— Потешаешься? — прошипел Таймар.
— Отнюдь.
Князь обошёл вокруг загадочного незнакомца неопределенного возраста, начиная догадываться, кто перед ним стоит, провёл рукой по подбородку, непроизвольно вынул пробку из бурдюка и, отхлебнув, спросил:
— Зачем же ты тогда помогал «никакому» завоевателю?
— Он был единственным из претендующих на правление, кого Валамарцы могли бы у себя принять.
— То есть экскурсию в Валамар моему отцу ты организовал? — догадался князь.
— Ага. Пришлось устроить небольшой сыр-бор, чтобы привлечь их внимание к Деораку.
— Зачем?
— Видишь ли, я не имею права лично вмешиваться в благоустройство кругов, но могу склонить сильных вашего мира, помочь слабым.
— Слабые в твоём понимании это мы — роглуарцы?
— Ну ладно, не слабые, — согласился мужчина, наблюдая как стекает по подбородку князя звериная кровь. — Недостаточно образованные.
— Да ну.
— Ну да. Скажешь, не на пользу пошла экскурсия в Валамар?
— Даже и не знаю… — саркастически заметил князь, вытирая рукой окровавленные губы.
— Ой, ну не начинай, — скривил рот горец. — Без этой экскурсии ваш круг ещё три сотни лет в навозе бы ковырялся. Да и валамарцам встряска не помешала, — добавил он тише, — а то больно мирно у них там всё и паточно было.
— Для тебя это всё игра что ли? — зло выплюнул князь.
— Для меня может и игра, а вот для вас нерадивых — жизнь, — уже без тени юмора сказал собеседник. — Жизнь, в которую я вкладываю своё время и силы, а вы потом мои труды просираете. Пей проклятое пойло и пошли уже, а то на запах крови скоро целый прайд сбежится.
Таймар допил остатки, нацедил ещё на вечер и, свалив мясо в шкуру, закинул добычу за спину. Ему не хотелось идти с этим подозрительным и уж больно самоуверенным человеком, но чутьё подсказывало, что иного выбора нет, а чутью Таймар верил.
Нащупав узкую звериную тропку меж заострённых скальных глыб, он начал спуск, но не к лагерю, а к маленькой, уютной бухточке, берег которой был усыпан разноцветной галькой. Князь не старался пугать своих людей больше меры и по возможности смывал следы всё чаще накатывающего безумия до прибытия в лагерь. Сегодняшний день не был исключением, он долго ловил волны в неспокойном море, чтоб остудить бурлящую, словно варево в ведьмином тигле кровь, а потом растирался рубахой под неусыпным взглядом незнакомца.
— Ты часом не из меньшинств, а? — скосив глаза, полюбопытствовал князь.
— Ага, из тех меньшинств, которым до любовных утех вообще нет дела.
— А такие бывают? — хмыкнул Таймар, оглядев тучного, но на вид крепкого мужчину, не уступавшего ему в росте.
— Среди тех, кто пожил с моё, бывают.
— Что прям совсем нет дела? — не поверил молодой князь.
Маг растянул свои сладострастные губы в жуткой улыбочке, и Таймару вдруг захотелось поверить в то, что ему действительно нет дела до плотских радостей.
Он смотрел на мужчину, о котором в его семье говорили шёпотом, и думал, что такого рода существа походили на огромные замки со множеством самых разных дверей, среди которых могла скрываться и такая, что вела в неизбежную глубь человеческой ночи. Стоящий перед ним горец улыбался, нагло разглядывая изувеченное шрамами тело князя. Таймару не нравился его взгляд, потому что он словно бы ставил на нем некое незримое для людей, но очевидное для Богов клеймо — клеймо собственности.
— Прекрати пялиться, я тебе не товар на рынке, — сказал он, залезая в портки.
— Ошибаешься, все мы товар, только цена у каждого из нас разная, — равнодушно заявил наглец, разозлив Таймара.
Князь схватил того за лацканы накидки и вдарил своим лбом по его черепушке с такой силой, что тяжеловесный мужчина пошатнулся и чуть было не упал. Таймар видел, как его колышущееся тело уходит назад, как раскидываются в стороны руки, а в другую секунду он уже парил в воздухе, мягко приземляясь на оби ноги.
— Полегче со своими фокусами, Таймар. Ты без защиты, а посему я не советую нарываться на неприятности.
— Плевать я хотел на какую-то там защиту, — порычал князь. — Я и без неё неплохо справляюсь, — он потряс шкурой, в которую было завёрнуто звериное мясо.
— С кошкой? — расхохотался горец, тряся животом и вторым подбородком. — Защищаться от диких тварей, ты ещё в детстве научился, когда от Шемы в лесу прятался. Для тебя это не фокус, а вот от магических поражений тебя хранил купол.
— То есть у меня была защита только от магических атак? — переспросил князь, недоверчиво хмуря лоб. — А как же невероятное везение?
— Ты рожден в монаршей семье, твоя судьба тебе не принадлежит. Ты сотни раз был на грани смерти, на твоём теле ран больше чем почек на деревьях, к тому же все сравнивают твое обезображенное войной и злобой лицо с прекрасным ликом богоподобного Истана. И в довершении к этому ты раб своевольной кровавой звезды! Ты действительно считаешь, что тебе повезло?
— Я жив, в отличие от многих других, кто был когда-то рядом со мной.
— Всё это лишь твоя заслуга, магия тут ни при чём.
— Откуда тебе знать? — спросил князь, ныряя в рубаху.
— Потому что я ставил на тебя защиту.
— Ты?!
— Угу.
Таймар оторвался от шнуровки на жилете и внимательно вгляделся в разные глаза собеседника.
— М-м-м, — протянул тот, — не просишь возобновить свой щит…
— Не прошу, — коротко бросил Таймар.
— Этого следовало ожидать. Ты никогда ничего не просишь, только приказываешь. Но мне ты приказывать не можешь, а быть должником как Огайра не хочешь, — проговорил мужчина, потирая пухлыми пальцами висок.
— Знаешь эту гниду? — скалясь бросил князь.
— Конечно, знаю. Он мой ученик.
— Этот твой ученик чуть не прикончил меня! — зло выплюнул князь, снова порываясь схватить наглеца за лацканы.
— Э-э, полегче, — горец сбросил руки князя, — Да он мой ученик, довольно смышлёный, кстати, хоть и излишне сентиментальный.
— Сентиментальный?! Сентиментальный?! — разбушевался князь, вспоминая как бредил, когда маг поразил его жезлом. — Он пришёл в мой дом с оружием и хотел убить!
— Но не убил же?
— Ещё скажи, ты помешал?! — брызгал слюной князь.
— Нет не я.
— Нахрена ставить мощную защиту на человека, если она бесполезна перед твоими сентиментальными учениками?!
— Ну, — протянул собеседник, — я не знал, что всё так далеко зайдёт. И вообще, скажи спасибо, что поставил, иначе ты ещё тогда кони бы двинул.
— Ну уж нет, меня на эту благодарственную чушь не возьмёшь, — прохрипел Таймар, — Ни один колдун не станет ставить защиты просто так. Я тебе для чего-то нужен.
— Нужен, — сдался наконец мужчина.
Таймар кивнул, задумался на минуту, а потом спросил:
— И всё же ты позволил магу покуситься на своё вложение, не успев получить дивиденды?
— Считай, что это была проверка?
— Проверка? — возмутился Таймар.
— Двадцать три года ты доказывал мне, что ты стоящий экземпляр. Но в тебе есть один изъян — ты человек. А для миссии, которую я хочу на тебя возложить этого недостаточно. Но ты меня удивил, ты выдержал разрушительную силу жезла, а на это мало кто способен, даже среди магов. Теперь я почти убежден, что не прогадал, выбрав тебя.
— Да, пошёл ты! Я ничего тебе не должен, я не раб, которого можно принудить или таскать за собой на верёвочке.
— Мне ты действительно ничего не должен, — согласился кей. — Ты должен себе!
— Всегда вы — колдуны говорите загадками, может, потому что сами знаете не больше нашего?
— Может, и поэтому, а может, и нет.
Таймар бросил короткий взгляд на наглеца, потряс головой, в надежде, что всё это бред его воспалённого мозга и, закинув за спину узел из шкуры, пошёл прочь от него.
— Как ты понял, что надо пить кровь? — спросил настырный прилипала, нагнав князя.
— Я же любимчик кровавой звезды, как ещё утолять её голод? — зло выдавил он, проклиная колдуна за то, что он не видение.
— Логично.
— Последнее время мне стало казаться, что эта проклятая хищница не с неба мной управляет, а прямо в грудь ко мне заползла и отравляет своими ядами.