«Он словно идет по тропе, которую не видит никто, кроме него, — пронеслась в моей голове угрюмая мысль. — Как и я тоже…»

А директор и Реджес пытаются угадать ее повороты, чтобы мы не упали.

— Так, что вы думаете о Сенжи, Флоренс?

— Он… — заикнулась я и, собравшись с духом, произнесла: — Вит?

Директор остановился и обернулся, посмотрев сначала на меня пронзительным взглядом черных глаз, а потом на Дамиана.

— Похоже, Церара считает вас близкими друзьями, если рассказала про вита.

Он вновь продолжил идти.

— Не думаю, что Сенжи вит. Однако очень к нему близок.

— Его заклинания словно перевернуты, — продолжала я. — Тот крик банши… Он был не таким как у Кирэла и навредил некромантам.

Директор кивнул:

— У всего в мире есть противоположности. Лич — это существо, отрицающее жизнь. А там, где есть отрицание, должно быть и принятие.

— Как у монеты две стороны, — догадался Дамиан, и директор улыбнулся:

— Да, поэтому вит — это существо, принимающее жизнь. И если крик банши лича будет вредить живым, то вита — мертвым или тем, кто связан со смертью.

— А некроманты, словно ребро монетки, — прошептал Дамиан, чем заработал еще один кивок директора.

— И куда палец жизни их качнет — ту строну они и выберут. Сейчас Сенжи единственный, кто смог достаточно близко подобраться к сущности вита, которого еще никогда не видел этот мир.

Я опустила взор, чтобы скрыть свои эмоции. Похоже, директор тоже верил в то, что вит существует. Но если это не так? Что, если это всего лишь последствие того, что я запечатала песнь души Сенжи, и когда она снова вырвется…

— Многие некроманты боятся Сенжи, — снова заговорил Дамиан. — Поэтому вы хотите, чтобы он покинул подземелье?

— Многие, но не все, — поправил его директор. — Есть те, кто верят и надеются.

Я вспомнила взгляд Азеса, с каким благоговением он смотрел на Сенжи, помогая ему подняться, когда три других куратора испуганно отпрянули.

— А причина, почему я хочу, чтобы он покинул корпус Некромантии в том, что здесь ему не место.

— Что это значит? — спросила я.

— То и значит, — остановился возле высоких ворот директор и оглянулся. — Тот, кто склонил чашу весов к жизни, должен быть там, где жизни больше всего. Тем более вы сами, Флоренс, усердно твердили, что Сенжи больше не опасен.

Улыбнувшись, он взялся за массивную ручку, чтобы за нее потянуть, как вдруг Дамиан поинтересовался:

— А что в тот раз Кирэл сказал Сенжи?

— Хм?

Директор озадаченно замер, но через мгновение догадливо протянул:

— А-а-а, вы про тот бой?

— Да. Из-за этого он пытался убить Кирэла.

Я удивленно покосилась на Дамиана, чье выражение лица было невероятно серьезным и строгим. То, как жестко он произнес: «убить Кирэла», — дало мне четко понять, что Дамиан тоже не одобрял подход директора и, возможно… Только возможно, что тоже был обижен за Реджеса, которому наверняка перепало в штабе от капитана. Кажется, не меня одну это разозлило.

Словно прочитав мысли на наших лицах, директор смущенно отвел взгляд.

— Здесь, пожалуй, мне стоит перед ним извиниться, — вздохнул он. — Перед ним и Кирэлом.

— Так что Кирэл ему сказал? — надавил на него Дамиан.

— Что тот паук был ядовит, — повел плечами директор, после чего вновь потянул за ручку двери, впуская в мрачность коридора яркий свет и голоса людей. — Сожалею, но это была моя идея.

Он первым шагнул в помещение, что почти полностью повторяло наш Большой зал, где мы завтракали, обедали и ужинали. Только этот был в разы меньше.

— Можете присоединиться к ученикам или пойти со мной за кураторский стол, — предложил директор, пока мы оглядывались по сторонам, и его лицо вытянулось, когда мы с Дамианом хором ответили:

— К ученикам.

— Что ж…

Немного подумав, словно делая какие-то выводы, директор вновь улыбнулся, но на этот раз не так уверенно, как обычно, и с долей печали:

— Тогда желаю вам приятного аппетита.

Взмахнув черной мантией, он отправился в сторону кураторского стола, что был к нам ближе всех, потому что мы вошли не с главного входа, а запасного. И, как и в Большом зале, этот стол в точности повторял преподавательский, вплоть до местоположения. Только здесь не было флагов с гербами факультетов. А вместо учителей сидели кураторы. Все кроме Азеса, который еще оставлася с Сенжи и Кирэлом.

Мы же с Дамианом нашли Церару за одним из ученических столов и поспешили туда. Рядом с ней как раз было три свободных места.

— Как думаешь, здесь кормят так же, как и наверху? — шепотом поинтересовалась я, когда мы проходили мимо некромантов, которые провожали нас заинтересованными взглядами.

Одной девушке Дамиан даже подмигнул, отчего ее бледные щеки зарделись, а я довольно грубо его одернула:

— Давай не здесь?

Дамиан фыркнул, но заигрывать перестал.

— Боишься, что тебе в тарелку пауков и тараканов наложат? — усмехнулся он, вернувшись к нашей теме.

— Я серьезно!

— Так я тоже. Лав…

Он снисходительно на меня посмотрел.

— Некроманты, конечно, от нас отличаются, но сомневаюсь, что настолько. Ты же сама видела, как некоторые из них едят в нашей столовой.

— И то верно… — смущенно выдохнула я и напряглась, когда Дамиан приблизился и зловеще добавил:

— Хотя, может, они там и питаются, потому что тут вместо макарон сколопендр подают.

— Дамиан!

— Что? — довольно рассмеялся он, а я раздраженно поджала губы.

— О чем беседовали? — поинтересовалась Церара, заметив мой недовольный вид, когда мы к ней подсели.

— Да так… — отмахнулся Дамиан. — О местном меню.

— А-а-а, это, — протянула она привычным потусторонним голосом. — Спешу вас разочаровать, но жуков и пауков не будет. Блюда здесь ничем не отличается от тех, что наверху.

— Видишь! — нарочито громко обратился ко мне Дамиан. — Я же говорил!

— Да пошел ты… — огрызнулась я и покраснела еще сильнее, а Церара хихикнула, прикрыв губы ладонью.

Через мгновение золотые тарелки наполнились обычными блюдами, и мы принялись ужинать.

В отличие от общей столой, здесь было куда тише. Некроманты, хоть и переговаривались, но делали это вяло и вполголоса, отчего их бормотание напоминало тихое и убаюкивающее жужжание на фоне мыслей. Вот как на уроках, где особо громко шуметь нельзя, но от скуки ученики все равно находят тему для разговоров. Я даже под этот монотонный шум начала засыпать.

— Флоренс! — пощелкал перед моим носом Дамиан, отчего я вздрогнула, а он довольно улыбнулся. — Того гляди, носом в тарелку нырнешь. Ты есть собираешься или…

Вдруг Дамиан осекся, а его веселое выражение лица исчезло. В столовой некромантов все стихли, отчего я в панике огляделась и увидела, что возле меня стоит Кирэл.

Все немного помолчали, но потом бросили нас разглядывать и вернулись к своим делам. А я так и застыла, крепко сжимая в руке вилку, словно та могла защитить меня от бездны, что таилась в темно-карих глазах Кирэла, и впивалась в душу, точно волчьи зубы в еще теплую плоть. Я даже дыхание затаила.

— Кирэл! — немного вяло, но все же обрадовано произнесла Церара. — Тебе уже лучше?

Он перестал испытывать меня взглядом и повернулся к Цераре. И вот что удивительно… То ли мне показалось, то ли нет, но его холодное выражение лица словно бы немного оттаяло.

— Лучше, — коротко ответил Кирэл, но и без этого было видно, что все повреждения в битве исчезли.

Его золотистые волосы снова блестели, крайнее истощение пропало, а испорченную одежду он сменил на новую.

— Скажи, Сенжи невероятен, — улыбнулась Церара.

Держа руки в карманах, Кирэл некоторое время помолчал, после чего все-таки произнес:

— Да. Он занятный.

— Занятный — и только? — нагло встрял в их беседу Дамиан, в голосе которого раздались нотки то ли насмешки, то ли издевки.

Я приподняла брови, когда увидела, как он, подперев голову кулаком, с гаденькой улыбкой наблюдает за Кирэлом. Похоже, Дамиан в конец чокнулся, раз после всего увиденного не боится задирать некроманта. А Кирэл, услышав его вопрос, не выразил ни единой эмоции и равнодушно повторил: