

Лекс отшатнулся и побледнел, после чего посмотрел на кота в моих руках:

— Ранили? Кто?

— Мы не знаем, — вздохнув, ответила я. — Поэтому я стараюсь Котю одного не оставлять.

Хост рядом со мной хмыкнул:

— Сильно был ранен?

— Да, — ответила Мэй. — Он… Он тогда потерял много крови.

На ее глаза навернулись слезы от воспоминаний, и она неосознанно вытерла о себя ладони, будто они до сих пор были испачканы в крови. Заметив это, Лекс помрачнел.

— Прости.

— Не у меня проси прощение, — слегка надломанным голосом произнесла Мэй, и тогда Лекс повернулся ко мне:

— Лав, прости. Я не думал…

— Ты не знал, — немного криво улыбнулась я. — Так что не за что просить прощение.

Он виновато погладил ладонью затылок и предложил:

— Если хочешь, я осмотрю Котю и исцелю?

— Думаю, в этом нет смысла, — вместо меня ответил Хост.

— Почему? — удивилась Мэй, которая незаметно от всех смахнула со щеки одну слезинку.

Страх от пережитого вчера и сегодня в кладовке немного выбили ее из колеи.

— Котя поглощает магию света, если ты попытаешься что-то сделать, то он ее попросту съест, — пояснил Хост.

— Так, пусть Лав прикажет ему этого не делать, — озадачился Лекс. — Он же ее фамильяр.

Я криво улыбнулась, а Хост на нас покосился и смущенно почесал нос. Похоже, он подумал приблизительно о том, о чем и я — если бы в моих силах было бы Коте приказывать, то тот бы не стал терроризировать Лекса.