Она вернулась в старую аптеку.

Должно быть, она потеряла сознание. Она оглядывается в поисках Тени, но её нет. Она одна.

— Пенни? — зовёт кто-то снизу. Это голос Алонсо. — Пенни, ты здесь?

Пенни прижимает руку к груди. Её сердце бьётся слишком быстро. Она на грани панической атаки.

Затем она видит синяк на запястье. Словно другой человек сжал его так сильно, что едва не сломал кости.

Тень коснулась её. Она причинила ей боль.

Если Тень действительно состоит из всех духов, убитых этим Проклятием, это включает Элли Баррион. Это действительно была Тень, которая посетила Пенни? Или Элли каким-то образом общалась с ней?

Это ли причина, по которой Пенни пришлось смотреть, как умирает Элли?

Это не всё, что показала ей Элли. Если то, что видела Пенни, было реальным, то Чарльз шантажировал Джованни, заставляя его использовать магию, чтобы помочь «Баррион Отопление и Охлаждение» зарабатывать больше денег. А отношения Элли с Джованни никогда не были настоящими.

Приворотное заклинание, шантаж — всё это доказывает, что у Джованни было ещё больше причин сделать то, что он сделал. Он заставил женщину полюбить его против её воли, а когда она перестала, он…

Он женился. Он пошёл дальше. Зачем Джованни проклинать Баррионов спустя годы после того, как они с Элли расстались? Из-за шантажа?

— Пенни! — снова зовёт Алонсо.

Пенни сжимает руку в кулак, давая синяку пульсировать. В голове кружится миллион вопросов, но сначала ей нужно найти Дилан и убедиться, что с ней всё в порядке.

Затем Пенни разберётся с Алонсо.

Когда Пенни спускается по лестнице, она сразу замечает Алонсо.

Он стоит с Кики, их голоса тихи. Алонсо выглядит напряжённым. Злым. Он ударяет одной ладонью по другой, как будто пытается что-то доказать.

— Привет, — говорит Пенни.

Алонсо резко оборачивается. Когда он видит её, он расслабляется, и вопреки здравому смыслу Пенни тоже. Ей становится легче, теперь когда он здесь.

Затем она вспоминает о Дилан, и облегчение исчезает.

Взгляд Алонсо падает на запястье Пенни. Его лицо темнеет, а затем он смотрит наверх, на второй этаж.

— Кто это сделал? Там кто-то есть?

— Нет, — говорит Пенни, но Алонсо пытается обойти её. Она хватает его за обе руки, удерживая на месте.

— Я написала ему, — говорит Кики. — Подумала, тебе может понадобиться помощь, раз ты пришла с Дилан.

— Спасибо, — говорит Пенни, но это звучит неискренне.

Лицо Алонсо меняется, когда он слышит гнев в её голосе. Он закрывается, и внезапно она смотрит в глаза Алонсо с вечеринки Кори в честь Четвёртого июля: самоуверенного, злого и слишком уверенного в себе.

— Я был на пути сюда, чтобы играть в велополо, — говорит Алонсо. — Я пришёл не потому, что Кики написала.

Это больно.

— Ладно. Мне нужно поговорить с тобой.

Кики усмехается.

— Я буду снаружи.

Когда она уходит, лицо Пенни заливается краской. Она может только догадываться, о чём, по мнению Кики, идёт речь.

Пристальный взгляд Алонсо неотрывно смотрит на Пенни. На нём один из его шёлковых халатов поверх футболки Misfits, а синий цвет его волос так выцвел, что они почти снова стали светлыми. В кармане халата — бутылка корневого пива «Физзи Баррел».

— Ты видел Дилан? — спрашивает Пенни.

— Нет, а что? — И тут до него доходит. — Ты дала ей сыворотку правды? Как всё прошло?

— Плохо.

Улыбка Алонсо меркнет.

— Не сработало?

— Сработало. Но она начала отвечать на вопросы, которые я ей не задавала.

— Например…?

— Дилан рассказала мне вещи, которые никогда не хотела, чтобы я знала. Вещи, которые я не хотела знать. А потом её вырвало, и теперь я не уверена, в порядке ли она.

— Хм. — Алонсо прижимает кулак к губам, размышляя. Этот жест отвлекает, и Пенни отводит взгляд к его серёжке. — Должно быть, из-за семян тмина, которые я добавил. Но они должны были предотвратить рвоту, так что, возможно, что-то другое.

Алонсо как маленький ребёнок, проводящий научный эксперимент с опасными химикатами. Пенни пытается подобрать нужные слова.

— Алонсо, она говорила вещи против своей воли! Она не могла остановиться!

Алонсо тихо смеётся.

— Ты серьёзно злишься на меня сейчас?

— Я… — Пенни давится словами. Как на это ответить? — Дилан понятия не имела, что происходит. Мы причинили ей боль. Вся причина, по которой я на этой вечеринке, — я боялась оставлять её одну.

Лицо Алонсо искажается от гнева — и Пенни понимает, что она кричала.

— И что? — говорит Алонсо. — Мы получили то, что нам нужно?

Слова ледяные. Он не должен был так реагировать. Пенни ожидала, что ему будет хотя бы немного стыдно, но всё, о чём он может думать, — это конечный результат.

— Не в этом дело! — говорит Пенни. — Твоя магия сильна. Ты не можешь притворяться, что её использование не имеет последствий.

— Всегда есть риск. Если ты не можешь с этим справиться, нам вообще не стоит пытаться разрушить это Проклятие! — Алонсо усмехается, будто Пенни преувеличивает. — Дилан заслужила это. Она поступила бы так же с тобой или с кем угодно.

— Мы не решаем, чего она заслуживает!

Алонсо подходит ближе, и в комнате внезапно становится слишком жарко.

— Ну, не поэтому мы это сделали, да? — говорит он. — Мы хотели выяснить, прокляла ли её семья Баррионов.

— Да, — говорит Пенни резко и горько. — И это не они.

Алонсо замолкает. Они смотрят друг на друга, пока он наконец не говорит:

— Ты уверена?

— Никто в семье Дилан не использовал магию сто лет. Они не хотели быть изгоями.

Это оседает, как камень. Алонсо отступает на шаг, начинает что-то говорить, затем останавливается. Он проводит руками по волосам.

— Ну, ты должна благодарить меня, потому что по крайней мере мы знаем.

Пенни всё ещё чувствует жар огня. Она видит мёртвые глаза Элли Баррион.

— Есть кое-что ещё…

— Нет, — резко обрывает Алонсо. — Ты не имеешь права вести себя так, будто я сделал что-то не так, когда я пытался помочь твоей маме, хорошо?

— Это не значит, что ты можешь играть с жизнями людей так, как твой дедушка!

Это неправильные слова, но Пенни понимает это слишком поздно. Алонсо выглядит так, будто его ударили. Затем его глаза становятся пустыми.

— Алонсо, — начинает Пенни, но он уже уходит от неё. — Подожди! — кричит она, но прежде чем она успевает последовать за ним, одна из дверей кладовой распахивается, и оттуда вываливается Дилан.

— Дилан? — гремит голос позади неё, и Ройс выходит, его волосы растрёпаны, рубашка наполовину снята. — Что случилось?

— Оставь меня в покое! — говорит Дилан. Её глаза расфокусированы, когда она делает ещё один глоток из фляги. — Боже, ты такой скучный. — Она спотыкается и уходит.

Пенни бежит за Дилан, следуя за ней через главный зал и на парковку. Большинство машин разъехались, люди катаются на велосипедах, готовясь к очередной игре в велополо.

— Эй, это твоя хиппстарская машина? — кричит Клэй Торнберг Пенни, указывая на Приус, который теперь стоит посередине поля для велополо.

Пенни игнорирует его, выискивая взглядом Дилан. Рука обхватывает её плечо и разворачивает её. Внезапно Клэй оказывается прямо перед её лицом.

— Ты слышала меня? — говорит Клэй. — Убери свою гребаную машину.

Раздаётся гудок, и сердце Пенни поёт, когда старый Honda Civic миссис Салазар чуть не сбивает Клэя. Он отпрыгивает с дороги, ударяя ладонью по капоту.

— Какого хрена ты делаешь?

Наоми показывает ему очень элегантный средний палец из открытого окна.

— Хочешь отойти, пока я не убрала ногу с тормоза?

Клэй колеблется, но в конце концов уходит, бормоча что-то о том, что уважения нет ни у кого.

Пенни хочется плакать.

— Ней.

— Дай мне ключи, я сейчас переставлю твою машину. А потом ты расскажешь, зачем мы… — Она неодобрительно оглядывается. — Ну. Здесь.