Все, стоп! Во меня понесло. Возвращаюсь в реальность в тот момент, когда Ира начинает интересоваться мнением Беллы. Вот кому-кому, а этой кукле похрен, так как она вообще пошла только из-за Иры, а не от большой любви к искусству.

-Ира, короче, мы согласны, пошли за билетами.

Вот уже минут тридцать думаю, зачем я взял билеты на последний ряд, если никто из нас не собирается сосаться?

Слева сидит Белла с непроницаемым лицом, явно не следящая за сюжетом. Справа от меня – Ира, которая, наоборот, смотрит с открытым ртом, и переживает за главных героев, смахивая слезы в особо эмоциональных моментах, и уже готова быть крестной их детям.

Скукотень… Надо бы развлечься. Чуть отклоняюсь и кладу руку на спинку кресла Беллы. Пару минут делаю вид, что так и надо, а потом аккуратненько перекладываю руку ей на плечо.

Реакция не заставила себя долго ждать.

Белла поворачивает голову в мою сторону. Ну, и я поворачиваюсь. Ее глаза блестят в темноте. Вот действо на экране меняется, вспыхивающий свет с экрана освещает ее лицо, на нем немой вопрос: «What the fuck is going on?».

-Ты не замерзла? – совершенно искренне спрашиваю у нее.

Она размыкает губы, набирает полные легкие воздуха, чтобы выплюнуть очередную порцию яда, но на мгновение замирает, словно прислушивается к себе.

-Есть такое, - немного задумчиво отвечает она.

-Сейчас, - поднимаюсь и мигом вылетаю из зала.

Прямо напротив дверей нескольких залов для просмотра фильмов, находится мини кафе. Подлетаю туда в два шага и выпаливаю.

-Девушка, дайте большой латте с сиропом. А Гренадин у вас алкогольный?

-Да, он с алкоголем, - отвечает девушка, принявшаяся исполнять мой заказ.

-Тогда сахар не добавляйте, а херякните туда двойную порцию сиропчика, как для себя, - девушка хитро улыбнулась и кивнула в ответ.

Поворачиваю голову и вижу, что за мной уже образовалась мини очередь. Мне в пупок дышит мальчонка лет семи, и смотрит как-то не по-доброму. Чем я всем не угодил?

-Чего тебе, мальчик?

-А мама говорит, что «матюхаться» плохо, - он говорит громко, четко и с расстановкой.

-Совершенно согласен, - улыбаюсь в ответ.

-А мама говорит, что слово хер – плохое.

-Точно, плохое. Я больше не буду говорить это слово.

-А мама говорит, что кто много пьет, тот станет алкофаном.

Вот что ему сказать? Пиздуй к своей мамаше и не еби мне голову?

Наклоняюсь и шепчу ему:

-А ну, брысь отсюда, мелюзга!

-Ну ты, дядя, и педик, - пока я выпячиваю глаза, этот мелкий засранец лупит меня ногой по голени, срывает с места и с криком: «Ааааа…», бежит в сторону столиков, где сидят посетители, которые ждут начало своего сеанса.

-Пожалуйста, ваш латте, - возвращает мое внимание девушка.

-Спасибо, - забираю кофе и возвращаюсь прихрамывая в свой кинозал.

-Вот, держи, - протягиваю кофе Белле.

Она поднимает на меня удивленные глаза и тянется за стаканом.

Самое интересное, что перед тем, как начать пить, она открывает крышку, придерживая трубочку, и нюхает.

-Кофе с фруктовой добавкой?

-А надо было что, боярышник в аптеке купить? – малой меня выбесил, поэтому от былой внутренней интриги, или какого-то интереса к тому, что она скажет, когда я совершу подобный поступок, не осталось и следа. Захотелось гаркнуть: «Пей уже!».

-Неожиданно, но приятно. Спасибо.

Приятно ей! Приятно…

Ну ладно, раз приятно, это уже не плохо. Работаю на перспективу.

Она отпивает глоток и толкает меня в бок.

-Попробуй, как вкусно, - и чуть наклоняет стакан так, что трубочка смотрит прямо на меня и так и манит: «Сербни, сделай это…».

И я отпиваю. Ощущение какой-то интимности данного момента, накрывает меня волной. Она пила из этой трубочки, ее губы прикасались к ней, а потом я отпил из нее… И вот она опять подносит трубочку к своим губам, смыкает их на ней и пьет. Прямо взрыв мозга! И давно я стал играть в эти игры разума?

-Вкусно? – интересуется у меня.

-А? А, да, вкусно. Рад, что угодил.

Уже осмелев, кладу руку ей на плечо и притягиваю к себе.

-Пей, и грейся, - а она уже не обращает на мой жест внимание, сама наклоняется в мою сторону.

Что-то я немного расчувствовался. Того гляди и ёкнет в районе сердца…

А оно мне надо? Нет!

Любовь – это не просто погреть ее холодную попу, это что-то большее. Больше, чем просто секс – мне не нужно. Муторно это все… Искра исчезнет, запал пропадет, а дальше, что делать? На голом энтузиазме далеко не уедешь в «Долго и счастливо» …

Поворачиваю голову в ее сторону. Красивая… и пахнет от нее все также весной…

Белла, отпив в очередной раз из стаканчика, ставит его в подстаканник в кресле и кладет свою голову мне на плечо.

Это что-то новенькое! Может это двойная порция Гренадина так ее расположила ко мне?

Но главное не это, а то, что мне это нравится. Чувствовать тепло ее тела, запах, да и вообще, вся эта ситуация, какая-то душевная, что ли…

Цепляет. Задевает за крупицы живого, втаптывая в грязь продуманного циника и первостатейного ебаря.

Как-то вторая часть фильма пролетает быстрее. Я даже не успел упорядочить свои мысли и расставить в своей голове приоритеты.

Свет вспыхивает. На экране титры.

Ира что-то восторженно рассказывает Прохору, стирая дорожки от слез умиления. Как я понял, у героев фильма все на мази.

Поворачиваю голову в сторону Беллы, а она спит. Круто. Я тут размышляю о вечном, а она дрыхнет!

Но хороша – слов нет! Щеки порозовели, губки приоткрыты и реснички подрагивают… Что же тебе сниться? Или кто?

Белла

На удивление, сидеть с Антоном в обнимку мне приятно. От него исходит тепло, в котором хочется греться. Хоть он и не самый положительный и правильный мужчина на планете Земля, я не чувствую в нем злобы, негатива, и не считаю его угрозой для себя.

Да, он бабник, может безответственный, может слишком эгоистичный – это все то, что я смогла рассмотреть не сильно углубляясь, но вот агрессии в нем нет.

Конечно, иногда в его взгляде мелькала мысль прибить меня, после очередного отказа его Высочеству, но вот на сто процентов уверена, что дальше угроз или мыслей, он никогда не пойдет. Почему-то так… я думаю.

Чего не скажешь о Владе.

Смотрю сейчас на экран. Мелькают кадры, какой-то сюжет… но я словно не вижу всего этого.

Пока я была на работе, пока ехала с Антоном, да и потом общалась с Ирой и Прохором до начала сеанса, я не могла спокойно проанализировать внезапное появление Влада в кафе. Зачем он пришел? Напомнить о себе? Дать понять, что он знает где я, и его намерения в отношении меня в силе?

Главный вопрос, который меня тревожит: «Какого лешего он ко мне прицепился?». Не верю, что на такой товар нет желающий барышень. Уверена, что стоит ему поманить, так они слетятся как мухи на…

Да и не поверю я, что больше месяца он, завязав свой писюн узелком, ждет меня и вздыхает.

Надо бы как-то в следующий раз, набраться смелости и задать ему все интересующие меня вопросы, а не хлопать глазками и терять сознание.

Хм… легко подумать, а как сделать-то? Это я сейчас смелая, сидя под боком у Антона, а как Влада увижу, так и вся смелость и желание что-то спрашивать и узнавать, сразу испарится.

На этих мыслях, меня медленно смывает. Проваливаюсь в тревожную полудрему.

За столом сидит Влад. Он, будто сгусток дьявольской энергии и силы, давит на меня, подчиняя и доминируя. Его взгляд – сковывает и душит.

Я не хочу находиться рядом с ним, я не хочу даже дышать с ним одним воздухом, но ощущение, что выбора у меня нет, не покидает.

Он молчит. И я молчу. И в этом его молчании – сила и власть.

В его глазах не видно дна, нет жизни, нет истории… Там только адский огонь, желание подчинить и прогнуть, найти слабое место и надавить побольнее.

Даже во сне, мне ужасно страшно.