-Что? – чувствую звериную энергию, направленную на мое подчинение. Сейчас может произойти что-то из ряда очень интимного, унижающего меня.

-На колени, - в том же тоне, повторяет. И его рука ложится на резинку спортивных штанов, - тебе помочь? – Прикрываю глаза и качаю отрицательно головой. Уверена, что его помощь мне не понравится.

Медленно опускаюсь на колени. Глаза все также закрыты. Я не хочу ничего видеть. Видеть, значит иметь подтверждение, а так - самообман…

Влад подходит ближе. Так близко, что я чувствую холод, да… правильно, не жар его тела, а холод. Вздрагиваю, когда он прикасается к щеке, гладит большим пальцем губы… Сглатываю. Мне надо перенестись в другое место, абстрагироваться, отключиться… Это не я, это просто тело… душа в другом месте… ей там лучше, не так больно…

Дверь в спортзал открывается.

-Босс… - распахиваю глаза. На пороге, начальник охраны. Он замялся, увидев картину. Резко разворачивается спиной, но не уходит, а продолжает говорить, - простите. Звонят из Гуанчжоу, там на заводе масштабный авария. С жертвами.

-Я понял, иди. Самолет подготовь. – Охранник кивает и быстро выходит.

-Мы продолжим позже, девочка… Не скучай. Завтра к тебе придет помощник, готовься к свадьбе. Чтобы не произошло, она состоится в субботу. У тебя шесть дней на подготовку. Доверься помощнику, она ас в этих делах.

Наклоняется и целует меня в губы. Медленно отступая, шаг за шагом, приближается к двери. Как только он скрывается за ней, падаю на прорезиненный пол и благодарю Всевышнего за то, что оттягивает мою неминуемую душевную смерть.

Антон.

-Ты мне поможешь? – мой вопрос разрывает тишину в машине. Мы уже далеко отъехали от дома Грабовского, и все это время молчали. Я думал о своем, а Кирилл, скорее всего о том, как бы побыстрее оказаться в теплой постели под боком своей Киры.

-Чем? – отрываясь от созерцания пустынной темной дороги, интересуется он.

-Мне нужна информация на этого типа. Что он из себя представляет, чем занимается… короче, все, что сможешь нарыть.

-Зачем тебе это? Мне показалось, что девушка четко дала понять, что у нее все норм.

-Тебе показалось. – Отвечаю резче чем стоит. Кирилл же не виноват. Поэтому пытаюсь обосновать свои сомнения на счет всей этой ситуации. – Неужели ты не заметил ее заплаканных глаз? А ее дрожь от его прикосновения… Убить готов его, сука! Я просто уверен, что он ее чем-то шантажирует!

-В тебе говорит обида, что выбрала не тебя. А насчет ее состояния…, по-моему, она как была немного отмороженной, так такой и осталась.

-Сам ты…, - хочется рубануть с горяча, но сдерживаюсь. Не самое лучшее время ругаться с другом. – Нормальная она. Конечно, не твой вулкан Кира, не спорю, но не отмороженная, а в постели, так вообще…

-Давай без подробностей, - ухмыляется Кир.

-Не дождешься.

-Может ты и прав… Я ведь видел ее всего пару раз, а разговаривал и того меньше.

-Так ты поможешь?

-Во-первых, завтра, а точнее уже сегодня, воскресенье. Я мало что смогу раздобыть. Ну, запись просмотрю у спецов… Может удастся найти того гопника, который топтался у подъезда, но какую-то другую, более серьезную инфу – только в понедельник.

-Блядь, а мне-то что делать? Я как представлю, что она там с ним! И он может делать с ней все, что угодно, готов хоть сейчас развернуть машину и вынести эти чертовы ворота нахрен, разъебашить все в пух и прах, - говорю, а всего аж трусит от злобы, а главное от моего бездействия, непонимания ситуации в целом, - чувствую себя полным чмом. Ведь мы с ним сталкивались в кафе, там, где работала Белла. Я ж ведь чувствовал и осознавал, что он не просто клиент кафе, а какой-то хуй, который кидает мне предъяву. Нет, чтобы сразу пробить кто он такой, я плюнул и растер, и полностью погрузился в окучивание Беллы. А теперь имею вот эту поебень, и не знаю с какого краю к ней подступить!

-Послушай, - поворачиваю голову в сторону Кира, и жду вопроса, - она реально так тебе важна?

-А если бы тоже самое случилось с Кирой? Ты бы отступил?

-Нет. Безусловно нет. Но в том то и проблема, - со вздохом, говорит Кир, - что такой ситуации с Кирой просто не может быть. Я уверен, что мне бы еще приплатили, чтобы я забрал ее обратно, - и ржет.

Невольно улыбаюсь сам, но это улыбка горечи и грусти. Сердце рвется на куски. Чувствую себя беспомощным пацаном, у которого куча понтов, а в реальности – полнейший балабол. Что я могу? Только и того, что набить ему рожу. Но этот Грабовский не так прост, он не выйдет со мной на бой, у него на лбу написано, что он любитель многоходовок и разного рода подстав. Одним словом – мудак.

-Эй, дай я сяду за руль! – Кирилл толкает меня в плечо. Черт, я задумался и чуть не поехал прямо, пропустив указатель «крутой поворот».

-Все, я с тобой, слежу за дорогой.

-Слушай, брат. Вот прямо сейчас я ничем не могу тебе помочь. Я не могу сказать тебе: «Отвлекись, или переключись на что-то другое», но блин, сейчас другого выхода нет. Ночь на дворе.

-Да я понимаю. Все понимаю. Но, сука, бесит неимоверно, - бью сгоряча рукой по рулю.

Едем по пустынным улицам города.

-Тебя домой, или за машиной?

-Завтра заберу, вези домой, - обращаю внимание на телефон в его руке. Он что-то печатал, теперь на экране всплывает сообщение. – Вот неугомонная, - бубнит себе под нос.

-Кира? – спрашивая у него. Он кивает. – Напиши, что уже подъезжаешь. – Мы и правда заезжаем во двор дома Кирилла, поэтому скоро голубки встретятся. Хотя, чего скрывать, рад за друга, что нашел ту, которой не безразлично, где он шляется в начале второго ночи.

Торможу возле его подъезда.

-А ты куда сейчас? – спрашивает Кирилл.

-Поеду к родителям. Они только завтра возвращаются. К ним ближе, да и не смогу я сейчас в своей квартире быть, там пахнет Беллой, ее вещи… С ума сойду, или квартиру разнесу.

-Не накручивай себя раньше времени. Я наберу тебя в понедельник, часов в десять. Давай, пока.

Добравшись до квартиры родителей, понимаю, что несмотря на поздний час, сна ни в одном глазу.

Прохожу в кабинет отца и до утра роюсь в интернете, пытаясь найти хоть какую-то информацию о Владиславе Илларионовиче Грабовском.

В глазах боль и резь, словно песка насыпали, от отсутствия сна и длительной работы за компьютером; шея затекла; спина печет огнем… А результат моего поиска может спокойно вместиться на распечатке формата А4, и то, только с одной стороны.

Информации очень мало, и она настолько скудная, что составить какое-либо мнение об этом самом Грабовском не представляется никакой возможности. Общая информация о том, где он родился, и сколько ему лет…, абсолютно никак не отвечает на вопрос: «Какого хрена он прицепился к Белле?».

И что делать дальше? Смотреть на часы и отсчитывать минуты до начала завтрашнего дня?

Решаю принять душ, а потом пойти в спортзал. Надо выплеснуть злость, агрессию и желание убивать на боксерскую грушу, а то, не ровен час, сорвусь и поеду к нему домой. Скандал-то устроить устрою, может даже в морду дам, уверен, что получу, так как охраны там прилично…, только боюсь я не этого, а того, как он поведет себя с Беллой после того, как меня отметелят… Не постигнет ли ее моя участь? На мне все заживет, как на собаке, а она ж белочка, маленькая и хрупкая.

После долгого избиения груши, мне показалось, что она была рада тому, что я устал.

Потный и измучанный, принимаю душ и падаю на кровать и вырубаюсь.

Просыпаюсь. За окном рассвет. Шесть утра. Я так никогда не радовался понедельнику, как сегодня. Быстро собираюсь, пью кофе и еду на работу.

Работа не клеится. Сотрудники раздражают. Их вопросы мне кажутся тупыми и неуместными.

К десяти часам приезжает отец. Я был уверен, что сразу из аэропорта он приедет на работу. Такой человек. Слышу галдящих коллеги, поздравляющих его с прошедшими праздниками. Выхожу в коридор, чтобы встретить его.