Прокачка. Это слово не выходило у меня из головы. Мои способности требовали развития, особенно после столкновения с Грохотовым и его сослуживцами. Признаться, жду от них непритностей. Но как тренироваться, не особо привлекая внимания? Саратов – не глухая застава, здесь любое неосторожное использование магии могло вызвать ненужные вопросы. Впрочем, у меня есть имение, и не так далеко, но вот вопрос с транспортом до сих пор не решён. И это проблема.

Пока раздумывал, получил письмо. От Ларисы Адольфовны Янковской.

«Дорогой Владимир Васильевич! Сегодня вечером у нас соберётся небольшой кружок – обсудим новые книги, и кое‑что ещё. Ожидаю интересного гостя из столицы. Будем рады видеть и вас. Ваша Л. Я.»

Идеальный случай завести новые полезные знакомства, не особо озадачиваясь этикетом и танцами.

Потратив день на заказ зимней формы и нового парадного мундира, которые я попросил изготовить чуть «на вырост», я подготовился к вечеринке. Даже извозчику заранее свистнул, притормозив его до времени у своих ворот. Так‑то и пешком мог дойти, но нельзя. Не принято.

– Владимир Васильевич! – Лариса Адольфовна помахала мне веером. – Знакомьтесь, гость из столицы. Граф Сергей Петрович Воронов. Коллекционер и знаток древностей.

Мы обменялись кивками. Воронов оценивающе посмотрел на меня, словно пытаясь разгадать загадку.

– Слышал, вы разбираетесь в артефактах, – произнёс он наконец. – И даже создаёте их.

– Иногда экспериментирую, – скромно отозвался я, пытаясь сообразить, с кем меня свела жизнь.

– А травы? – внезапно спросил он. – Говорят, у вас есть необычные образцы.

Вот оно. Возможность представилась раньше, чем я ожидал. Осталось понять, откуда этот мужик про них узнал. Правда, про некоторые успехи в этом вопросе я Янковским упомянул, но не сильно акцентируя и без конкретики.

– Есть кое‑что, – кивнул я. – Но это скорее для личного использования.

– Возможно, мы могли бы договориться, – Воронов улыбнулся. – Я представляю интересы одного… общества. Нам всегда нужны качественные артефакты и зелья. Особенно те, что будут лучше стандартных армейских образцов.

Чуть подумав, я согласно кивнул и описал пару артефактов и одно из зелий, заверив, что их я могу изготовить в приличном количестве. Не менее четырёх – пяти дюжин в месяц.

При таких цифрах лицо Воронова заметно скисло, но разговор пошёл в нужном русле. Через час мы уже обсуждали возможные поставки, а старшая Янковская, со стороны, смотрела на меня с новым интересом.

Возвращаясь домой, я обдумывал детали. План начинал работать. Оставалось лишь подготовить образцы и провести несколько контролируемых экспериментов.

Но в глубине души я чувствовал – такая идиллия долго не продлится. Грохотов, степняки, англичане, таинственное общество Воронова… Все они были элементами одной большой мозаики, каждый из которых мог нести опасность. Но были у меня и радостные моменты, которыми тоже нужно будет заняться в самое ближайшее время.

Генерал Березин.

Для этого фаната кавалерии у меня готов один собранный образец артефакта конной защиты, и ещё двенадцать привезены в заготовках, которые осталось всего лишь собрать, установив в них хрустальные цилиндры.

Щит, собранный на том единственном образце хрусталя, который у меня был на руках, апробирован. В сам артефакт внесены необходимые уточнения, и третья серия стрельбы по мишени доказала, что модернизированный артефакт полностью соответствует поставленной задаче, а то и превосходит её. Предыдущие две версии, тоже вполне работоспособные, были слегка мной скорректированы. Изменениям подверглись размеры Щита и угол его наклона. Теперь добрая половина пуль, особенно направленных в верхнюю часть мишени, имитирующую коня, уходит рикошетом вверх, что существенно снижает расход энергии. Парировать получается экономней, чем принимать прямой удар на Щит.

Понятно, что о достоинствах и недостатках моей модели Щитов среди кавалеристов будет много споров, но никто же не говорит, что это идеальная модель и её в дальнейшем невозможно улучшить. А пока пусть бравые конники довольствуются тем, что есть. Лучшего им никто не предложит. Тем более, за такие невеликие деньги.

А у меня новая задача – где мне поймать Его Превосходительство, чтобы собственноручно вручить первый образец ему в подарок? Насколько я знаю, кавалеристы в основном расквартировались в пригороде Саратова и трёх ближайших к нему сёлах. Сам генерал в городе появляется наездами и предсказать, когда он появится и где – задачка с двумя звёздочками сложности.

– Впрочем, что я голову себе ломаю! – чуть было не хлопнул я себя по лбу, – Это для меня найти генерала – сложно, а вот для Ларисы Адольфовны и её подруг – плёвое дело. Решено. Сегодня же загляну к Янковским и озадачу соседку организацией встречи с генералом.

Кстати, у меня и повод для визита подходящий имеется.

Я вот тут подумал, что в свете некоторых отношений, знакомств и намерений мне было бы не лишним измерить магометром нынешний уровень обеих сестриц. Сдаётся мне, несколько уроков по развитию магии им не помешают, а вот по поводу того – стоит ли им давать мои зелья, да ещё усиленные модификатором, я до сих пор в раздумьях и ничего не решил. Как и с предложением Канина.

Хотя вопрос‑то простейший, пусть над ним и редко задумываются те, кто не в теме.

Если говорить коротко, то «от осинки не родятся апельсинки». Смысл поговорки прост и суров: отец ребёнка закладывает свою основу, а дальше за развитие плода отвечает мать. Если зачат был сильный Одарённый, а мать слаба, то или плод окажется угнетён, и не быть ему приличным магом, или он мать высосет до полного магического истощения, а то и до смерти. Хорошо ещё, если такое случится после его рождения, а не раньше.

Оттого‑то и высоко ценятся специалисты по евгенике, и та же Марципанова свои деньги и привилегии вовсе не зря получает. Похоже, она как раз прекрасно знает, какой брак выйдет удачным, в плане появления Одарённых детишек, а какой – смертельно опасным. А это, согласитесь, чуть больше, чем обычные услуги свахи.

Вот только в моём случае Юлия Милорадовна серьёзно ошиблась. Она‑то, скорей всего, располагает сведениями, что я маг – «пятёрка», и сестриц Янковских считает «троечками», как и было у них замерено при окончании обучения в гимназии. Про то, что при снятии проклятия они уровень потеряли, ей вряд ли известно.

Что мы в итоге имеем? Если откровенно – ситуацию под названием жопа. Ага. Большую и круглую, словно Луна в Полнолунии.

Насколько я в курсе – разрыв в один – два уровня для матерей не слишком опасен. На последних месяцах беременности им или целители помогут, восполняя Силу, или зелья нужные пропишут. Три уровня разницы – это уже серьёзно. На такое только богатые Рода и Кланы пойдут, которые способны обеспечить будущей мамочке серьёзную магическую поддержку от пары матёрых целителей. Четыре уровня – это за гранью разумного. Ну, а пять – верная смерть кому‑то одному, либо ребёнку, либо его матери, а то и им обоим.

Смерти Яны и Анны Янковских я не хочу, но и свои тайны раскрывать абы кому не хотелось бы.

Но горячиться я не стану. Пусть всё идёт своим чередом. И начну я с визита к Янковским со своим «секундомером».

Как я причины необходимости измерений объясню старшим Янковским? Да никак. Сваха наверняка не просто так к Канину подвалила. Так что, если кто и окажется удивлён неожиданным сватовством, так это обе сестрёнки.

С ними мне проще. Сошлюсь на очередную проверку их состояния. Недаром же я с них проклятие снимал и по голым телесам руками елозил.

– Что нужно сделать, Владимир Васильевич? – первой спросила Анна, когда я озвучил свою просьбу про измерения, высказанною мной после ужина.