“Наверное, потому что ты не дракон, моя полукровка. Пойдем спать,” — снова предложил мужчина, продолжая касаться моего лица, водя пальцем по шее и спускаясь ниже.

Всё, что произошло в комнате несколько минут назад, казалось таким несущественным, и только взглянув на брачную татуировку, я поняла, что это странная магия дракона. Прикосновения Дарка разгоняли лёгкие волны желания и туманили разум.

“Я не смогу, Дарк, зная, что там погибает ребенок. Не смогу. Я целитель, я стольких спасала, я не могу," — попыталась сказать как можно тверже, но вышел тихий шепот.

Магия дракона туманила сознание, но я не могла отступить и не желала поддаваться. Я точно знала, что не прощу себе этой слабости. Сейчас магия дракона отгоняла мои сомнения, жалость и непонятное чувство вины. Но что будет утром?

Как всегда, мои эмоции не были для мужчины тайной. Убрав магию, он вздохнул и отпустил.

“Чего ты хочешь, Касити? Я не стану касаться эльфийки. Дримон не в состоянии её спасти. Даже если я сниму ошейник, а Филипп его подлатает, уже поздно,” — устало произнёс повелитель, глядя на меня как на капризничающего ребёнка.

“Может, магия жизни поможет?” — не сдалась, показав дракону свою сияющую ладонь.

Разум сразу прояснился, а следом пришло и решение.

Пусть и слабая надежда, но я должна была попробовать. Всё-таки целебная магия эльфов немного отличается от силы магов.

“Нет,” — почти сразу возразил дракон, обреченно поглядывая в сторону спальни, — “Но если после этого ты позволишь мне поспать и не станешь считать монстром, можем проверить наверняка,” — всё-таки он сдался и пошёл одеваться.

Оставив меня в гостиной, Даркис быстро вернулся в спальню, накинул рубашку и недовольно указал рукой на дверь.

“Прогуляемся к предилекте. В том крыле ты ещё не была,” — наигранно спокойно сказал.

***

Только спускаясь в заново отстроенное крыло, до меня дошло, что тут никогда не была не только я.

Принц слишком крепко сжимал мою руку и даже не пытался скрыть отвращение.

Сладковатый противный запах эльфийских трав напоминал мне о Туманном дворце, а схожая отделка и драгоценные статуэтки, стоявшие даже в коридорах, заставляли поёжиться. Эльфийки были слишком похожи в своих пристрастиях и тяге к роскоши.

Только после пятого тихого ругательства Даркиса, я вспомнила о чувствительном нюхе драконов. Неудивительно, что все эльфийки жили в отдельной пристройке — от разнообразия резких запахов даже у меня защипало в носу.

Громко чихнув, повелитель посмотрел на меня, демонстрируя всю глубину своих страданий и жертвы, на которую пошел, чтобы успокоить излишне сострадательную супругу.

“Я знаю, Дарк, прости. Потом можешь попросить что-то взамен,” — нехотя сказала, и мученический вид дракона сменился плотоядным оскалом.

“Ты сама это сказала,” — тихо промурчал он.

Дальше наша прогулка была более приятной, по крайней мере для дракона.

На губах принца играла лукавая улыбка, обещая мне весьма своеобразную ответную просьбу, а коридоры казались бесконечным лабиринтом.

Спустя ещё несколько поворотов перед нами появилась лестница.

Как и положено фаворитке правителя, Дилекта жила на отдельном этаже. Несколько ступенек, двустворчатая дверь под охраной аскаров — и мы вошли в просторную гостиную.

Тут обстановка тоже слишком сильно напоминала мне комнаты Калисты.

Светлая мебель, полки и стеллажи, уставленные драгоценными статуэтками, позолоченными фигурками или украшенными камнями шкатулками. Зеркала и столики с позолоченными вазами, в которых всегда должны быть свежие фрукты. Ну и, конечно же, низкие, обитые бархатом стульчики для посиделок и сплетен.

После полупустых комнат в драконьем крыле, всё это выглядело наляписто и неуместно, будто выставлено напоказ с целью подчеркнуть высокий статус.

“На драгоценности ты не поскупился,” — тихо сказала, крепче цепляясь за руку дракона.

Дарк хмыкнул и повел меня в сторону другой массивной двери.

“Это только малая часть. Основная сокровищница в спальне. Они и спят на золоте от жадности,” — не удержался он от комментария.

Рассматривать спальню возможности не было. В отличие от гостиной, освещенной артефактами, в этой комнате царил полумрак.

“Повелитель, вы всё же пришли,” — спохватился Филипп, который сидел у кровати тяжело дышавшей женщины.

Если бы я не знала, в чью комнату мы вошли, ни за что бы не узнала Лунари.

Ещё перед поединком, несколько дней назад, я видела её на балконе.

От высокомерной и на вид вполне здоровой эльфийки осталась только бледная тень — высохшая, худая, с тусклыми, растрепанными волосами.

Эльфийка тяжело дышала, и казалось, каждый надрывный хрип мог стать последним. Пока Дарк что-то шептал целителю, я произнесла заклинание, всматриваясь в огромный живот. Он казался ещё больше на фоне исхудавшего тела Лунари.

Халаса не соврала — ребенок не доживет до утра.

Магические потоки были едва уловимыми, а сердце маленького дракона слабо билось, и каждый удар был тяжелым, словно мог стать решающим.

Отобрав свою руку у Дарка, я направилась к кровати.

Магия жизни пела внутри, чётко ощущая цель и стремясь помочь беззащитному, невинному существу удержать те капли жизни, за которые он отчаянно сражался.

“Ты будешь настоящим бойцом,” — прошептала, занося руку и не касаясь эльфийки.

Прошло несколько минут, и дыхание Лунари выровнялось, но состояние ребенка не улучшилось.

“Ты не поможешь ему, моя девочка, просто оттягиваешь их кончину,” — прошептали у самого уха, а потом на мои плечи легли горячие ладони повелителя драконов.

“Но он не сдаётся, посмотри сам, Дарк. Он пытается тянуть магию, но этого недостаточно. Посмотри на потоки,” — не отводя взгляда от ребёнка, я накрыла руку принца своей.

“Я знаю, Касити, там нет силы, и магия жизни никак с этим не поможет. Нужна магия дракона, без неё не обойтись," — тихо сказал Даркис.

“Твоя магия,” — прошептала я и перестала расходовать силу, понимая, что всё напрасно.

Отклоняясь назад, я позволила Дарку заключить меня в объятия.

“Что ж, утром нас ждёт погребальный костёр,” — сухо произнёс Филипп и зазвенел своими бутылками, пряча их в огромную сумку.

Он тоже сдался.

Вероятно, вся надежда целителя была только на принца.

“А если татуировка?” — задала вопрос Даркису, не позволяя увести себя из спальни.

Дарк на мгновение замер, а потом отстранил меня, всматриваясь в глаза.

“Ты хочешь соединить мою силу со своей магией жизни?” — напряженно спросил.

Кивнув, я ждала позволения дракона. Не уверена, что выйдет без старого артефакта, но попробовать однозначно стоило.

“Им нечего терять,” — неожиданно прохрипел сбоку целитель.

“Значит, попробуем,” — согласился с ним Даркис. — “Я поставлю купол, Касити. Неизвестно, на какие ещё сюрпризы ты способна, соединив нашу силу,” — напряженно произнес.

Глаза дракона вспыхнули, и над комнатой засиял защитный купол.

“Филипп, вам лучше покинуть спальню,” — приказал принц.

Старый маг сдержанно поклонился, осмотрел меня, одобрительно кивнул и молча вышел.

***

“Давай, Касити, я прикрою щитами,” — тихо прорычал повелитель.

Несколько вдохов, и внезапно вспотевшими руками я соединила две магии: свою и дракона. Сила искрилась, переливалась и казалась неопасной. Медленно я поднесла небольшой шар из магии к руке спящей эльфийки, и он словно впитался в её тело.

“Продолжай, моя прелесть," — подбодрил меня Даркис.

Сияющими глазами он наблюдал за Лунари, готовясь к возможным сюрпризам. Второй шарик растворился следом за первым, потом ещё один. После каждого, дракон позволял мне продолжить или просил подождать.

“Хорошо, Касити, а теперь попробуй сплести поток,” — напряженно попросил Даркис.

“Я не уверена, с таким мне помогал Архальм,” — сказала, посмотрев на сосредоточенного принца.