— А если не сможем? — спросил Симо.

— Тогда, я думаю, мы выясним, насколько хорошо вы, стражи, умеете сражаться. — Она усмехнулась.

— Отлично, — сказал призрак, воодушевленный перспективой сражения.

Они стали спускаться обратно, Ксилси потирала щеки в тех местах, где колючая ель оцарапала ее до крови. Элен чувствовала на спине тяжесть незаданных вопросов Кема, его обвиняющий взгляд, но он выполнил приказ и ничего не сказал. Они быстро, трусцой спустились по каменным ступеням и свернули в сторону у развалин печи. За ними виднелась грязная круглая канава вокруг разрушенных остатков сарая для скота, длинного дома и груды камней, когда-то бывших колодцем. Внутри канавы не росло никакой новой растительности, за исключением одинокой сосны с белыми иглами, которая возвышалась, как сердитый призрак. Это было место с призраками, но не из-за древних статуй, как в случае со Шпилями, а из-за местной легенды, которая утверждала, что здесь произошло ужасное убийство, совершенное на почве ревности и закончившееся тем, что любовника сбросили в колодец, так что труп навсегда отравил воду.

Присутствие белой сосны наводило на мысль, что деревушку поразила Спора, а не ревность. А может быть, и то, и другое, поскольку и то, и другое было ядовитым. Как бы то ни было, вспышка произошла более трех поколений назад; Элен принюхалась к воздуху и ничего не почувствовала.

За развалинами тропа вела к открытой, поросшей травой местности, где когда-то паслись деревенские овцы, а за ней начинался крутой подъем на горный хребет. Если бы их преследователи повернули в эту сторону, им пришлось бы идти в обход по длинной тропе, мимо другой пастушьей деревушки с население в шестнадцать человек, известной как Канава Файфен. Там часовые расспросили бы местных жителей и выяснили бы, что принц и его стражи никогда здесь не проходили.

На вершине хребта неистовый ветер бросил им в лицо обещание зимы.

Элен пришлось повысить голос, чтобы ее услышали.

— Лувиара, вы сможете взобраться на утес?

— Вы называете меня старой? — спросила собеседница с веселой улыбкой.

— Так и есть, — весело согласилась Элен.

Теургистка хихикнула.

— Я едва ли могу спорить, помощница-курьера, поскольку я действительно старая. Но, думаю, вы поймете, что я не последняя, кто достигнет вершины утеса. Ведите меня дальше. Это самый интересный маршрут. Я с удовольствием запишу наши приключения в свой дневник.

— Я бы предпочла, чтобы вы не сообщали о существовании веревочного моста, — сказала Элен.

— Похоже, архонт и ее люди знают о нем. Насколько это может быть секретным?

— При всем уважении, Ваше Достоинство, и раз уж вы затронули эту тему, интендант заинтересован в том, чтобы выяснить, кто его установил и использует для контрабанды. Лучше всего сделать это тихо.

— У вас преувеличенное представление о том, сколько людей читают мой дневник.

— И сколько? — спросила Элен, внезапно заинтересовавшись.

— Только двое. Я имею в виду, кроме меня самой. Уверяю вас, интенданту не стоит беспокоиться о том, что мои записи помешают его расследованию.

— Я уверен, что все это очень интересно, — сказал призрак, — но в сложившихся обстоятельствах мы должны двигаться дальше.

— Конечно, Ваше Высочество. — Элен отхлебнула из бутылки и направилась дальше.

Они спустились в лесистое ущелье и шли по его изрезанному дну, пока не достигли тупика. Здесь с отвесной скалы стекали остатки водопада. Весной и в начале лета здесь был грохочущий водопад с большим бассейном внизу, идеально подходящим для того, чтобы освежиться после тяжелого похода. В это время года, когда осенние дожди ослабли, водоем содержал, в основном, грязь и камни, кроме глубокого полукружия, в центр которого целился водопад, еще достаточно сильно, чтобы пенить воду. С обеих сторон склоны были покрыты каменистыми осыпями, слишком неустойчивыми, чтобы по ним можно было взобраться. Единственный выход вел обратно, в ущелье.

Кем запрокинул голову. «Мы не сможем подняться!» — зло сказал он, хотя раньше — всего несколько дней назад! — он бы подождал, пока она объяснит ему, в чем заключалось ее намерение, вместо того чтобы сразу критиковать.

Все посмотрели на нее так, словно подумали об одном и том же. Все, кроме призрака. Он прошелся по усыпанному галькой краю бассейна, пока не добрался до обрыва, скользкого от сочащейся воды. Он положил руку на камень, собрал несколько капель и поднес их к губам. Ровный плеск водопада был не настолько громким, чтобы заглушить его голос.

— Конечно, — сказал он, поворачиваясь, чтобы понимающе посмотреть на Элен. — Это подземелье сволтеров. Вход, должно быть, спрятан за водопадом. Оно, несомненно, заброшено. Если бы вы рискнули проникнуть в подземелье, где в настоящее время обитают сволтеры, они бы расстреляли вас своими парализующими стрелами, выели бы вам глаза и язык и оставили бы ползти слепым и немым обратно тем же путем, каким вы пришли, на съедение крысам. Их рыси не едят человечину.

Все уставились на него, потеряв дар речи. Даже Элен. Его тон был совершенно простым, словно он сообщил общеизвестный факт.

Однако Лувиара быстро пришла в себя.

— Подземелья сволтеров — просто старые народные сказки. Сволтеры живут в лесных логовищах, часто рядом с пещерами, это правда, но никогда не прячутся под землей.

— Может, в наши дни так и живут, — сказал Призрак, — но сволтеры существовали задолго до империи. Вы этого не видели, но там было такое глубокое подземелье…

Он замолчал, вспомнив, что остальные не знали, что они с Элен отправились на разведку в Храм Сердца, пока остальные спали.

Элен вскочила.

— Наши преследователи в нескольких милях от нас, но это не значит, что они не могут догнать нас. Сюда.

По другую сторону бассейна несколько уступов образовывали узкие террасы, ведущие вверх по скальной стене. Хотя это и не было заметно невооруженным глазом, если только не знать, на что смотреть, эти уступы образовывали опасную лестницу в пещеру, скрытую за водопадом. Они прошли, согнувшись, через падающую воду и споткнулись о влажный камень, ставший скользким из-за водорослей. Ксилси замахала руками, и Джирви подхватил ее, прежде чем она упала, но она оттолкнула его и заковыляла вслед за Элен в дальний конец пещеры, на более сухую землю, где не хватало света для роста водорослей.

В большой пещере не было никаких признаков недавнего обитания. Вместо этого в самой глубине возвышались квадратные колонны, окружающие шестигранное сооружение, похожее на улей. Это были не совсем руины, но такие древние, что казались костями давно умершего существа. Лувиара запорхала вокруг них, как мотылек вокруг пламени.

— Посмотрите сюда! — воскликнула она. — Это не улей. Сооружение окружает шахту. Возможно, это колодец? Можно ли спуститься вниз? Нет, не важно. Я думаю, он завален упавшими камнями.

— Вау! Ты когда-нибудь видела такое? — сказал Кем Ипис, когда они осматривали мокрые глубины пещеры.

— Неужели сволтеры действительно выкопали это? Я думала, что они больше похожи на необычайно умных животных, а не на строителей, как мы. — Ипис проследила изгиб ржавого железного колеса. — Похоже, это могло быть частью колодезной лебедки.

— Ипис, ничего не трогай, — сказал Симо.

Элен достала свой факел и огниво и подожгла фитиль. При мерцающем свете она привела их в самое темное углубление пещеры, которое вело в туннель, достаточно широкий и высокий, чтобы в нем поместилось тело Фулмо, как только он втянул голову в плечи и прижал руки к груди. Пока они поднимались по извилистому туннелю, вырубленному в скале и спиралью уходящему вверх, ему приходилось время от времени поворачиваться боком, чтобы протиснуться внутрь.

Лувиара поднималась позади Элен, чтобы как можно лучше использовать свет. Она была вне себя от возбуждения. Они подошли к арке с красиво вырезанными цветочными лозами и резвящимися детенышами рыси. Без предупреждения Лувиара свернула в сторону и вошла.