На обратном пути я зашёл в одну из новомодных кофеен, которых в Саратове пока не так много. Заказал кофе с печеньками и своего охранника угостил. Не слишком дорого вышло, зато немало очков уважения в свою пользу заработал. Перестал на меня мужик косится, как на нечто навязанное и не стоящее его внимания. Ну, хоть так. Глядишь, и окупится когда-нибудь моё скромное денежное вложение.

Интерьер купе первого класса меня впечатлил. Диваны и спинки обиты малиновым трипом, на потолке линкруст, столик из красного дерева с инкрустацией, а все полированный бронзовые детали начищены до блеска. Неплохо живёт отдельно взятая кучка пассажиров!

Да, а ещё здесь всего два места, а не четыре, как в купе второго класса.

— Что пригорюнились, Владимир Васильевич? — любезно поинтересовался Сорокин, когда поезд, набирая ход, покинул пригороды Саратова.

— Сожалею о бездарно теряемом времени, — мягко намекнул я магу на его обещание.

— Неужели готовы к тренировке?

— Всегда готов! — встретил я его вопрос с бравым видом и лёгкой дурнинкой во взгляде.

— Вы когда-нибудь пробовали тренировать каналы рук отдельно от остальных?

— Похоже, что нет, — не стал я ему рассказывать про то, что знаю сразу несколько таких методик, но не из этого мира.

— Хм, тогда может выйти весьма занятно, — покровительственно усмехнулся маг восьмой степени, снимая с багажной полки свой чемодан, даже на вид выглядящий неимоверно дорого.

Изучать чужие вещи мне показалось неприличным, и я уставился в окно, и смотрел ровно до тех пор, пока не услышал звуки защёлкивающихся замков и шарканье чемодана по полке.

В руках у Сорокина оказался длинный кожаный пенал, из которого маг достал два веера…

Признаться, я чудом удержался, чтобы не хихикнуть.

— Сядьте удобней и откиньтесь на спинку дивана, — раскинул маг первый веер и со щелчком зафиксировал его в раскрытом положении, со вторым сделал то же самое, — У вас случайно нет при себе пустого накопителя?

— Есть один, но он почти заполнен, — за шнурок вытащил я своё изделие из-под сорочки.

— Интересная штука. Откуда вы её взяли?

— Сам сделал.

— А Камень?

— Добыл из гигантской черепахи.

— И какая ёмкость у вашего накопителя? — недоверчиво осмотрел он моё изделие.

— Порядка пяти моих резервов, если сливаться под ноль.

— Сумели удивить. В ваши годы я был бы безмерно счастлив и горд, будь у меня такая замечательная штуковина, да ещё собственной работы и с самостоятельно добытым Камнем. Сколько туда Силы сейчас можно влить?

— Половину моего резерва точно, может, чуть больше.

— Через энергетические жгуты умеете в накопитель Силу подавать?

— Не пробовал, но не думаю, что с этим возникнут проблемы.

— Тем не менее рисковать не будем. Слейте сейчас одну десятую вашего резерва и во время тренировки старайтесь не превышать полученный уровень. И сделайте это через жгут.

Жгут так жгут. Мне больше слово щуп нравится, но не спорить же по мелочам.

— Готово, — доложил я через полторы минуты.

— Как-то слишком быстро у вас вышло, — не поверил Сорокин.

— А я сразу четыре жгута прицепил, — беззаботно ответил я и увидел ещё более недоверчивый взгляд в свою сторону.

— Ладно. Продолжим, — воздержался маг от комментариев, — Кладите руки на веера, но так, чтобы ваши растопыренные пальцы закрывали большие символы.

Вот уж когда пришла пора пожалеть, что я не пианист. У них растяжка пальцев больше октавы, а я с задачей справился со скрежетом зубовным.

— Сейчас наполнение вас энергией должно увеличиться. Старайтесь удерживать уровень резерва на прежней отметке, сбрасывая Силу в накопитель. Если не сможете справляться — разрывайте контакт с веерами.

— Накопитель полон! — доложил я через какое-то время своему случайному наставнику.

— Заканчивайте! — скомандовал маг и я оторвал руки от артефактов, которыми, вне всякого сомнения, являлись эти веера.

— Хорошие артефакты, — оценил я веера, — Индия или Китай?

— Почти угадали. Тибет. Действуют, как разветвлённый приёмный контур с небольшим усилителем, — аккуратно собрал маг свои приблуды и упаковал их обратно в чехол.

— И в чём же, по вашему мнению, польза от такой тренировки? — захотелось мне услышать версию Сорокина, так как свои выводы я уже сделал.

— Чистая Сила, когда идёт противотоком, то смывает все бляшки и дефекты на ваших каналах и укрепляет стенки. Как родниковая вода. Очень скоро вы почувствуете эффект. В большей степени для каналов рук, а может даже и на росте своего резерва заметите.

— А он-то тут каким образом связан?

— Представьте себе, что вы делаете дыхательную гимнастику, заставляя себя правильно набрать воздух, и так же правильно его выдохнуть. Ваши лёгкие расправляются, и даже из их самых дальних уголков уходит углекислый газ, который там скопился сверх меры. В дыхательных техниках такое называется аэрацией лёгких, а то и гипервентиляцией.

— Красивый пример, — оценил я яркость сравнений.

— К сожалению, не мой, и как я догадываюсь, даже не моего учителя, — нехотя признался Владимир Александрович.

Должен заметить, интересный взгляд. В своём прошлом мире мы такими мелочами не заморачивались. У нас и магический фон был мощней, и потоки Силы на заклинания уходили в разы больше, так что чисткой и укреплением каналов столь архаичным способом никто не занимался. А здесь он работает.

Впрочем, мне не привыкать. Я за любые тренировки, если они приносят хотя бы десятые доли процента к росту какого-то магического аспекта. Пусть это будет улучшение и укрепление каналов рук, или ускорение реакции и каста хотя бы на пару десятых секунды. В конце концов всё в дело пойдёт. И я уже это проходил в прошлой жизни.

Чуть позже я сумел удивить мага ещё раз, когда вытащил книгу по травам и увлечённо начал её читать, делая пометки карандашом.

— Владимир Васильевич, а травы-то вам зачем? — не сдержал он любопытства.

— Для души, — оторвался я от книги, — Артефактами я тоже увлекаюсь, но в основном ради денег, а возится с травами просто люблю.

До прибытия в Тамбов я, под руководством Сорокина, успел трижды позаниматься с тибетскими артефактами, скидывая энергию в накопитель мага. Не скажу, чтобы ах какой рост магии у себя заметил, но зато вполне уверенно овладел подпиткой из накопителя, не касаясь его руками.

А это не просто плюс, господа, а здоровенный ПЛЮСИЩЕ!!

Я в восторге! Только ради этого одного стоило соглашаться на поездку в Тамбов!

Впрочем, через день — другой, ну ладно, через неделю — полторы, я бы и своим умом до такого дошёл, но на тот момент слишком много всего навалилось. Нужна была передышка и умственная перезарядка. Монотонная дорога и подсказка мага этому просветлению изрядно поспособствовали.

Слава телеграфу, в Тамбове нас встречали. Очень богатая карета. Шестеро стражей верхом, а те двое, что прибыли с нами, без затей запрыгнули на запятки кареты, изображая из себя грумов.

Владимир Александрович лишь головой кивнул, воспринимая такую встречу, как нечто обычное и должное.

За время моего недолгого отсутствия Тамбов ничуть не изменился. Где расположен особняк Кондоиди, больше похожий на небольшой дворец, я знал. Поэтому, когда наша карета проехала мимо Казанского Собора, то я понял — мы уже рядом.

Чопорный дворецкий встретил Сорокина на крыльце и поприветствовал его поклоном. Меня же он удостоил лёгким, едва заметным кивком головы. Вроде того, что подпоручику и этого чересчур.

— Их Превосходительство ожидают вас в библиотеке, — доложил он Владимиру Александровичу.

— Гостевые покои для барона Энгельгардта готовы? — спросил маг.

— Не извольте сомневаться, ваше Сиятельство, — поклонился дворецкий ещё раз, и уже мне поклончик отвесил, этакий, более уважительный.

Хех, а Сорокин-то у нас никак граф? И ведь слова не сказал, тихушник. Или наш граф любит путешествовать инкогнито?