— А что произошло потом?

— Обычная история. Те, кто противостоял им, сражались с ними, хотя это, должно быть, казалось бесполезной войной. Тем не менее, честные люди поднимаются на ноги, когда это необходимо. В конце концов, честные люди победили, хотя и ужасной ценой.

— Ты был одним из тех честных людей.

Он горько рассмеялся.

— Нет, это не так. Я самый последний из Лишенных, опоздавший на вечеринку, но жаждущий насладиться похвалой, воздаваемой храбрым и дерзновенным, которой я никогда не заслуживал. Но посмотри на меня сейчас: я вынужден ходить в чужом теле и надеюсь хоть немного искупить свою вину за то, что я отказался делать в трудные дни, когда моя помощь была нужна больше всего.

Было больно слышать этот сардонический тон, обращенный на него самого. Но заверять его в том, что он, конечно, конечно, ошибается в своей оценке самого себя, было бы определенно неправильно.

— Где принц Гевулин? — спросила она вместо этого. — Ты уверен, что он ничего не видит и не слышит?

— О, конечно! Заклинание перехода работает не так. Во-первых, как я уже говорил, хозяин должен согласиться взять с собой одного из Лишенных для выполнения определенной миссии. Когда мы входим, разум хозяина словно окутывает вуаль. Они не видят и не слышат ничего из того, что происходит. Они как будто спят, пока мы ходим в их теле. Они доверяют путешественнику и верят, что тот будет относиться к их телу с уважением и никоим образом не нарушит никаких границ близости или насилия, которые не являются абсолютно необходимыми для выживания. Таким образом… — Он протянул к ней руку, словно она была рукой другого человека, но отдернул ее, не прикоснувшись к ней.

— Я понимаю. — Ее пальцы сомкнулись в воздухе. — А что такое, собственно, Лишение?

— Мы были лишены своих тел, чтобы пережить естественную смерть и стать… что мне сказать?.. стать стражами, воинами и попечителями, отойти в сторону, чтобы нас могли освободить в трудную минуту. Мы сохраняем наше самоощущение, наши знания и память, а также некоторые из врожденных способностей, которыми мы обладали до того, как были лишены тел.

— Магические способности?

— Возможно, это и так, — уклончиво ответил он. — Но после того, как мы стали Лишенными, у нас нет тел, поэтому нам нужно заклинание перехода, чтобы войти в физическое тело. Только тогда мы сможем передвигаться по миру, который в противном случае закрыт для нас. Но, прикоснувшись к Пелене здесь, я верю, что моя душа может переместиться внутрь Пелены.

— Как рыба, плавающая в океане?

— Я бы вряд ли сравнил себя с рыбой. Но что-то в этом роде, да. Я считаю, что Пелена может действовать как мягкая оболочка, укрывающей мою душу, точно так же, как долгое время это делала твердая оболочка статуи. — На его лице промелькнуло беспокойство. — И все же, если бы я оказалась в ловушке застойной Пелены, подобной этой, я бы в конце концов зачах и умер вместе с ней. Искры гаснут, когда пепел остывает.

Элен сглотнула комок в горле.

— Что произойдет, когда ты достигнешь живой Пелены?

— Если такое случится, я освобожу принца и спущусь в Пелену. В живой Пелене я могу надеяться найти ответы, которые ищу, о тех, кого вы называете королями-колдунами, — по-прежнему ли они мертвы или каким-то образом вернулись к жизни и стали злейшими врагами, которых нужно снова победить. Я мог бы даже найти кого-нибудь из своих Лишенных соотечественников, если кто-нибудь выжил. И все же, прикоснувшись к этой Пелене и услышав об Запустении, я спрашиваю себя, уцелела ли хоть одна живая Пелена.

— Дальняя Пограничная Пелена живая, если под этим ты подразумеваешь место с приливами и течениями.

— Откуда ты можешь это знать? Так говорят геодезисты?

Она никогда раньше не признавалась в этом ни одному живому существу, кроме Ао, которая уже знала.

— Я пересекла ее.

Он наклонил голову, жест был почти птичий.

— Неужели? Мои стражи сказали мне, что Дальняя Пограничная Пелена находится на северной окраине мира. За его пределами нет ничего, кроме, в конечном счете, океана. А соленый океан — бо́льшая преграда для Пелены, чем дорога ведьм.

— Да, именно поэтому сообщение, прочитанное капитаном Квелес, заставило Ксилси назвать его нелепым.

— Оно не было нелепым?

— За Дальней Пограничной Пеленой лежит далекая земля. Двадцать лет назад ее южной частью правила королева. Возможно, она все еще жива. И в то время наследницей была ее дочь.

— Откуда ты это знаешь?

Это был секрет, который они с Ао хранили особенно тщательно, опасаясь того, что произойдет, если правда станет известна. И все же она назвала призраку свое детское имя. Он рассказал ей больше о своем прошлом и своей истинной миссии. Самое главное, принц никогда не узнает. Пришло время избавиться от страха.

— Это то место, откуда мы с Ао родом. Мы были детьми, когда сбежали, много лет назад. Не то чтобы мы понимали, что делаем, заметь. Похоже, ни стражи, ни геодезисты не знают, что за Дальней Пограничной Пеленой лежит целая страна. Но, очевидно, принц Гевулин знает. Иначе зачем бы он получил это сообщение от капитана Мекво и немедленно отправился в такой спешке на север, чтобы добраться до Дальнего Пограничного Бдения. Одновременно приказывая Мекво держать таинственного человека в изоляции, чтобы никто другой не смог поговорить с ним, пока принц Гевулин не прибудет туда. Откуда он знает? Почему он знает? Что это значит?

— В таком случае, это любопытная загадка. Но она отвечает на вопрос, в чем заключается миссия принца Гевулина, хотя он собирался либо поговорить с посланником, либо заставить его замолчать. — Призрак потер лоб, как будто у него действительно разболелась голова. — Я не понимаю, как стражи этого не знают. Карта есть только у них.

— Карта дорог. За Дальним Пограничным Бдением дорога разбита. Буквально. Разрублена. Вот почему стражи считают, что это конец пути. Даже геодезисты верят в это. Все говорят, что дорога была проложена до этого места и не дальше.

— Но это не так?

— За разрывом лежит пропасть, покрытая Пеленой. За этой пропастью дорога ведьм продолжается. Но с башни Дальнего Пограничного Бдения не видно продолжения дороги. Чтобы добраться до следующего участка дороги, придется пробираться сквозь Пелену.

— Чего не могут сделать люди. Так как же посланник смог пересечь границу? Вы с матерью Кема действительно совершили этот переход?

— Да, с севера. Через середину Пелены проходит длинный участок нетронутой ведьминой дороги. Дальняя Пограничная Пелена очень широкая, она больше похожа на пролив, чем на озеро. Чтобы пройти по этой дороге, требуется несколько дней. И мужество, чтобы сделать это, когда тебя окружает Пелена и ты не видишь и не чувствуешь землю. Даже тогда, когда ты все еще в Пелене, на пути есть еще один разлом, который нужно преодолеть. За всем этим лежит безымянная земля. Может быть, до появления Пелены, она была частью империи. Или, может быть, это последнее из Семи Золотых Королевств, которые существовали до империи. Я не знаю.

— Что такое Семь Золотых Королевств?

— Империя Спокойствия была основана кланом Лотоса триста лет назад. Они свергли коррумпированных правителей Семи Золотых Королевств, чтобы навести порядок и мир на земле.

— Именно такую историю рассказывает новая империя, — сказал он, саркастически приподняв брови.

— Да, мир полон историй, — согласилась она с улыбкой. — Некоторые из них правдивы, некоторые лживы, некоторые предназначены для того, чтобы заставить вас поверить в одно, а не в другое, некоторые жестокие, некоторые забавные, некоторые грустные, а некоторые до краев наполнены самой непреодолимой радостью.

Он чуть не вздрогнул, но это была не гримаса, а сильное чувство, пронзившее его сердце.

— Ты настоящая история, — сказал он таким теплым тоном, что она покраснела, как будто холодный воздух вокруг нее вспыхнул пламенем.

Она прижала руку к груди.

Он сказал тихо, нежно: