Время! Время? Какое время! Мне надо, чтобы меня все оставили в покое! Срываюсь и бегу по лестнице. Заскакиваю в свою комнату и захлопываю дверь. Падаю на кровать, закрываю глаза и погружаюсь в черные вязкие воспоминания.

Белла.

Мама с психом натягивает на меня розовое бальное платье. Оно мне жуть как не нравится, но маму это мало беспокоит. На моей фигуре, точнее на ее отсутствии, платье смотрится, словно чехол на танке, добавляя и так большой попе еще пару размеров.

Она начинает расчесывать мои длинные волосы, чтобы заплести французскую косу.

-Ай, больно, - говорю ей, когда она дергает мои запутавшиеся волосы расческой, выдирая небольшой клок.

-Следить надо за волосами, и расчесывать самой почаще, чтобы не запутывались, - бурчит мама. - И очки надень, - прямо рявкает в ухо.

-Они не красивые и уродуют меня, - нахмурившись говорю, точнее шепелявлю я. Мне недавно поставили брекеты, хотя никакой кривизны зубов я не видела, но мама, словно наказывая меня за что-то, настояла на их появление в моем рту.

Это сейчас я понимаю, что тогда у них с отцом уже был запущен процесс развода и мама срывала на мне свою злость, как на более слабом человеке.

Закончив с выплетанием косы, мама, не церемонясь, вставляет мне в волосы шпильки, украшенные розовыми розочками, больно царапая кожу.

Слезы обиды вот-вот и сорвутся с ресниц. Быстро натягиваю на нос очки, скрывая покрасневшие глаза.

-Вы готовы? – спрашивает зашедший в мою комнату отец.

-Да, - рявкает мама.

-Проходи, Белла, - он пропускает меня вперед. – Без концертов, всем не обязательно знать о наших разногласиях, - говорит отец, обращаясь уже к матери.

-Разногласиях? – истерически выкрикивает мама.

-Хватит, - рявкает он, - что-то не устраивает, оставайся дома. Скажу, что у тебя мигрень.

В машине едем молча.

Подъезжаем к какому-то дому. Я выхожу из машины и замираю. Хоть он и хорошо освещен, но больно уж мрачен. Почему-то у меня возникла ассоциация с замком Чудовища из моего любимого мультика про Белль. Родители успели подняться по ступенькам, а я все также стою на месте.

-Белла, поспеши, - зовет меня отец и я отмираю.

Внутри все обычно. Мебель - не живая, прислуга – исключительно люди, поэтому я немного расслабляюсь.

Мне здесь совсем не комфортно, потому что ни одна из компаний детей не воспринимает меня. Более взрослым детям я не интересна, мелкие бегают, играя чуть ли в салочки, помещение позволяет, а мои сверстники смотрят на меня, как на полоумную, хихикают и без стеснения обсуждают. Естественно, как не обсуждать здоровенную деваху, одетую в платье принцессы, которое одевают маленьким девочкам.

Единственным, кто сказал мне за сегодняшний вечер: «Привет», был Игнат, мой какой-то там юродный брат.

Ему уже восемнадцать, и он тусуется в компании таких же, бесспорно взрослых для меня людей. Их компания вызывает у меня восторг. Они модно одеты, красивые, а главное, могут делать все, что им пожелается. Игнат дружит с Антоном Красновым. Он классный. Красивый, улыбчивый… Все девочки прутся от него, мечтают, чтобы он обратил на них свое внимание. Я слышала их комментарии, а еще рассказы о его сексуальных похождениях. Машка Савицкая хвасталась подружкам, чисто по секрету, что у него большой… Только что, я так и не поняла.

Весь вечер я простояла в сторонке, переминаясь с ноги на ногу. Пить хотелось безумно. Поэтому, переступив через стеснение, я направляюсь к банкетному столу, чтобы взять стакан сока.

И тут заиграла медленная композиция. Боковым зрением вижу, что Антон отделяется от толпы и направляется в мою сторону. Я замерла посередине зала, растерялась. А может надеялась, что он идет именно ко мне?

Антон отодвигает меня так, словно я неприятное недоразумение, возникшее на его пути, и говорит:

-Посторонись, пирожочек, - и подходит к Машке.

Все. Пить резко перехотелось. Хочу забиться в угол и не вылазить оттуда до конца этого дурацкого мероприятия. Одной фразой он опустил меня на самое дно, хотя не это стало причиной моего отказа в данное время. Здесь совсем другая причина.

Выхожу, а точнее, выбегаю из зала и быстрым шагом просто иду по коридорам. Несколько раз повернула, дернула за ручку одну дверь, вторую – заперто. В конце коридора дверь – большая и массивная. Нажимаю на ручку и дверь поддается. Открываю ее с трудом, заскакиваю внутрь, и закрываю. Притулилась спиной и тяжело дышу, как будто за мной гнался сам дьявол. Но я-то и представить не могла, что он именно здесь поджидает меня.

В комнате темно. Ничего не видно. На улице уже поздний вечер, мы за городом, где нет уличного освещения, да и шторы плотно зашторены.

Делаю несколько шагов и пытаюсь найти включатель, но его нет. Может отдернуть шторы, и тогда смогу найти включатель?

Делаю несколько шагов вглубь комнаты, вытягиваю руку вперед.

И вдруг, щелчок. Вспыхивает огонек, он движется, поджигая что-то и исчезает. По комнате распространился запах табака, такой вязкий, с горчинкой.

-Простите, - начинаю оправдываться я, - я не знала, что здесь кто-то есть.

-Привет, девочка, - говорит голос. Он странный… Бархатистый, чуть с хрипотцой, какой-то гипнотизирующий… - тоже не любишь большие компании?

-Эм… нет.

Огонек поднимается и направляется в мою сторону. Я не знаю, как ему удается видеть в темноте? После нескольких минут пребывания в комнате, я могу различить лишь очертания крупных предметов. Так, я понимаю, что передо мною стоит стол, значит я зашла в кабинет хозяина дома. Вот позорище! Подумает еще, что спереть что-то хотела!

-Я сейчас уйду, - быстро тараторю и хочу сделать шаг назад.

-Нет, стой, где стоишь, - звучит как беспрекословный приказ.

Замираю. Мне кажется, что даже перестала дышать.

Огонек вспыхивает прямо передо мной, показывая, что хозяин высокий, как для меня - тринадцатилетней девочки. Теперь, по большому тлеющему кольцу, я понимаю, что он курит сигару. Он затягивается и выпускает дым поверх моей головы, но этот запах впитывается в меня, просачивается, чтобы остаться со мной до сегодняшнего дня в моей памяти.

Хозяин движется бесшумно. Только по движению огонька могу понять, куда он идет. Я его не вижу, но теперь чувствую спиной. Она горит, чуть ли не расплавляя мое синтетическое платье. Хозяин наклоняется и втягивает воздух у моего уха. Он что, меня нюхает?

-Ты пахнешь весенними цветами, ярким солнцем и персиками, - шепчет незнакомец. Кладем свою руку на мое плечо и проводит до кисти, - ты вырастешь красивой девочкой, - звучит настолько убедительно, что я сама начинаю в это верить.

И тут, он целует меня в плечо. Будто клеймо ставит. Там, где его губы соприкоснулись с моей кожей – ожог, а там, где он провел рукой, словно кожу содрали.

Я вздрагиваю.

-Тш… не бойся, я тебя не обижу. Сколько тебе лет?

-Тринадцать, - еле ворочая языком отвечаю я.

-Маленькая… - то ли констатирует факт, то ли сожалеет. Движение, и он уже стоит прямо передо мною, наклоняется и прикасается своими сухими горячими губами к моим. Нет, он не целует по-взрослому, он словно выпивает и вытягивает из меня все живое, человеческое, что ли, оставляя лишь пустоту. - Обещай, что дождешься меня, - требует он.

А я вырываюсь из его плена и в ужасе сбегаю!

Белла.

Дверь в мою комнату открывается и заходит отец. Я лежу на кровати свесив ноги на пол, а руки раскиданы в стороны. Хоть у меня и закрыты глаза, но я просто уверена в том, что это он.

-Белла, я знаю, что ты не спишь, давай поговорим.

-О нем? Не хочу. И замуж за него не пойду, - абсолютно безэмоциональным голосом говорю отцу.

-А что в нем не так? Почему ты восприняла его так в штыки? Нормальный мужик. Ну да, взрослый, но сейчас это никого не останавливает, а наоборот…