Признаюсь, не удержался… Наклоняюсь и целую ее в плечо. Белочка вздрагивает и медленно поворачивается в мою сторону. Удивлена. Еще бы! Такой красавец напротив. Моментально вешаю на свое смазливое лицо улыбку и выдаю:

-Привет. Антон, - и протягиваю руку для знакомства, а по факту, хочу ощутить бархатистость ее кожи.

-Привет, Антон. Пока, Антон. – И отворачивается.

Не понял. Что за поебень? Это что, меня отшили? При чем так банально!

Так не пойдет! Тут я решаю, кого отшить, а кого по попке погладить. И наплевать, что она из богатенькой семейки, а то, что дочь нашего конкурента, так вообще здорово. Они нас условно ебут, а мы, то есть я, поимеем их реально.

Кладу руку ей на плечо и, при помощи вращающегося барного стула, разворачиваю в свою сторону. Ее подружки заинтересовались, что там за наглый парень штурмует их подружку, и стали заглядывать сбоку.

Посылаю им приветственный жест и перевожу взгляд на Беллу. А она - злюка! Губы поджала, руки на груди скрестила, а из глаз, прямо молнии летят в разные стороны.

-Что тебе надо, Антон?

-Вот видишь, имя мое уже запомнила… или вспомнила? – вскидываю вопросительно брови.

При ярком освещении она еще красивее. Цвет глаз - зеленый, с более темной радужкой, губы полные, красивые и свои, ровный аккуратненький носик, и красивые скулы. Прямо руки зачесались от желания прикоснуться к ней.

-Ну как же такого забыть? Наглого, хамоватого, прущего как танк му…жчину. Раз увидела, а впечатлений на всю жизнь. – Говорит она все это не с кокетством, а со злостью. Вгоняет меня в ступор. Что не так-то со мной?

Допустим, она помнит события столетней давности, но у нас тогда был совершенно разный возраст, а соответственно и интересы. Это сейчас, чем старше мы становимся, тем безразличнее отношение к этому возрастному разрыву… Белла должна это понимать.

-Эй, Белочка, не морщи лобик, лучше улыбнись, - пытаюсь перейти на позитив в общении. – Давай обнимемся, забудем старое и закрепим перемирие страстным поцелуем.

-Антон, - она наклоняется ко мне так близко, что я могу рассмотреть крапинки в ее зеленых глазах. А эта негодяйка еще берет и облизывает нежно-розовые губы, при чем не накрашенные. Я говорил, что брезгую целоваться? А к этим губам я был бы не против присосаться, - единственное, что ты можешь сделать для меня – это уйти в закат.

Резкий разворот на стуле на сто восемьдесят градусов, и я снова "лицезрю" ее спину.

Поднимаюсь, специально задевая ее спину своей грудью. Ты смотри, какая коза! Спорим детка, что не пройдет и месяца, как будешь за мной бегать. А я еще подумаю, доверить ли тебе свой член или нет. Вот, сучка!

Возвращаюсь в свою ВИП-зону. Прохожу к дивану и падаю на него. Откидываюсь на спинку и задаюсь вопросом: «Что это было?».

Первый раз в жизни меня отшили. Не я, а меня! Неприятненько.

Но я, был бы не я, если бы спустил все на тормозах.

А – отомщу, Б – страшно отомщу, В – и обязательно трахну.

-Что с лицом? – спрашивает у меня Игнат. Он, в отличие от меня, доволен и сыт. Скорее всего уже отодрал свою подружку где-нибудь в укромном уголке, так как рядом ее уже нет.

-Белка покусала, вот думаю, стоит ехать в больницу делать прививку от бешенства, или рассосется?

-Не связывался бы ты с ней… - дает совет Игнат. Может он, как какой-то там дальний родственник в курсе страшный семейных тайн?

-А с чего ты взял, что я решил с ней связываться?

-Да что я не видел, как ты при виде Беллы, закапал слюной весь ковролин. Она не для тебя.

-А для кого? – смотрю на него в ожидании разъяснений.

-Понимаешь, она… Мы цепляем других девочек. А она, проблемная что ли. Тем более, что она только недавно вернулась, - и отпивает из своего стакана.

А и правда, когда она успела появится в нашей компании?

-Откуда вернулась?

-Все, что я о ней знаю, из рассказов моей матери. Получается, что они с матерью Беллы, какие-то там сестры. Я не знаю, что у них да как было в семье, только они с ее отцом развелись много лет назад. Мать укатила в Англию, а Белла осталась с отцом. Потом он женился во второй раз, а ее отправил в частную школу-пансион для девочек в село, правда в Англии. Литтл-Несс, что ли… И с четырнадцати лет до восемнадцати она жила там. Потом поступила в какой-то университет Шотландии. А мамаша ее, вышла замуж за чувака, свихнутого на религии, прямо фанатик, и сама в религию ударилась. Держала Беллу в ежовых рукавицах, вот только в двадцать один разрешила поехать к отцу. Короче, там все сложно. Как в бразильском сериале.

-И давно она приехала?

-Так… эммм… ты в отпуск поехал, а она приехала где-то в этих числах.

-И что, каждый день тусуется?

-А мне что, жалко, что ли? Мать попросила присмотреть, я и присматриваю, сеструха все-таки… Ну пошла девочка в разнос, главное, чтобы по собственному желанию, без принуждения, и бармена предупреждаю, чтобы все напитки чистые были, а то башку оторву…

-Угу… Ты очень заботливый брат… - говорю, а сам уже на своей волне.

Антон.

Так девочка созрела… И понеслась по наклонной. Каждый день клубы, парни… Готов ли я стать в очередь, чтобы иметь доступ к телу? Нет.

Готов ли отказаться от мысли переспать с ней? Тоже нет.

Хотя… она не очень-то похожа на ту, которая прямо в разнос… и с каждым встречным-поперечным. Мне-то отказала. Но в моем случае, скорее всего, из вредности.

Прямо дилемма.

-Антон Эдуардович, тут к вам начальник отдела продаж пришел, - слышу медовый голосок моей секретарши Танюши.

-Пусть заходит.

Да-да, мысли о Белочке не отпускали меня всю ночь, а теперь и на работе. Голова не варит, потому что вчера мой нижний мозг не получил положенную разрядку, а сегодня он в напряжении, и мешает мне сосредоточится.

-Доброе утро, Антон Эдуардович.

-И вам, Семен Петрович. Что там у нас?

-Антон Эдуардович, что-то ваши подчиненные с договором на покупку недвижимости накрутили. Процент… - а вот дальше, он что-то говорит, только звук выключили, а картинку оставили. Я смотрю на него, а мыслями не здесь, а там, в клубе… Целую плечо Белочки, а кожа такая бархатная и ароматная, поэтому губы требуют продолжить исследовать ее тело дальше. Петрович махнул у меня перед носом листком бумаги, и я очнулся, услышав конец фразы, - ну и как вы думаете, по такой цене у нас будут покупать квартиры?

-Я понял суть проблемы. Оставьте договор, я прочитаю его сам, внесу изменения, а тот, кто недосмотрел, будет оштрафован. – На работе я серьезный, внимательный, рассудительный, справедливый… так люди говорят, а им-то врать незачем, поэтому верю голосу народа. И все те фразочки, которыми я часто сыплю в клубе, остаются в клубе. Здесь - реальная жизнь, у меня в подчинении юридический отдел, и я ответственен за то, что они делают.

Как только Семен Петрович исчезает из моего кабинета, первое, что я делаю… нет не принимаюсь читать договор, а звоню Игнату.

-Привет, - а в ответ мне мычание, - спишь еще? Тат-та-ра-дат-та-та-та, рота подъем!

-Тоха, вот нафига ты звонишь с утра пораньше?

-Побойся бога, это вы мажоры ленивые спите сколько хотите, а трудовой народ уже как три часа трудится на благо родины.

-А ты типа не мажор?

-Я умело лавирую между этими двумя редко пересекающимися группами, пока удается усидеть на двух стульях, хотя к пятнице они частенько разъезжаются.

-Ага, прямо на доску почета тебя, работяга года. А потом папаша мне мозг выносит: «Посмотри, какой Антон у Краснова, и работать успевает, и баб тягать, а ты…», - говорит Игнат, копируя своего отца.

-Не надо завидовать, - смеюсь я в ответ. – Ты мне вот чего скажи, сегодня будет тусня?

-Да, сегодня клуб новый открывается, далековато правда от центра, но это клуб моего знакомого, так что должно быть прикольно.

-А Белла будет?

-Запал таки? Не говори потом, что я тебя не предупреждал. Дать – не даст, а мозг вынесет, как пить дать. Поверь моему жизненному опыту, мальчик, - снисходительно говорит Игнат последнюю фразу.