Дилан вскидывает руки.

— Может, я бы поняла, если бы ты открылся мне! Но каждый раз, когда ты смотришь на меня, это… это как будто ты смотришь сквозь меня. Будто я просто место для заполнения.

— Поэтому ты переспала с другим? — насмехается Кори. — Чтобы привлечь моё внимание?

Дилан дарит ему горькую улыбку.

— Это сработало?

Она выглядит измученной. Отчаянной. Разбитой. Был ли Алонсо прав, когда сказал, что Кори проходит по головам людей? Сделал ли он это с ней?

— Тебе нужно удалить это видео, — с трудом говорит Кори. — Сейчас.

Лицо Дилан бесстрастно. Но через мгновение она достаёт телефон и открывает свою ленту. Он смотрит, как она удаляет видео, и должен был бы почувствовать облегчение, но не может. Он онемел.

— Мне следовало сказать Пенни, что ты за человек, — говорит Дилан. — Она тратит на тебя время зря.

Слова почти вырывают правду из уст Кори, но Дилан видит это на его лице, прежде чем он успевает произнести хоть слово.

— О боже. Это тоже была ложь?

Каким-то образом Кори спускается по лестнице.

— Ты бы никогда не приехал к кому-то домой посреди ночи, чтобы защитить меня, — кричит Дилан ему вслед. — Значит, ты действительно хочешь её, да? Пенни настолько особенная?

Неважно, что Кори думает о Пенни. Он не заслуживает её. Он не заслуживает даже Дилан.

Голова раскалывается, готовая расколоться. Он садится в машину. Заводит её. Уезжает, оставляя Дилан босой стоять на подъездной дорожке, фары отбрасывают скелетные тени на её лицо.

Кори не знает, куда едет. Всё, что он знает, — он не может поехать домой. Над ним яркие звёзды, и он мечтает провалиться в небо.

Кассирша жуёт жвачку, глядя на пятидесятифутовую бухту верёвки, лежащую на конвейерной ленте.

— Это для проекта, — говорит Пенни. — Мне нужно повесить… качели из шины.

— Ага. — Она пробивает товар и протягивает Пенни верёвку. Но как раз когда Пенни собирается уйти, девушка наклоняется и заговорщицки говорит: — Эй.

Пенни останавливается.

— А?

— Используй вазелин. Иначе верёвки натрут.

Лицо Пенни становится красным, как форменная рубашка Ace Hardware. Она практически кричит:

— Боже мой, нет, я не использую это для секса.

Пожилая женщина, стоящая в очереди, прочищает горло, и Пенни направляется к выходу из магазина со скоростью олимпийской скоростной ходьбы.

Оказавшись снаружи, Пенни смотрит на верёвку, которую они будут использовать для заклинания разрушения через три дня. Она всё ещё не знает, что думать о своих видениях прошлого. Каждое из них казалось значимым, будто вырванные главы из книги, которую Пенни отчаянно хочет прочитать. Почему она видит именно эти моменты? И чего не хватает?

— Думай, Пенни, — бормочет она себе. — Что ты узнала?

Первое: Джованни наложил заклинание, чтобы Элли Баррион влюбилась в него, когда они были молоды.

Второе: Чарльз Баррион шантажировал Джованни.

Оба — откровения, но вторая информация выделяется. Де Лука ненавидят Баррионов, но репутация Чарльза Барриона практически безупречна, если не считать классического высокомерия богатого белого парня. Если шантаж сработал, это значит, что «Баррион Отопление и Охлаждение» должно было стать гораздо успешнее после того, как Джованни начал использовать свою магию, чтобы помочь компании.

Может ли Пенни найти способ доказать это? Если магия Джованни действительно спасла компанию Баррионов, это должно было быть внезапным изменением. Компания должна была перейти от грани банкротства к огромным доходам. Она точно сможет это доказать, да?

Конечно. Если бы у неё был доступ к куче совершенно секретной корпоративной информации.

Мысли Пенни прерываются знакомыми голосами. Позади неё Ивонн Мейсон и Ханна Хартли выходят из комиссионного магазина, который находится прямо рядом с хозяйственным.

— Чёрт, — бормочет Пенни. Она хочет избежать буквально всех, кого знает, после инцидента с водкой и клюквой, но особенно она хочет избежать Ивонн и Ханну. Всё, что им скажешь, гарантированно окажется в интернете.

Пенни поворачивается, чтобы пойти к машине, пытаясь вести себя непринуждённо. Но либо она недостаточно быстра, либо сегодня её волосы слишком большие и заметные, потому что Ивонн ахает.

— Кого я вижу, — говорит она.

Слова приклеивают ноги Пенни к асфальту. Она дарит им натянутую улыбку.

— Привет.

Они не улыбаются в ответ. Ханна смотрит на Ивонн, полагаясь на подругу, чтобы та подсказала, как себя вести.

Ивонн выбирает агрессию.

— Удивлена, что ты… ну, знаешь. На людях.

Остроты, плохие шутки и прямые оскорбления возникают у Пенни за зубами:

Почему я должна прятаться?

Я не та, кто опозорилась на вечеринке на прошлой неделе.

Вы знали, что водка с клюквой действует как перцовый баллончик? Передайте дальше и будьте осторожны, леди!

Но Пенни просто стоит. Потому что тревога завладела её языком и не отпускает.

— То, что ты сделала с Дилан, было очень подло, — говорит Ханна, и звучит она так разумно, так зрело. Будто Пенни — та, кому нужно взрослеть.

На улице внезапно становится на десять градусов жарче — но Пенни потеет не от жары. Это от страха. То, чего она всегда боялась, наконец случилось: люди шепчутся о ней так же, как всегда шептались о её маме. Её репутация больше не принадлежит ей. И Пенни совершенно ничего не может с этим сделать.

Затем она осознаёт ещё кое-что: она всё ещё стоит.

Хватка Пенни на верёвке ослабевает, оставляя жжение на пальцах. С ней всё в порядке. Это не станет для неё концом. Она боится, но этот страх превращается во что-то другое.

Гнев.

— А вы стояли в стороне и позволили Дилан стримить то, что она сделала со мной. Вам не приходило в голову остановить её?

Ивонн и Ханна таращатся на неё. Пенни, вероятно, выглядит более шокированной, чем они, поэтому пора уходить. Они начинают шептаться друг с другом, прежде чем Пенни выходит из зоны слышимости, но ей всё равно.

К тому времени как Пенни садится в машину, она сияет. Вероятно, она выглядит безумной, но это нормально. Потому что это было приятно. Приятно, как прыжок с самой высокой вышки.

Самое трудное в тревоге — это то, что она скрывает, кто ты есть. У тебя есть мнения и идеи, но они заперты, как дикие лошади за воротами. Всё, что ты могла бы предложить миру, хорошее, плохое, смешное или бессмысленное, скрыто от всех, кроме тебя самой.

Но то, что произошло несколько минут назад, было похоже на выход из укрытия.

Когда она выезжает с парковки, руки дрожат на руле, Пенни пытается вернуть внимание к текущей задаче. Проклятие. Баррионы. Шантаж.

Вдалеке между зданиями появляется «Баррион Отопление и Охлаждение». Возможно, она чувствует себя непобедимой после того, как постояла за себя, потому что Пенни сворачивает на улицу, ведущую прямо к компании Баррионов. Остатки смелости от её псевдо-конфронтации не будут длиться долго, и ей нужна вся инерция, которую она может получить.

Если она хочет узнать больше о том, что произошло между Джованни и Чарльзом — если компания действительно была на грани краха, — ответы должны быть здесь. Если Пенни немного соврёт, возможно, она сможет их найти.

Штаб-квартира «Баррион Отопление и Охлаждение» — это одно огромное здание, гладкое и белое, как модернистское воплощение облака. Оно выглядит чужеродно среди сельскохозяйственных угодий и открытого неба, но выделялось бы ещё сильнее, если бы Баррионы разместили его ближе к городу, рядом с обветшалыми кирпичными зданиями центра Айдлвуда или унылым пожелтевшим фасадом Walmart. Здесь компания стоит сама по себе.

Выглядит благородно. И тревожно тоже.