Папа идет с пакетом каких-то конфет и угощает всех, кто попадается на пути. Загоревший, с хорошим настроением…, я рад, что отдых у них с мамой удался.

-Привет, сын.

-Привет, - обнимаю его и хлопаю по плечу.

-Чего ты такой хмурый? На конфетку, - достает из пакета шоколадную конфету и сует ее мне.

-Не хочу, - машу головой и кривлюсь.

-Я всем давал карамельки, - шепотом говорит мне, - а тебе, по-родственному – шоколадную, бери и не выделывайся. – Криво ухмыляюсь, но все равно отказываюсь. – Пошли в мой кабинет, расскажешь, как тут без меня дела вел.

Следую за ним.

-Ну, давай, выкладывай, - он подходит к своему столу и садится в кресло.

У меня звонит телефон. На экране имя Кирилла.

-Прости, я отвечу, важный звонок, - подхожу к окну и принимаю вызов. – Привет, говори.

-И тебе, привет. Ну смотри… Ничего особенного о Владиславе Грабовском я рассказать тебе не могу. У нас на него ничего нет. Лет восемь назад перевел свой бизнес в Китай, обычный бизнесмен. В коррупционных скандалах не замечен, с криминалом не завязан…

-Угу, человек невидимка. Ты мне еще расскажи, что он порядочный, ответственный и просто завидный жених.

-Где-то так. Но! Есть но, заметил?

-Не тяни, говори.

-Посмотрели спецы видео с камер наблюдения, там уже поинтереснее дела обстоят. Знаешь, что демонстрировал тот тип?

-У меня скудная фантазия.

-Пистолет.

-И что это значит?

-А я знаю? Но могу предположить, чисто теоретически, рассматривая всю ситуацию целиком, что это был момент запугивания. Тебя ли, или твоей Беллы, я не знаю. Скорее всего ее, раз ты так и не познакомился с этим типом…

-И что теперь?

-Ну что, сегодня пробью его по базам, но, опять, но… К какому делу его пришить, если и дела-то никакого нет?

-Давай я напишу заявление?

-И что ты там напишешь?

Я понимаю, что времени у меня не так много, поэтому в эти игры «Угадай, что я придумал», играть некогда. Спрашиваю в лоб:

-Что мне делать?

-Действуй через спецслужбы. Уж они-то быстро найдут компромат.

-И к кому мне подходить, с кем решать?

-Ну ты странный! К бате своему иди, он раз в месяц парится в бане и с моим начальником, и с другими занимательными персонажами… Ты что, не знал об этом? – Честно, я мало интересовался кругом знакомств своего отца, особенно его досугом, так как мне это было просто не нужно. Сейчас же я поворачиваюсь в его сторону, и смотрю с интересом, оценивающе, будто вижу впервые. А он сидит, жует конфеты и что-то изучает в компьютере.

-Понял, - сбрасываю звонок.

Папа видит, что я закончил разговор и говорит:

-Представляешь, Леха Ходоровский дочь замуж выдает? Вот, приглашение на свадьбу прислал. И тебя, кстати, пригласил. Сто лет не общались, а тут…

Кровь бьет в голову, психи накрывают.

-Сука, - ору на весь кабинет, и мой телефон летит в стену, разлетаясь на запчасти. Папа офигел, застыл с открытым ртом, так и не дожевав свою конфету. Он не привык, чтобы я при нем выражался. Каким бы оболтусом я раньше не был, но никогда не сквернословил при нем.

-Кто? – непонимающе спрашивает он. – Ходоровский?

Сажусь напротив него и тру руками лицо.

-Па, помоги мне, - с каким-то отчаянием в голосе прошу его.

-Ты толком объясни, что случилось.

И я рассказываю. О знакомстве с Беллой, о том, как она зацепила меня своим отказом, как добивался ее и о том, что был кто-то третий, между нами. Рассказал о том, как исчезла Белла, о видео, и о том, что был в доме этого гребанного жениха. О ее заплаканных глазах, полных страха и безысходности.

-И когда ты все успеваешь? – Пожимаю плечами, не зная, что ответить. – Я же видел, что ты изменился. Влип. Девочка-то хоть хорошая, красивая?

-Красивая и хорошая, - подтверждаю.

-Значит внуки будут красивые, и то хорошо, - вздыхая говорит он. – Дай мне подумать пять минут, к кому нам лучше обратится и поедем. Пусть тебе пока Кирилл перекинет все, что у него есть. – Немного подумав, добавляет, в виде нотаций, - а я тебя приглашал год назад со мной в баню, были б и у тебя нужные знакомые, - тряся указательным пальцем, поучает.

-Как только верну Беллу к себе домой, сразу с тобой в баню, - клянусь, положив руку на сердце.

-Э не…, так не пойдет, девочку забираем, и сразу женишься. Знаешь сколько девок в нашем городе, я ж не буду каждый раз к людям в глаза лезть, чтобы спасти твою очередную... И рождение детей не откладываешь в долгий ящик. Тебе, туда-сюда и тридцать! Когда мне было тридцать, тебе, охламону, уже три было.

Задумываюсь. Хочу ли я жениться? Вспоминаю свою красивую, страстную девочку-белочку, ее улыбку…, да много чего. И сам себе отвечаю: «Мое. Хочу.».

-По рукам, - отвечаю отцу.

-Даже так… А ж интересно посмотреть на ту, что смогла окрутить тебя.

Белла.

Как только Влад уезжает, мне будто дышать легче становится. Словно легкие раскрылись, и я наконец-то смогла сделать полноценный вдох.

Но это длится недолго…

Понедельник приносит неприятные эмоции. Последнее время их настолько много, что они уже воспринимаются не как какое-то отдельное событие, оставившее осадок, а как ежесекундную непрекращающуюся черную полосу, приносящую одни разочарования, обиды, страдания, и конца им нет.

Дверь моей комнаты открывается, и на пороге стоит Моника. Как всегда при параде: элегантна, свежа, ухожена, но теперь я понимаю, как она лицемерна; продажна, точнее, мотивированна деньгами Влада… И может быть, та история ее жизни, рассказанная мне в аэропорту и правдива, но теперь представляется мне не тяжелой жизнью провинциалки, пробивающей себе путь в большом городе, а развитием маленькой акулы, сжирающей всех на своем пути, превращаясь в матерую акулу-убийцу.

Наверное, у меня недобрый взгляд, потому что она хмыкнула и, криво улыбнувшись, говорит:

-Ты не удивлена, значит Владислав уже успел рассказать о мой роли.

-Нет, Влад ничего не говорил о тебе, я сама догадалась после его фразы о том, что я проживала в его квартире. Твоя роль мне абсолютно неинтересна, впрочем, как и ты, - я перехожу на ты, так как она мне больше не начальница, у меня к ней нет никакой симпатии, и быть вежливой в этом доме не вижу смысла. Все здесь - цепные собаки, верно служащие хозяину.

-И что он в тебе нашел? – взгляд пренебрежительный, даже назвала бы его надменным.

-И я не знаю, не поверишь… Тем более, когда под нога вечно ошивается такая яркая, но потасканная личность, как ты. – Вижу, что не ожидала от меня хамства. А мне плевать. Почему я должна подбирать слова, когда окружающим людям абсолютно побоку на мои внутренние переживания, страхи, боли и эмоции в целом.

Я стою возле окна. Моника подходит ко мне и становится напротив.

-Не рано ли ты зубы показываешь? Ты ведь еще никто, - и улыбочка такая гаденькая.

-Я бы предпочла остаться для него никем, но мое мнение Влада мало интересует, впрочем, как и твое, уверена. Хозяин дал приказ, и ты будешь вертеть передо мною хвостом, боясь, что я могу пожаловаться. Я так понимаю, что он любит наказывать, да?

Нервно проводит по идеально гладким волосам, собранным в конский хвост. Значит я попала в цель. И ей не раз прилетало. Мерзко представлять, как именно он ее наказывал. Уверена, что это секс. Как-нибудь жестко и унизительно.

-Ты его постоянная любовница? – интересно, как сделать так, чтобы он почаще пользовался ее услугами, задвигая меня на второстепенные роли.

-Не переживай, - уж как-то горько она улыбается, - Влад никогда не изменял своим женам.

Женам… И, почему-то мурашки по спине.

-А сколько их было? – задаю волнующий вопрос. Нет мне интересно количество не потому, что резко проснулась ревность, а меня больше интересует их дальнейшая судьба. Надеюсь, что они живы…

-Вот у него и спросишь, - какое-то уж больно ехидное у нее выражение лица. – Все, хватит этих светских бесед. Собирайся, дел очень много. первым делом выберем платье, а потом заедем в ресторан.