— Сдерживается?

Дамиан кивнул.

— Словно он боится биться в полную силу и только-только прощупывает свои границы, но делает это так… Странно.

Он вновь провел ладонью по волосам, чтобы убрать упавшие на глаза пряди.

— Если мы, прощупывая свои границы, делаем маленькие шаги, чтобы не допустить фатальной ошибки, то Сенжи словно дракон, который на одном взмахе крыла преодолевает сразу одну милю.

Я на него покосилась, а он вздохнул и произнес:

— Скоро сама все поймешь. Просто смотри.

И я начала смотреть.

Битва некромантов… Никогда не думала, что мне когда-нибудь доведется это увидеть. В книгах много об этом писали: насколько все выглядит жестоким, уродливым и пугающим. Однако прочитать и увидеть воочию — совершенно разные вещи. И пусть сейчас даже малой доли не было того, о чем рассказывали летописи за период буйства некромантов, от вида происходящего все равно становилось жутко.

Мертвецы сталкивали и рассыпались. Если кто-то из некромантов давал слабину, то управление нежитью было перехвачено, так что «союзник», который прикрывал хозяина спиной, мог вполне развернуться и напасть. А еще ближний бой. Пламя смерти не могло навредить другому некроманту, но были другие способы причинить боль. В летописях часто упоминалось, что в сражении некроманты могли по несколько раз отрывать друг другу ноги и руки, пока у одного из них не закончится магическая сила и его не постигнет смерть или, что происходило гораздо чаще, некромант не начнет превращение в лича. И пусть сейчас до серьезного расчленения не доходило, кровь все равно заливала серую землю гробницы.

— Сенжи! — крикнула я, когда Кирэл нанес удар острым обломком кости мертвеца прямо в плечо Сенжи.

Он болезненно воскликнул, а я вскочила на ноги.

— Это уже слишком! Нужно прекратить! Почему директор…

— Сядь, — произнес Дамиан. — Он не остановит бой.

— Что?

— Директор не остановит его, пока не почувствует, что кто-то из некромантов близок к обращению, или сам Сенжи не сдастся.

— Но!..

Я осеклась, вдруг осознав, о чем именно мне сказал Дамиан. В отличие от меня он был здесь с самого начала и наверняка видел куда больше чем я, поэтому так уверен, что директор не станет останавливать бой.

Словно догадавшись, о чем я сейчас подумала, Дамиан поднял на меня темный взгляд и произнес:

— Сенжи не идиот и с самого начала был к этому готов. И если он сам не желает сдаться, значит, все еще может сражаться, и мы не должны ему мешать. Поэтому сядь и не отвлекай его.

Крепко стиснув челюсти, я вновь посмотрела на Сенжи, в чьей руке торчал обломок кости. Пусть его лицо выглядело очень бледным, он не казался сломленным или растерянным. Напротив, Сенжи был полностью сосредоточен на битве. Получив ранение, он потерял управление над несколькими скелетами, но не стал пытаться их вернуть, а сосредоточился на двоих, которые, как это было в битве с Дамианом, выдернули его из толпы мертвецов и спасли от следующего выпада Кирэла. Объятый черным пламенем кулак встретил пустоту, а я еще раз покосилась на Дамиана, который сейчас тоже был очень серьезным и опять похожим на Реджеса.

— Правильное решение, — похвалил он меня, когда я с тяжелым сердцем опустилась на ствол дерева. — Вряд ли Сенжи оценит, если ты попытаешься прервать этот бой. Скорее еще одну рану схлопочет. Этот Кирэл… тот еще псих.

Стоило ему это произнести, как один из скелетов Кирэла оторвал себе руку и расколол ее, отдав хозяину острую кость. Тот довольно улыбнулся, а его глаза сверкнули красным огнем.

— Глаза… — произнесла я.

— Уже заметила? — улыбнулся Дамиан, и я кивнула.

Почти каждый раз, как Кирэл атаковал или использовал заклинание, его глаза вспыхивали красным светом, но Сенжи… Что бы он ни делал, оставался обычным.

«Смерть покинула его…» — вспомнились мне слова Церары и, нахмурившись, я стала наблюдать пристальнее.

За щитом из двух скелетов Сенжи выдернул из плеча обломок кости. Он коротко вскрикнул от боли, а на мертвую почву закапала алая кровь, которая вскоре остановилась, когда из раны появился язычок черно-фиолетового пламени.

«Исцеление некроманта, — широко распахнула я глаза, а улыбка Кирэла стала шире, особенно, когда он заметил, что Сенжи не стал призывать больше нежити и не выкинул обломок кости. Напротив, он сжал перепачканное в собственной крови оружие крепче. — Некроманты не только призывают нежить, но и обладают потрясающей регенерацией, которая не посилам даже лучшим магам света».

Я помрачнела, подозревая, к какому итогу двигался этот бой. Об этом еще намекала неподвижно замершая нежить с обеих сторон.

— Псих, — упершись локтями в колени и соединив перед лицом пальцы, вновь выплюнул Дамиан.

— Ментальная защита Кирэла другая, — произнесла тоже напряженная Церара. — Обычно некроманты подавляют все эмоции, будь то хорошие или плохие, но он не стал этого делать.

— А что же он сделал? — поинтересовалась я.

Церара недолго помолчала, после чего произнесла:

— Почти полностью подавил хорошие и оставил плохие.

— Но зачем? Это же му́ка, а не жизнь!

— Кирэл верит, что ближе всего к обращению в лича тот некромант, который однажды познал счастье. Ведь самые страшные потрясения происходят тогда, когда рушится что-то хорошее и дорогое сердцу. А если хорошего и дорогого нет, то и потрясений нет. А еще Кирэл верит в то, что пока он чувствует боль — он жив. А раз он жив, значит, уже счастлив.

— Боль — это счастье, — усмехнулся Дамиан. — Говорю же, псих.

На это Церара ничего не ответила, а я отвела от нее взор и вновь посмотрела на Кирэла, который взмахнул рукой, и все скелеты под его управлением рухнули на землю.

«Получается, единственное потрясение для счастья Кирэла — это смерть, — подумала я, наблюдая за тем, как Сенжи тоже „отпускает“ свою нежить, и на поле боя остаются только два некроманта с обломками костей. — А после смерти нет ни счастья, ни горя, поэтому некромант не может превратиться в лица. Жуткая, но вместе с тем занятная теория. Интересно, что о ней думает директор?»

Я посмотрела наверх, где, убрав руки за спину, в воздухе продолжал парить профессор Рамэрус. Было очевидно, что он тоже понимал всю опасность этого сражения, но даже не пытался его остановить. Напротив, он был сосредоточен и ждал.

— Началось! — хрипло произнесла Церара, чей тихий голос прозвучал очень громко в полном молчании.

Все некроманты, как и она сама, не смогли усидеть на местах и повскакивали. Я тоже поднялась на ноги и стиснула кулаки. Из нас всех лишь Дамиан остался сидеть и пристально наблюдать за происходящим.

Два одетых в черную форму некроманта стояли друг напротив друга. Сжимали в руках осколки человеческих костей. И через мгновение сорвались с места, столкнувшись в битве. Кирэл даже не пытался защититься, как бы это сделал нормальный человек. Он просто позволил Сэнжи вонзить ему в плечо кость и тоже нанес свой удар. Однако Сэнжи не стал дожидаться, когда его ранят, и заблокировал руку Кирэла — обломок кости лишь слегка ткнулся в его грудь, даже не повредив одежду.

— Он же… Он же мог его убить! — выдохнула я, сильнее стискивая кулаки и чувствуя, как в ладонь впиваются ногти.

Что же, белладонна побери, Кирэл творит! Если бы Сенжи не защитился, то получил бы серьезную рану. А директор… Что в его голове происходит, раз он подвергает такой опасности некромантов.

— Не волнуйся, — произнес Дамиан. — Подобные раны для некромантов не страшны.

— Не для Сенжи, — вдруг добавила Церара, которая тоже выглядела напряженной.

Даже ее глаза начали мерцать красным светом, а на лбу выступили капельки пота, будто она тоже участвовала в борьбе. Только не с кем-то, а сама с собой.

Я быстро огляделась и заметила, как другие некроманты тоже помрачнели. Все они крайне сосредоточенно смотрели за боем, а еще… Еще я увидела, что у каждого из них в руке было по амулету света, которые они крепко сжимали в побледневших кулаках.