Н-да, вот так новости! Оказывается, моя бывшая времени зря не теряла. Вообще не ожидал от неё! Я в целом всё чаще думаю, что совершенно не знал свою Лильку. Хотя, в её положении грех разбрасываться мужиками. А вот что этот докторишка в ней нашёл?

Проболтались близнецы. Наверное, их мамашка из этого факта секрета и не делает.

Димка сказал:

— Пап, а я доктором буду, как дядя Тимур!

Я удивился, но виду не подал:

— Да? Серьёзно? — мы как раз ехали в ТЦ, я обещался детворе свозить их в парк развлечений, — А кто это, дядя Тимур?

— Ну, это же бабушкин доктор! — вмешалась Дашка.

Теперь этот хрен так и будет значиться в моей записной книжке. «Бабушкин доктор». Оказывается, что он к ним приходит. И это уже в порядке вещей! Он им там даже что-то подарил, и ещё наобещал с три короба.

Меня так и подмывало набрать бывшую, пока детвора резвилась на детской площадке, а я сидел в кафе напротив и неспешно пил кофе. Но я не стал! Сдержался. Понял, что наговорю много лишнего. Ещё часом подумает, что я её ревную…

Но вот прошло пару дней. Я отыскал визитную карточку. Никогда не выбрасываю визитки. Мало ли что! Вот и пригодилась.

«Терехов Тимур Владиславович, врач-онколог». Его телефон, адрес больницы. Хотя, я итак знаю его. В общем, приехал я в эту больницу.

На парковке не так уж и много машин. И я узнаю его тачку. Даже вмятина сбоку осталась. А чего до конца не выправил? Деньжат не хватило? А ведь я предлагал! Зря отказался.

Выхожу, полный решимости отыскать этого Терехова и посмотреть ему в глаза. Вот же какой навязчивый тип оказался! И что ему Лилька? Наверно, из жалости? Из чувства вины?

Хотя, виновата в этой аварии была Лилька. Там же всё очевидно…

Найти его не составляет труда. Вижу его кабинет в расписании. Ждать не люблю! Но, чтобы попасть «на приём», приходится поругаться с парой скандальных баб.

Одна из них так и распинается, так и брызжет слюной. Но стоит мне сделать ей комплимент, как сразу же затыкается. С такой-то внешностью, ей точно комплиментов давно не делали! А может быть и никогда.

— Дорогая девушка, ну простите меня, ради бога! У меня тёща на операции, вопрос не требует отлагательств. Сами понимаете, здоровье матушки важнее всего на свете.

Когда стучусь и вхожу, то оказываюсь в небольшом кабинетике. Ему под стать! Сам Терехов сидит за столом, возле компьютера. В белом халате, при делах. Н-да, в больнице тогда он выглядел куда более жалким…

Он поднимает брови, сперва не узнав меня. И предлагает:

— Садитесь.

— Благодарю! — я сажусь на стульчик и скрещиваю ноги.

— Вы у нас…, — он принимается листать карточки больных.

— Ухарев Филипп Моисеевич, — представляюсь.

И моё имя подводит черту.

Он поднимает глаза:

— Чем обязан? — скрещивает пальцы на столе в деловом жесте.

Я тоже скрещиваю свои на коленях:

— Да вот, — говорю, — Пришёл вам в глаза посмотреть.

— С какой целью? — помедлив секунду, уточняет он.

Я размыкаю ладони, кладу одну из них на стол и принимаюсь выстукивать ритм. То есть, он вообще не чувствует, что взял чужое? Хорош, ничего не скажешь! Перехватил, что называется, инициативу…

— А ты значит, настойчивый? — решаю я не церемониться. Чего уж там? С одной бабой спали! Можно сказать, родственники.

Он усмехается:

— Ну, вроде того.

Я продолжаю выстукивать ритм у него по столу. Задумчиво произношу:

— И чего тебе от Лильки надо, я не пойму? — и тут же, опережая его бредни, вставляю, — Только про любовь не заливай, ладно! Не поверю.

Он опять усмехается и тоже легко переходит на «ты»:

— А ты считаешь, что Лилю нельзя просто любить?

— Ну, почему же нельзя? — возражаю, — Именно этим я и занимался все эти долгие годы. А она вот не оценила, ни моих вложений, ни чувств.

Он вздыхает:

— Ясно.

Ясно ему! Да что тебе ясно?

Во мне нарастает раздражение, но я не даю волю чувствам.

— А ты, значит, лезешь в петлю добровольно? Ты в курсе, что у неё трое детей? Нет, я конечно, детей обеспечу! Но обеспечивать бывшую в мои планы не входит, — не могу сдержать нервный смешок.

— Ты зачем пришёл? — на удивление ровным тоном интересуется он.

Я гляжу вокруг. Замечаю какие-то, обрамлённые рамками, грамоты на стенах. Иконостас, блин!

— Волнуюсь! — говорю, — Она хоть и бывшая, но не чужая. Обидишь её, а мне потом утешать.

— Не обижу, не бойся, — на сей раз в его голосе мне слышится вызов.

Смотрю на него. Как бы другим взглядом. А он не такой уж и слабак, каким показался мне в первую нашу встречу! По крайней мере, удар держит на зависть.

— А ты сам-то женат был, или как?

— Был, — говорит коротко. Видимо, не желая вдаваться в подробности. Но я их из него выужу.

— В разводе?

— Да, — и снова короткий ответ.

— А чего так? — допытываюсь.

— Не оправдал ожиданий, — с притворной весёлостью, хмыкает он.

— А-а-а-а! — теперь я усмехаюсь, — Я понял! Это вы с ней сошлись на том, что не оправдали чужих ожиданий? А ожидания друг друга уже успели оправдать? Или пока рано выводы делать?

— Я не возлагаю свои ожидания на кого-то, — берёт он со стола карандаш и стучит им о стол.

— Как так? — язвительно хмыкаю.

— А вот так!

Н-да, этот «бабушкин доктор» немногословен. Разговорить его не выйдет.

— Ну, ты ведь ждёшь от неё чего-то? Или… уже дождался?

Вместе с этими словами меня настигает догадка. Неужто Лилька уже переспала с ним? Вот с этим?

Я опять смеряю его оценивающим взглядом. В мужиках я плохо разбираюсь! Но я-то лучше? Он явно мне проигрывает по всем пунктам.

По его лицу, по едва уловимой искринке в глазах, я отчётливо понимаю.

— Ясно, — подытоживаю, — Дала, значит?

— Слушай! — чуть более резко произносит он, — Тебе-то что? Она — свободная женщина.

Я тяну в себя воздух. И отворачиваюсь. Противно смотреть! Какой-то докторишка, с белом халатике возомнил, что он лучше меня.

— Знаешь, — нарочито небрежно говорю, — Есть такая категория мужиков, которых хлебом не корми, дай утешить кого-нибудь. Ты, видно, из таких? Залечивать чужие душевные раны любишь? Доктор Айболит.

Последняя фраза прозвучала, пожалуй, уж слишком презрительно. И я ожидаю ответную реплику в таком же тоне.

Снаружи стучатся.

— Секунду! — восклицает он, буравя меня взглядом. И ничего не говорит. А только смотрит, как зверь.

— Пластырем хочешь побыть? Ну, давай! — подначиваю я, — Только потом не жалуйся, когда ей наскучит.

— А вдруг не наскучит? — откидывается он на спинку кресла.

Демонстрирует, кто здесь хозяин. Тоже мне, хозяйство! Кабинетик два на два. Хотя, ему и такого за глаза…

Я усмехаюсь:

— Нет, мне интересно, на что вы жить собираетесь? На зарплату доктора? Или на её… почтового голубя? Просто смешно! Или ты думаешь, я ей отсыплю ещё на безбедную старость?

Слышу молчание. И, повернувшись к нему, натыкаюсь на каменное выражение лица. Опа! Кажется, я задел за живое? Кажется, денежный вопрос у нас — камень преткновения. Дожать, или для первого раза достаточно?

— Прошу вас покинуть мой кабинет! — переходит он на «вы», давая понять, что я перешёл какую-то невидимую глазу черту.

Внутри я ликую! Но опять же, виду не подаю. Жаль, что я сегодня без налички. Но ведь он же у нас неподкупный?

Решаю сделать ход конём, напоследок.

— А знаешь, у меня к тебе предложение. Хочешь в частную клинику? У меня там знакомые есть. Замолвлю словечко за тебя. Будешь кум королю! А чего? Только условие! Лильке даёшь от ворот поворот.

Он посасывает нижнюю губу, словно раздумывает, а не согласиться ли. Вот будет умора! Так и представляю себе, какой облом ожидает мою бывшую. Надеюсь, она не успела влюбиться в это недоразумение?

Но этот хам в белом халате ещё не готов принять моё на редкость выгодное предложение.

— Я не могу взять в толк, чего тебе неймётся? Ты ж с ней развёлся? — он опять переходит на «ты».