***

— Что ты разоряешься на него? — устало осведомился Драко, сканируя пространство заклятьем. Пришлось предусмотрительно разделиться.

— Бесит он меня. — набычился Крэбб. — Ничего поделать не могу.

— Возьми себя в руки. В конце концов, то, что мы помогаем в поисках артефакта — не такая уж тайна. Уизли в курсе. Нашли из-за чего свару устраивать.

— Да бесит он меня! — повторил Крэбб упрямо. — Наехал, будто ему все должны. Что, да почему мы, да чего Поттер ему не сказал…

— Вот к Гарри бы его и отправил с этими вопросами. Спорить-то какой смысл? — не понял Драко. Крэбб возмущённо засопел. — Ладно… Давай лучше колдуй тоже, быстрее управимся.

— А заклинание точно только на крестражи действует? Наткнёмся ещё на какую дрянь…

— Значит, здесь вещей станет меньше. Сосредоточься уже. — раздражённо попросил Драко и про себя вздохнул. В стене в углу исчезла какая-то дверь. Кто-то подслушивал? Эта мысль заставила его нахмуриться. Потом с досадой ещё раз тряхнуть головой.

«Сначала артефакт. Потом всё остальное. Гарри на нас рассчитывает. К тому же, даже если кто-то что-то подслушал, то вряд ли понял всё до конца.»

***

Первое, что почувствовал Гарри — жуткая боль. Тяжелая, всеобъемлющая, заставляющая напрягаться всё тело. Сердце билось, как бешеное, даже учитывая его обычный пульс в стрессовой ситуации. Ощущалось это по-настоящему скверно. Перед глазами плясали цветные круги. Его, кажется, связали. Впрочем, было так больно, что даже без верёвок двигаться весьма затруднительно. Палочки не было. Вот же…

— Хм… Необычная реакция. Будет лучше, если вы перестанете сопротивляться.

Гарри наконец-то удалось сфокусировать зрение. Перед ним стоял Слизнорт. Но другой. Исчезло прежнее радушие и суетливость, фигура как будто стала больше, а голос приобрел нотки отстранённого исследовательского интереса. Пожевав губами, Слизнорт сложил руки на пухлом животе и глубоко вздохнул.

— Я говорю вам правду, мистер Поттер. Лучше расслабьтесь и позвольте подействовать зелью. Иначе оно может вызвать приступ удушья… Конечно, я дам вам антидот до того, как что-то произойдет, но сперва мне хотелось бы кое-в-чем убедиться. — Слизнорт ненадолго замолчал. Гарри сжал челюсти и почувствовал, что сломал зуб. — Я довольно долго следил за вами. Пожалуй, с самого прибытия в замок. Шумиха вокруг вас была неудивительна. Я достаточно давно живу, научился распознавать таланты… Но даже мне не чужды ошибки. — Гарри захрипел, чувствуя, как немеют губы и язык. Слизнорт бросился к нему, взмахнул палочкой. Стало полегче. — Ну же, мистер Поттер! Вам не говорили, что старших следует слушаться?! — с досадой проговорил Слизнорт, после чего снова отошёл на несколько шагов. — Я ведь не собираюсь причинять вам никакого вреда. Во всяком случае, если всё сложиться хорошо. Стоит ли усугублять итак непростое положение? Впрочем, давайте сначала, как часто повторяет мистер Малфой. Как я и говорил, мне всегда хорошо удавалось распознавать таланты. И помогать с их раскрытием. Можете себе представить, как сильно я обрадовался, получив на свой факультет Тома Реддла? Подумайте только, приютский мальчик. А сколько загадок, способностей, ума, упорства! Я вложил в него немало сил. Даже нет. Я вложил в него всё, что знал сам. А знал я немало… И ослеп настолько, что не смог предположить, как всё обернется. Может быть, вы мне и не поверите. Имеете право. Ведь именно я взрастил того монстра, перед которым задрожала в страхе вся Британия. Честное слово, в моих планах было держать всё под контролем. Но не заметить, насколько юный ученик превзошел старого учителя было невозможно. — Гарри моргнул. Слизнорт понял его выражение лица по-своему и скорбно вздохнул. — Да. Под моим руководством Том сделал первые шаги на поприще Тёмной магии. Он был так талантлив… Поймите, я просто не мог удержаться! Впрочем, это уже и не важно. Когда дело дошло до войны, я… Хотел сделать хоть что-то. И тут мне подвернулся подходящий случай. Ну-ну! Не смотрите так на меня! Вы действительно думаете, что просто силы любви было бы достаточно, чтобы отразить Аваду? Да и заклятье разложения не особенно простое, а ведь именно оно развеяло тело Тома. Ваша матушка была талантливой. Упорной. Даром, что маглорождённая. Она так хотела вас спасти, когда узнала о Пророчестве! Понимаете? Я должен был исправить свою ошибку. — Слизнорт замолк. К горлу Гарри подкатил ком тошноты. — И мне нужно кое-что проверить. У заклятья, применённого вашей матушкой, есть одно неприятное последствие. Если мои предположения ошибочны, с вами ничего не случится. Если я прав… Мне правда жаль, мистер Поттер. Но по правилам, когда погибла Лили, вы не должны были выжить в ту ночь. Это нарушает все мыслимые законы. И я не могу так рисковать. Больше не могу. Считайте… Если вы умрёте, то ради всеобщего блага.

Гарри не знал, что сейчас произойдёт. Но почему-то был уверен, что ничем хорошим это для него не кончится. Попытался пошевелиться, закричать, сделать хоть что-нибудь! Тщетно. Тело ему не принадлежало. По кончикам пальцев пробежали неприятные мурашки. Всё, на что его хватило, это испуганно зажмуриться. А в следующий момент сердце забилось быстрее, хотя и казалось, что это невозможно.

— Отойдите от моего брата, профессор. Немедленно.

***

— Уизли. Не трогай! — крикнул Крэбб. Поздно. Уизли сдвинул бутылку и его пальцы сомкнулись на диадеме. По лицу пробежала целая гамма эмоций. — Драко! Грег! Сюда! Мы нашли!

— Нашли? — на бегу спросил Драко и резко остановился, будто врезавшись в невидимую стену. Медленно выдохнул носом. — Прекрасно, Уизли. Теперь положи. Это опасная вещь!

— Диадема? Может, ты просто мне завидуешь, Малфой? — протянул Уизли и ухмыльнулся. Глаза при этом были совершенно стеклянные.

— Идиот! — рявкнул Крэбб. — Давайте просто заберем её!

Уизли тут же ощерился и выставил палочку, нацепив диадему на голову.

— Не думайте, что я вам позволю!

— Проклятье. — пробормотал Драко. Ситуация складывалась из рук вон. Уизли навредить нельзя. Но и диадему нужно уничтожить. Крэбб и Гойл тоже вытащили палочки. — Уизли. Ты ведь знаешь, что такое крестражи. Не дай этой дряни взять над собой верх.

— Не учи меня, Малфой!

Что ж, попробовать стоило. Драко и Гойл одновременно взмахнули палочками и разбежались в стороны от своих собственных заклятий. Уизли успел среагировать. Но упустил из виду Крэбба, который разбежался и повалил его, крепко приложив затылком о каменный пол.

— Нет! — рявкнул Уизли. Ударил Крэбба лбом в нос, с неожиданной силой отпихнул от себя и рванулся вперёд. И не успел. Гойл пнул откатившуюся к ноге диадему подальше, прямо в груду вещей и скомандовал:

— Fiendfyre! — с палочки взревел поток чёрно-фиолетового пламени, заглушив вопль Уизли. Крэбб ругнулся и запоздало поддержал заклятье. Раздался ещё один леденящий душу вопль, Драко отступил на несколько шагов и почти расслабился, как вдруг…

— Уизли, болван, стой! — Уизли его не послушал. С мрачным упрямством на обезумевшем лице он побежал прямо в огонь. Драко от души выругался, нехорошим словом помянув Блэковское безрассудство. — Я его вытащу! Держите контроль!