На этот раз Пенни рассказывает Наоми правду. После того как она объясняет основы, Наоми выглядит слегка испуганной.

— Ты уверена, что хочешь это сделать? То, что мы видели в прошлый раз, в лесу… это было страшно, Пенни.

— Я уверена.

Наоми кивает.

— Тогда я помогаю.

— Наоми…

— Помнишь наш спор о том, чтобы позволить мне самой принимать такие решения? — Наоми обнимает Пенни за плечи. — Как раз такой момент.

В тот вечер Пенни пишет Кори длинное сообщение с подробностями своего плана пересечь Завесу. Она рассказывает ему о Кровавой клятве. О плане, который она разработала с Милтоном. О том, что они собираются провести заклинание во время футбольного матча через два дня — и что он им нужен.

Пенни нажимает «отправить» и ждёт ответа. И ждёт.

Но Кори игнорирует её на уроке математики. Он проходит мимо в коридоре, не встречаясь взглядом. В обед он даже не поднимает глаз, когда Пенни проходит мимо его столика.

Присоединится Кори к ним или нет, они будут делать это заклинание, поэтому Пенни отвлекается от его молчания приготовлениями. Она покупает чистое серебряное ожерелье на Etsy с запасной кредитной карты. Она замачивает Оберег мамы в мёде. И она повторяет слова пяти разных заклинаний распутывания, пока не запоминает их, надеясь, что одно из них разорвёт связь между её мамой и Проклятием.

И затем, в день футбольного матча, она идёт на первый урок, когда получает сообщение. Оно от Кори.

Я в деле.

Пенни прижимает телефон к груди, выдыхая с облегчением. Теперь им нужен ещё один человек, чтобы завершить круг.

Пенни знает, кого попросить.

Возможно, это глупо, но заклинание будет легче, если у них будет ещё одна ведьма. И, к сожалению, в Айдлвуде есть только один другой ковен.

В обед Пенни ждёт у шкафчика Дилан Мэйберри.

— Сюрприз.

Дилан в своей бордово-белой форме чирлидера, с блестящими стразами на внешних уголках глаз. Она смотрит на Пенни с восторженным безразличием.

— Так много школьного духа, — говорит Пенни.

Дилан прищуривается.

— Тебе что-то нужно?

— Да, вообще-то. — Пенни вводит Дилан в курс дела. Выражение лица Дилан остаётся мрачным всё время.

— Я могу тебе помешать, — говорит Дилан, когда Пенни заканчивает свою речь.

— Верно.

— Так зачем просить меня? Похоже на плохую идею.

— Потому что, в глубине души, ты…

— Пожалуйста, не говори, что я хороший человек.

— Никогда! Я собиралась сказать, что ты ведьма. — Пенни наклоняется. — Ты хотела получить доступ к заклинаниям, да? В этот раз тебе не придётся отправлять обнажённые фото незнакомцам в интернете.

— Это были фото ног. — Дилан закатывает глаза. — Никогда не думала, что Пенни Эмберли станет хранительницей моих самых тёмных секретов.

— Это точно не самый тёмный твой секрет.

— О-о, у неё есть шутки.

— Ты не обязана помогать, если не хочешь, — говорит Пенни, хотя сердце колотится. — Увидимся на игре.

Пенни начинает уходить. Позади неё Дилан вздыхает.

— Эй.

Её выражение лица не изменилось, что делает следующее слово ещё более удивительным:

— Прости.

Пенни таращится на неё.

— За…?

— Ты знаешь за что.

— Ясно. — Пенни рассматривает её. — Ты выглядишь так, будто тебе больно.

Дилан игнорирует её, открывая шкафчик. Пенни принимает намёк: их разговор окончен.

Но когда она идёт на следующий урок, она чувствует себя немного легче. Потому что у неё есть чувство, что Дилан сегодня будет на их стороне.

Позже в тот же день бас предыгровой музыки сотрясает землю вплоть до парковки Центральной школы Айдлвуда. Люди танцуют и кричат, группами направляясь к футбольному полю, делая селфи и обсуждая команду Манси, которая играет против тигров Центральной школы Айдлвуда.

Пенни и Наоми идут бок о бок, толпа несёт их вперёд. На шее у Пенни чистая серебряная цепочка с крошечным холодным стеклянным пузырьком мёда. Футбольный стадион возвышается, как Мордор.

— Когда приедет Милтон? — спрашивает Наоми, её белые каблуки цокают по асфальту. Её тёмно-красный макияж глаз безупречен, но Пенни видит усталость в её глазах.

— В любую минуту. — Пенни смотрит на лучшую подругу. — Не спала?

— Я рада, что моя бабушка умерла, не зная, что ведьмы существуют. Это будет преследовать меня вечно.

— Прошу прощения, — раздаётся голос, — но это оскорбительно.

Дилан идёт позади них, явно подслушивая.

— Какого бога мы прогневали, чтобы заслужить твоё внимание? — спрашивает Наоми, не оборачиваясь.

— Знаешь, Наоми, я не могу поверить, что мы не друзья. Ты — главная стерва.

Наоми выглядит почти польщённой, а затем до неё доходит. Она смотрит на Пенни широко раскрытыми глазами.

— Пожалуйста, объясни, почему она здесь.

— Потому что я ведьма, — говорит Дилан.

— Ты?

— Да, я. — Дилан протискивается между ними, так что они идут плечом к плечу. — Я слаба как говно, так что можете пока меня не бояться.

Мозг Наоми, возможно, замыкает, но она умудряется спросить:

— Кори знает об этом?

— Я написала ему по дороге, — говорит Пенни.

— Надеюсь, это не собьёт его с игры, — бормочет Наоми.

Рёв двигателя заглушает все разговоры, и Пенни останавливается. Она узнаёт этот звук. Он — часть саундтрека этого лета — вместе с шёпотом заклинаний, скрипом велосипедных колёс и гулом кондиционера в кафе «Горизонт». Пенни нужно за что-то зацепиться, поэтому она хватает Дилан за руку, пока её глаза ищут на парковке.

— Не трогай меня, — говорит Дилан. — Что ты вообще ищешь…

Мелькает синий цвет, и Шелби появляется, объезжая парковку и втискиваясь в несуществующее место прямо рядом с Пенни, Дилан и Наоми. Дверь со стороны пассажира открывается, и Милтон вываливается, выглядя укачанным.

— Нахер всё это, — бормочет он, хлопая дверью.

Затем открывается дверь водителя, и вылезает Алонсо.

На нём крошечные очки, в стиле Джона Леннона. Он снимает их, и у Пенни пересыхает во рту.

— Привет. — Он кивает Наоми. Когда его глаза находят Пенни, Алонсо теряет свою небрежность. Он неловко переминается и пытается положить очки в карман брюк, прежде чем понимает, что брюки слишком узкие. Вместо этого он цепляет их за рубашку.

— Молодец, — говорит Дилан.

— Ты здесь, — выдавливает Пенни.

Алонсо пожимает плечами.

— Ой, вы двое такие милые, — говорит Дилан, переводя взгляд с Алонсо на Пенни. — Вы уже купили места на кладбище? Соберётесь смешивать свой прах, в стиле Хитклиффа и Кэти?

Алонсо хмурится.

— Почему здесь Дилан Мэйберри? И почему она цитирует «Грозовой перевал»?

— Я из ковена Барнхардт, помнишь? Пенни умоляла меня помочь вам. А «Грозовой перевал» — моя любимая книга. Я, по сути, Кэти, только с уходом за кожей.

— Оооокей. В любом случае. — Алонсо лезет в карман куртки и протягивает руку. — Я сделал это для всех.

Там пять ожерелий, каждое с маленьким стеклянным пузырьком голубой жидкости. На них также серебряные амулеты, каждый — круг с переплетённой фигурой, образующей три острия.

— Это защитный амулет, — говорит Алонсо, надевая одно ожерелье на шею. — У Кори уже есть, так что мне нужно, чтобы вы все взяли по одному. Мы выпьем содержимое пузырьков одновременно, когда займём позиции, перед тем как произнести заклинание.

— Подожди, — говорит Пенни. — Ты сделал их? Это значит…

Алонсо кивает на Милтона.

— Вся моя семья вчера посетила Совет.

— У ковена Де Лука официально вернулась магия, — говорит Милтон. — Заставьте меня пожалеть об этом.

Сердце Пенни переполняется. Она хочет задать Алонсо так много вопросов — как его мама и тётки? Они чувствуют себя по-другому? Вернутся ли они в Айдлвуд? — но сейчас не время. Возможно, времени никогда не будет, в зависимости от того, как всё пройдёт. Но знание того, что Де Лука вернули магию, — уже достаточно.