Естественно, никакого ответа на мои мысли не последовало. В ту же секунду от перенапряжения у меня снова дико заболела голова. Боль волной прокатилась по всему телу — накопленная физическая усталость, моральное истощение, незажившие шрамы и свежие раны сошлись воедино, пытаясь меня добить.
Проваливаясь в тяжелый, липкий сон, я отчетливо понял одну вещь: мне срочно нужно систематизировать свои мысли, иначе я действительно двинусь рассудком и стану сумашедшим в этих проклятых руинах.
Знакомый, неприятно звенящий голос в глубине сознания ехидно подбросил:
— Если только ты уже не стал им.
Проляжав в хижине еще несколько долгих дней, я наконец-то почти полностью выздоровел. Модификации тела которые я приобрел копирую монстров в разы увеличили регенерацию — чертовски приятный и полезный бонус, на который я изначально даже не рассчитывал.
Лунария куда-то постоянно уходила с возвращалась поздно вечером. С того самого злосчастного дня, когда Меч выбросил её из учениц, мы с ней почти не разговаривали. Она ходила замкнутая, глубоко подавленная, и я, несмотря на все попытки собраться с духом, так и не осмелился заговорить с ней. Я видел её пустые, погасшие глаза и понимал: если я сейчас подойду, то просто лишний раз напомню ей о том жестоком разговоре. Лучше пока оставить её в покое. Она сильная, она справится… наверное.
Раз она не смогла отомстить, а тот ублюдочный божок палец о палец не ударил, чтобы ей помочь, значит, всю эту работу придется сделать мне. Я сам стану достаточно сильным, чтобы вместо нее разобраться с её врагами.
Философия меча, которую проповедовал этот божок, крутилась в голове назойливой мухой. И почему у меня вообще накопилось столько нерешенных дел?!
Работы было невпроворот:
Нужно до конца исследовать тот странный заброшенный дом с тайниками.
Обязательно спуститься обратно в подземный город за новой порцией кислоты.
Проверить тех агрессивных обезьян на окраине сектора.
По-хорошему, надо бы последить за Софией — её странное поведение и реакция моего Зверя всё еще не давали мне покоя.
И ко всему прочему, присматривать за Лунарией на всякий случай.
Как же было бы здорово если бы меня было много! Если бы я мог быть не один, а сразу в десять — вот это была бы жизнь.
Как же стать сильнее? И не просто нарастить тупую мышечную массу, а приобрести те самые неуловимые «качества», о которых так долго распинались старики?
Вдруг тишину моего разума разорвал резкий, сухой голос:
— Ты думаешь?
Я от неожиданности дернулся на шкурах. Это был первый раз за последние дни, когда со мной заговорил кто-то из внутренней компании, и на этот раз не нудные старики, а совсем другой, до боли знакомый голос.
— Безумец? Это ты? — мысленно уточнил я.
— Ты сидишь и думаешь, как стать сильнее? — проигнорировал мой вопрос он, и в его тоне отчетливо слышалось издевательское веселье. — А с хера ли ты вообще думаешь?
— Ну как бы… — растерялся я. — Потому что я хочу стать сильнее.
— А почему ты этого хочешь?
— Потому что надо! Чтобы помочь Луне, чтобы защитить свою собственную шкуру от любого встречного монстра!
— И у тебя, значит, есть куча времени на тупые раздумья? С чего ты вообще взял, что находишься в безопасности?
Я захлебнулся собственными мыслями. (…) И вправду! Какого черта я расслабился? Я нахожусь в черт пойми каком безумном мире, на задворках какого разрушевшего цивилизации, где из защиты — только полуразрушенная хижина да Луна рядом. Вокруг кишат жуткие монстры, поблизости нет ни одной нормальной укрепленной крепости-города, способной дать приют. Почему я сижу здесь, веду философские беседы с самим собой и рассуждаю о высоком, будто у меня впереди целая вечность?
Безумец ехидно хохотнул в темноте моего разума:
— Разве тебе еще не понятно, как именно нужно становиться сильнее?
Я сжал зубы, чувствуя, как внутри снова разгорается холодный, хищный огонь:
— Да. Сражаться с сильными врагами. Каждый раз ставить на кон собственную жизнь. Это единственный реальный вариант, когда можно эффективно развивать свою силу.
В этот момент в памяти набатом прозвучали старые слова Ученого: «Это единственное, что у тебя есть, Вайд. Идти вперед, несмотря ни на что».
Хватит, у меня есть четкий список задач, которые нужно решить прямо сейчас, без промедления:
Исследовать тот проклятый дом.
Спуститься в подземный город.
Найти следующую жертву для смертельного сражения.
Группа тех опасных обезьян на границе леса казалась для этой цели идеальным вариантом.
Ну что ж… Ждите меня, твари.
Глава 61.2. Тени высотного дома и сказки богов
Ночь. Я почти дошел до высокого дома. В отличие от прошлых разов, я полностью изменил свое мнение: я больше не должен бояться ночи. Но точно так же я не должен бояться и дня. Настоящий хищник способен сражаться и побеждать в абсолютно любых условиях. Раньше я подсознательно боялся ночного времени, опасаясь вылазок страшных ночных хищников — и тем самым заочно признавал себя жалкой добычей. Хватит. Я должен быть хозяину этого мира, а не его жертвой.
При подобных мыслях у меня из пальцев сами собой, с тихим хрустом, начали вырываться звериные когти. В груди зарождалось глухое, утробное желание сорваться на дикий звериный рык, чтобы привлечь внимание всех монстров в округе, заставить их броситься на меня в атаку и разорвать каждого из них голыми руками на куски.
И с каких пор я вообще стал таким? Настолько звериным, диким?
Я вспомнил, как Ученый как-то раз мимоходом говорил: человеку стать умнее, развить свой разум в сотни раз сложнее, чем скатиться в примитив. Точнее, чтобы стать тупым, вообще ничего не нужно делать — просто жить плывя по течению, и твой мозг со временем сам сделает тебя примитивным. Может, из-за постоянного развития звериных качеств, под воздействием Сердца Зверя, я понемногу сам превращаюсь в монстра?
«Я не стану полностью монстром… надеюсь», — промелькнула холодная мысль.
И вот он. Даже глубокой ночи этот грандиозный дом отчетливо выделялся, возвышаясь гигантским темным монолитом среди остальных разрушенных строений. На удивление, возле него не оказалось ни Тектона зеленого ранга, ни даже патрульных белого ранга. Мне почему-то казалось, что после гибели стража сюда обязательно пришлют нового.
Первый этаж. Тут всё было так же тихо и заброшено. Немного осмотревшись и убедившись в отсутствии ловушек, я уверенно пошел дальше. Старики в голове молчали, но я физически чувствовал, как они пристально, с живым интересом смотрят на окружающие руины моими глазами.
Я зашел именно в ту комнату, где в прошлый раз нашел тайник с сундуком. Внутри было пусто, ничего нового. Когда я уже хотел развернуться и продолжить путь наверх, Археолог резко скомандовал остановиться:
— Подожди. Переверни сундук.
Я послушно наклонился, поднял тяжелую деревянную крышку и перевернул сундук вверх дном. На внешней стороне дна не было абсолютно ничего — ровная, потресканная от времени древесина.
На мой немой вопрос Археолог коротко бросил:
— Присмотрись четче.
Я напряг зрение, насильно вливая в глаза звериную энергию. И тогда, прямо на текстуре дерева, проступил едва заметный, выжженный или вырезанный странный символ. Какой-то древний знак? Больше ничего вокруг него не было. Запомнив начертание, я оставил сундук в покое и пошел выше, поднимаясь.
Наконец, я добрался до той самой комнаты со странными настенными рисунками. Я буквально физически ощутил волну их всеобщего интереса — старики ждали этого момента. Я всегда знал, что в этих стенах скрывается что-то по-настоящему важное.
Здесь были те самые руны, которые с таким упорством изучал Археолог. Потратив некоторое время на расшифровку и сопоставление символов, он наконец нарушил тишину и поделился тем, что ему удалось узнать. Голос старика звучал отстраненно, но в нем слышался отголосок древней эпохи:
