— Ты… — начинает Пенни, но прежде чем она успевает закончить, Алонсо прижимается ртом к её рту.

В этом поцелуе так много всего — желание, страх и нежность. Пенни обхватывает руками его шею, и он углубляет поцелуй, приоткрывая её губы языком. В одно мгновение все вопросы и колебания исчезают, и остаётся только Алонсо.

К тому времени, как они отстраняются, Пенни задыхается. Она смотрит на свой дом.

— Я очень надеюсь, что моя мама этого не видела.

Алонсо смеётся, целуя её ещё раз.

— Как думаешь, я ей понравлюсь?

— Ты делал работу по дому. Ты ей уже нравишься.

Алонсо притягивает Пенни ближе, кладя подбородок ей на голову. Пенни закрывает глаза и вдыхает его запах — янтарь, смешанный со свежей землёй. Каким-то образом они подходят друг другу. Всё становится понятнее, когда он рядом. Она собирается сказать ему об этом, когда он говорит.

— Ты будешь злиться на меня, если я тоже уйду?

Улыбка Пенни гаснет.

— Почему?

— Мне нужно кое-что сделать для моей семьи. И новости о моём дедушке…

Конечно. Пенни чувствует себя эгоисткой за то, что вообще ожидала, что он останется. Она кладёт руку ему на щёку, проводя большим пальцем по острому углу его подбородка, чувствуя щетину под пальцами.

— Я понимаю. Тебе нужно отдохнуть.

Алонсо смотрит на неё яркими серыми глазами.

— Прости.

— Не надо. Когда будешь готов, может быть, зайдёшь на ужин?

— Моя мама хотела, чтобы я спросил тебя о том же.

Пенни внезапно чувствует головокружение.

— Значит, мы делаем это.

Алонсо кладёт руку ей на талию.

— Я хочу этого, — шепчет он. — Больше всего на свете.

Пенни переносится на вечеринку Кори в честь Четвёртого июля. Последнее, чего она хотела, — чтобы лето заканчивалось, потому что это означало выпускной класс, заявления в колледж и то, что все помешаются на том, что будет дальше.

После этого лета Пенни понимает, что перемены всегда на горизонте. И в этот раз она не против. Она действительно хочет знать, что дальше.

Когда Алонсо направляется к своей машине, телефон Пенни вибрирует от сообщения, и она проверяет его. Оно от Милтона:

«Присматривай за Алонсо. Я беспокоюсь о нём».

Пенни перечитывает сообщение снова и снова. Как раз перед тем, как Алонсо садится за руль, она зовёт:

— Ты в порядке, да?

Алонсо опирается рукой на крышу Шелби. Несмотря на всё, что Пенни рассказала об истории его семьи, в его позе чувствуется лёгкость. И есть ещё кое-что — глубокая уверенность в себе.

— Я никогда не чувствовал себя лучше, — говорит Алонсо.

Когда Алонсо едет домой, он злится на себя. Не лучший вид — бросать новую девушку перед её семьёй, но есть кое-что, что ему нужно сделать. Немедленно.

Почему он не может вспомнить, что именно?

Алонсо паркуется у дома и идёт по подъездной дорожке, покручивая ключи от машины на пальце.

— Мяу.

На вершине треснувшего садового шара сидит Нимбл, свернувшись калачиком. Она хромает с тех пор, как они пересекли Завесу, но не позволяет Алонсо осмотреть её правую лапу. В последние несколько дней она странно пуглива.

— Эй, — говорит он. — Ты позволишь мне отвезти тебя к ветеринару сегодня?

Она сверлит его взглядом, уши прижаты назад.

— Ладно, будь по-твоему, — говорит он и начинает подниматься по лестнице.

Какое-то пятно прыгает перед ним, и затем Нимбл преграждает путь к двери, шипя.

Алонсо собирается закатить глаза и обойти её, но он чувствует себя немного… странно. Его виски внезапно начинают пульсировать. И затем его ноги уносят его от Нимбл, от дома. Прогулка в лесу может помочь с головной болью, поэтому он идёт в деревья.

И это похоже на то, как будто он моргает, и оказывается перед другим домом.

Домом дедушки Кори.

— Какого чёрта? — бормочет он.

Голос шепчет ему на ухо:

— Моя очередь.

Он долго стучит в дверь. Чарльз, должно быть, спит, но это нормально. Он умеет ждать.

Когда глава семьи Баррионов наконец открывает дверь, он в халате, и его взгляд холоден.

— Могу я вам помочь? — говорит он, надевая очки.

Увидев посетителя, Чарльз отступает на шаг.

— Привет, Чак, — говорит Джованни и толкает старика на землю.

Чарльз слишком шокирован, чтобы ответить. Он отползает назад, засовывая руку за столик, который стоит у двери.

Когда его рука появляется снова, в ней пистолет.

Он едва успевает поднять оружие, как Джованни поднимает руку и говорит:

— Конечности расслаблены, губы легки, глаза на звёзды.

Пистолет падает на землю, когда Чарльз обмякает. Он всё ещё в сознании, его грудь быстро вздымается, и он смотрит на Джованни с абсолютным ужасом.

— Хочешь знать, что лучше всего в том, чтобы быть мёртвым? — говорит Джованни, поднимая пистолет. — Кровавая клятва, которую я дал никогда не причинять вреда твоей семье, больше не действует.

— Я… — Чарльз сглатывает и пытается снова. — Это невозможно.

— Неужели? — говорит Джованни. — Если кто-то и мог бы это сделать, ты знаешь, что это я. В конце концов, у меня есть свои причины.

— Твой внук за это попадёт в тюрьму.

— Мой внук даже более могущественен, чем я был. Мы с ним отлично сработаемся. Этот город уничтожил Элли, и он уничтожил меня, и я бы хотел отплатить той же монетой.

— Мы можем договориться, — говорит Чарльз. — Я сделаю так, что тебе никогда не придётся возвращаться в мир мёртвых. Я дам тебе долю в компании. Твоя семья никогда ни в чём не будет нуждаться.

— Заманчиво, — говорит Джованни, — но я откажусь.

Джованни неторопливо вкладывает пистолет в руку Чарльза и поднимает его так, чтобы дуло было направлено на висок старика. К тому времени, как он заканчивает, Чарльз рыдает.

— Единственный вопрос, который у меня есть, — говорит Джованни, — ты сам нажмёшь на спусковой крючок, или мне придётся сделать это за тебя?

Благодарности

Я начала писать «Сияющую грань» незадолго до того, как в 2020 году началась пандемия. Теперь вы держите эту книгу в руках. Мне нужно поблагодарить так много людей, но в первую очередь я хочу поблагодарить вас, читатели, за то, что взяли в руки эту книгу и дали ей шанс.

Спасибо моим невероятным агентам, Питу Кнаппу и Стути Телидеваре. С той секунды, как Пит сказал мне, что ему понравилась сцена с дрэг-шоу, я знала, что нашла свою команду. Вы были моими самыми ярыми защитниками, отвечали на каждое тревожное письмо и прислали самые подробные редакторские письма, которые я когда-либо видела. «Сияющая грань» существует, потому что вы достали его из стопки рукописей и поверили в моё творчество, и я понятия не имею, как мне так повезло. За многие будущие сплетни во время обедов. И за книги, наверное, тоже.

Спасибо издательству Little, Brown Books for Young Readers за то, что подарили «Сияющему краю» такой прекрасный дом в Соединённых Штатах. Моему замечательному американскому редактору, Рукайе Дауд, спасибо за то, что вы полюбили мой вымышленный среднезападный городок и посвятили годы своей жизни работе над этой дилогией вместе со мной. Спасибо, что всегда были открыты для обсуждения правок во время долгих звонков по Zoom и за ваши комментарии о том, как выходки Алонсо заставляли вас дрыгать ногами. Мне очень повезло работать с вами и знать вас.

Альвине Линг, Меган Тингли и Джеки Энгель — спасибо, что поддержали мой дебютный роман и оказали так много поддержки на его пути в мир. Эстер Рейсберг, Мартине Ретман, Чандре Вохлебер, Келли Фродель и Су Ву — спасибо, что сделали эту книгу сияющей и управляли всем процессом производства. Стефани Хоффман, Элис Гербер, Саванне Кеннелли, Кристи Мишель и Виктории Стейплтон — спасибо, что распространяли информацию о «Сияющей грани» в школах, в интернете и за его пределами. Спасибо моему пиар-менеджеру Мелани Рапопорт и Даниэль Кантарелле за то, что «Сияющий край» попал в книжные магазины по всей стране. Спасибо дизайнеру Патрику Халсу за то, что сделал эту книгу произведением искусства, и художнице обложки Эллисон Реймолд, чьи великолепные иллюстрации преследуют мои сны в самом лучшем смысле.