После очередного зевка аскар у двери тихо покашлял.

“Моя королева, возможно, вам стоит отдохнуть в покоях?” — произнёс молодой дракон.

Ну надо же, забота от всегда молчаливой и безучастной “вешалки”.

Его эльфийку я лечила на прошлой неделе, и после этого юный дракон неожиданно воспылал ко мне симпатией. Это было бы мило, если бы не ощущение, что драконы используют меня как магический накопитель.

В искренность высокомерных ящеров я не верила, хоть Дарк и утверждал обратное. Мол, дело чести — жизнь за жизнь или что-то в этом духе.

Впрочем, и в драконью честь верилось с трудом. Наверняка, когда дети родятся, найдется не одно исключение из этого правила.

Осмотрев неожиданно улыбнувшегося сурового аскара, я вздохнула.

“Нет, меня всё устраивает,” — холодно ответила, устроилась поудобнее и продолжила водить пальцем по свитку.

Вызвать Архальма сил не было, а сидеть в пустых покоях я не хотела.

Дарк привычно пропадал в зале советов почти до полуночи, решая с советниками, как обезопасить такой ценный источник магии, по совместительству королеву. Точнее, теперь уже советники активно думали о том, как именно защитить меня от магов и эльфов.

Слухи о весьма ценных способностях сбежавшей принцессы, наверняка дошли до Элвинтора. И такая полукровка, была очень нужна высокомерному и опасному эльфу. Особенно с учётом ситуации с лектами.

Получив меня, ушастый король мог бы влиять на драконов и на весь континент. И драконы пытались понять, как получать новых лект и при этом обезопасить меня от эльфийских сюрпризов.

“Из чего состоят эти скалы?” — вздохнула, утыкаясь пальцем в огромное серое пятно на карте.

Я не слишком надеялась на ответ. Но со стороны входа раздалось тихое шуршание, и к дивану, на котором я почти лежала, подошел тот самый юный аскар.

Присев рядом, дракон наклонился и, нависая, посмотрел на то место, куда указывал мой палец.

“Обсидиан и вулканическое стекло, моя королева. Очень коварная и опасная порода. Она достаточно твердая снаружи, но хрупкая и сыпучая внутри,” — тихо сказал дракон, переводя взгляд на меня.

Стоило повернуть голову, и мы с аскаром почти столкнулись носами.

Взгляд мужчины помутнел, и он жадно вдохнул, будто пытался меня обнюхать. Подобного раньше за служащими Дарка я не наблюдала.

Несколько раз, такими вольностями меня смущал Дримон. Но угрозы от молодого дракона, в отличие от командира, я не почувствовала. А потому, странный взгляд списала на любопытство и снова посмотрела на карту.

Было неуютно, но звенящая внутри идея отогнала мысли о том, насколько допустимо такое поведение.

“Что будет, если ее разрушить? К примеру, вот тут,” — вздохнула и указала аскару на огромный участок, который мог открыть путь ко второй скале поменьше.

“Мы пытались, Асана. Если разрушить породу сверху, проход завалит обломками и песком. Если рушить у основания, нас погребет под камнями,” — неестественно тихо сказал мужчина и, уже не стесняясь, втянул воздух у моих волос.

Со стороны входа послышался тихий рык второго аскара.

“Тирсан, мир сломает тебе крылья. Прояви уважение к своей королеве,” — тихо рыкнул дракон у двери.

“Вы что, меня только что обнюхали?” — спросила я того самого Тирсана, резко отстраняясь и присаживаясь ровнее.

Глаза дракона вспыхивали и гасли, а ноздри раздувались, жадно втягивая мой запах. Такого точно не случалось, и, судя по реакции второго дракона, это не обычная реакция и непозволительная даже для драконов.

Заметив мое удивление, глаза Тирсана мигом погасли, а сам он отпрыгнул от дивана, опускаясь на колени.

“Прошу прощения. Я заслужил наказание, моя королева,” — склонив голову, выдохнул дракон.

Как обычно, ничего ответить я не успела.

Прежде чем поняла, что вообще произошло, дверь в библиотеку распахнулась, и в комнату вошел Даркис.

Повелитель уже собирался объявить, зачем пришел, но, заметив обстановку, заметно напрягся.

“Что тут происходит?” — обманчиво тихо спросил принц, осмотрев озадаченную жену и стоявшего на коленях дракона.

Злой и грозный повелитель замер, осматривая комнату, и, точно так же, как аскар, втянул воздух и прищурился.

“Камос?” — повернулся он к второму дракону, который, казалось, готов был заползти в стену.

“Он возжелал свою королеву, мой Мир,” — выдавил дракон, прикрыв глаза, словно подписывал другу приговор.

Глаза Даркиса расширились от удивления, и я его понимала, ведь испытала то же самое.

Несколько месяцев Тирсан сопровождал меня, охранял с видом бездушной вешалки, и вдруг резко воспылал желанием. Что-то подсказывало, что чувство благодарности за спасение ребенка тут ни при чем.

“Даркис,” — попыталась остановить принца, заметив, как удивление медленно сменяется гневом.

Но повелитель не позволил. Подняв руку, он приказал не вмешиваться и приблизился к аскару, загораживая меня собой.

“Как давно?” — с напускной невозмутимостью спросил повелитель.

“Простите, мир, я подошел непозволительно близко. Этот запах полевых цветов на горной вершине весной, буквально лишил меня рассудка. Я не желал оскорбить Асану. Я бы никогда…” — сдавленно произнес Тирсан.

Дарк тихо зарычал и склонился над молодым драконом, который не смел поднять голову.

В комнате запахло грозой, а я, кажется, задержала дыхание в ожидании скорой расправы над невезучим аскаром.

Дались ему мои вздохи и попытки уснуть прямо в библиотеке; стоял себе вешалкой и стоял бы дальше. Пока Даркис изобретал наказание для нерадивого подчиненного, я успела десяток раз пожалеть, что заговорила с кем-то из драконов.

Но принц снова удивил. Шумно выдохнул и загнал магию в рамки.

“ШЕСТЬ часов ты дежуришь в крыле Предилекты, Тирсан. Это вернет рассудок и лишит не только обоняния на несколько дней, но и неуместных желаний в адрес твоей королевы,” — обманчиво тихо произнес повелитель.

Дракон у дверей тихо крякнул от удивления. А Дарк выпрямился и развернулся ко мне, смерив не менее холодным и угрожающим взглядом.

“Тебе нужно отдохнуть. Я провожу в покои,” — грозно приказал, протянув руку.

***

До самой комнаты грозный принц вел меня молча, придерживая за руку.

Вид у Даркиса был такой, что спорить не хотелось, как и что-то объяснять, выгораживая юного дракона.

Только когда дверь за спиной мира захлопнулась, я осмелилась посмотреть ему в глаза. Черные, как бездна хаоса.

“Я не знала, просто спросила про скалу. Они раньше и на вопросы мои не отвечали. Я не знала, что ему нельзя ко мне подходить,” — растерялась под прожигающим взглядом дракона.

Даркис прищурился и шагнул ближе.

Обнюхав меня, как охотничий пес, дракон рыкнул:

“Полевые цветы у вершины весной, после дождя.”

Что ответить на подобное заявление, не знала, но инстинктивно отстранилась и попятилась в сторону спальни.

Дракон пошел следом, все так же наблюдая за мной, как зверь за добычей. С каждым моим шагом назад принц делал два следом, специально соблюдая расстояние и загоняя меня, как добычу.

“Ты снова ведешь себя странно, Дарк, и глаза черные. Если это ревность, то слишком жуткая. Я чувствую себя кроликом перед волком,” — сказала, упираясь спиной в закрытую дверь комнаты.

Дракон улыбнулся и подошел почти вплотную, упирая руки по обе стороны от моей головы.

Точно с таким видом и в такой же позе Дримон когда-то угрожал мне ошейником. Они и правда были похожи, даже в своих повадках.

“Если ты сейчас понюхаешь меня и скажешь, что я хорошо пахну, когда боюсь. Обещаю, я огрею тебя твоей собственной магией,” — прошептала, заметив, как дракон наклонился ниже.

Дарк поднял голову и вопросительно вздернул бровь.

“Твой брат тоже так пугал меня ошейником,” — объяснила.

Глаза принца вспыхнули желтым, выдавая злость, и тут же потухли.

“Я не причиню тебе вреда, Касити. Никогда и ни при каких обстоятельствах. И я вовсе не собираюсь тебя пугать,” — тихо сказал он рычащим голосом.