Протиснувшись в подземелье Замка, девушка, не гдядя по сторонам, сразу же побежала вперёд. Чтобы не обнаружить себя, она не включала фонарик.

Тусклые факелы вдоль стен почему-то не погасли от взрыва. Они давали достаточно света, чтобы видеть дорогу, но разобрать что-то дальше вытянутой руки было невозможно. По-хорошему нужно было подождать и оглядеться, но Тоне казалось, что остальные участники штурма где-то совсем рядом, прямо у неё за спиной. Она плутала по каменным галереям, шарахаясь от каждого тёмного угла. Трепещущие тени подкрадывались к ней, и девушка была уверена, что её настигают, оставшиеся в пещере, спутники. Она шла и шла по бесконечным коридорам, молясь, чтобы никто не услышал эхо её шагов и гулкие удары сердца.

Тоня толком не знала, как далеко она отошла от места взрыва, когда наконец-то упёрлась в глухую стену и остановилась, чтобы отдохнуть. Вокруг стояла глухая тишина: голосов и шагов не было слышно. Наверное, она всё-таки сумела оторваться от своих надзирателей. Теперь нужно найти лестницу, по которой можно будет подняться в Замок.

Девушка осмотрелась. Она снова начала блуждать под тёмными сводами подземных коридоров, натыкаясь руками на копоть и заросли паутины. Но сейчас у Тони была цель — она искала лестницу рядом со входом в Оазис и изо всех сил пыталась вспомнить, где же Сварт показывал ей свои сокровища. Девушка невольно улыбнулась: Сигурд переоценил её память и топографические способности.

Шаг, два, десять… Бесконечные ходы тянулись нескончаемой чередой. Тоня устала и всё чаще думала о том, что скоро нужно будет спасать её саму, а не Дракона. В другое время она бы испугалась, но сейчас бояться было некогда. Свернув за ещё один, покрытой золой и плесенью, угол, она радостно вскрикнула: перед самым её носом оказалась галерея с драконьими яйцами, рядом с ней находится пресловутый Оазис, который так жаждет найти Сигурд. Значит через десяток шагов, с левой стороны должна быть лестница, ведущая прямиком в гостиную Замка.

Почти добравшись до каменных ступенек, Тоня, в первое время, даже не поняла, а почувствовала, что вокруг стало твориться неладное: зашатались стены, пол под ногами ходил ходуном, как палуба корабля во время шторма, потолок стал осыпаться, обрушив на девушку килограмы тысячилетней копоти.

Антошка замерла. Словно маленький, напуганный зверёк, даже не осознав, что происходет на самом деле, она вжалась в землю у самой стены и закрыла голову руками. Через мгновение всё вокруг стало рушиться. Подземелье Замка, в котором она видела прекрасный подземный мир и поцеловала Сварта превратилось в преисподнюю.

"Я так и не смогла спасти Дракона", — последнее о чём успела подумать Тоня, прежде чем на неё с треском и грохотом обрушилась лавина из камней и обломков.

Громыхая латами, Игорь с трудом пролез в узкий ход, открывшийся в скале после взрыва. Вова и Шурик постарались на славу и минут за пять расчистили, заваленную камнями, дорогу.

На другой стороне было темно. Вне досягаемости взрывной волны, остались гореть факелы, но их свет не доходил до развороченной динамитом стены.

Антошки нигде не было видно. Игорь несколько раз окликнул её, но безрезультатно. Странная девчонка уже успела куда-то умчаться.

"Лишь бы не заблудилась в темноте" — подумал юноша, тщетно стараясь разглядеть окружающую обстановку.

Наконец Игорю удалось осмотреться: в провале появились его спутники с включенными фонарями. Они подшучивали над рыцарем, советуя смазать скрипучие доспехи машинным маслом, или прикрутить к ним микрофон и в переходе виртуозно скрипеть мелодии за деньги. Под весёлый хохот сообщников, парень поднял, как назло, печально скрипнувшее забрало, и, глядя в узкий прямоугольник прорези, попытался понять, где он находится.

И о, чудо! Прямо рядом с Игорем поднималась наверх старая, местами обвалившаяся винтовая лестница, которой, судя по всему, давно не пользовались и совершенно не следили за её состоянием. Однако Игорь подумал, что риск — благородное дело, и решительно ступил на, казавшиеся хрупкими, ступени.

Лестница оказалась на удивление прочной. Пару раз под весом рыцаря в латах осыпались камни, ещё разок что-то свалилось сверху, ощутимо ударив в плечо. Тем не менее она вывела Игоря в какой-то старый чулан на задним дворе Замка.

Выход со стороны сарая был заколочен потрескавшимися, гнилыми досками и весь зарос паутиной. Несколько минут Игорь потерял на то, чтобы высадить хлипкую преграду плечом и выпутаться из пыльных сетей, сплетённых вольготно живущими здесь пауками.

В самом чулане всё было завалено давно уже не нужным, пыльным хламом: плетёными корзинами, чугунами, сёдлами, сбруями и другой лошадиной амуницией. Судя по всему, сюда тоже давно никто не заходил. Дракон рассказывал, что уже лет пятьдесят, как перестал содержать конюшню.

С трудом выбравшись во двор, Игорь едва не упал, поскользнувшись на нечистотах, затянутых ледяной коркой. Рядом чернел заброшенный, полусгнивший колодец. Держась за него, опер с трудом вышел в следующий двор и заплутал там среди множества построек. С трудом обнаружив дорогу, взмокший и запыхавшийся рыцарь, наконец-то вышел к Лобному месту.

Стоило Игорю оказался на месте, как у него возникло ощущение, что на дворе не двадцать первый, а девятнадцатый век, или даже ещё раньше. Над площадкой раздавался звон клинков и летели, высекаемые шпагами, искры. В самом разгаре была дуэль, на которой самозабвенно бились Сварт и Сигурд.

"Словно Добро со Злом сошлись в неравной схватке" — подумал Игорь и застыл, словно истукан.

К нему только сейчас пришло осознание того, что он… должен… убить… человека…

Убить! Живого! Человека!

Хладнокровно вонзить меч прямо в сердце и наблюдать за тем, как жизнь угасает в его глазах.

Эти мысли так напугали рыцаря, что он невольно попятился. Ещё немного, и юноша бы развернуться и побежал прочь, оставив Сигурда самого разбираться со своей вековой враждой и высшей справедливостью. Но перед глазами поплыли растерзанные девушки, заколотый Красавчик и Гертруда Петровна, томившаяся внутри этого каменного каземата.

Призраки. Они вечно будут ходить следом, если он сейчас позволит себе струсить.

Игорь зажмурился и устремился в самую гущу драки, где Дракон в распахнутой, белой рубахе без устали работал шпагой. Сильный и гибкий, как хищник, он, казалось, скользил над землёй, не касаясь брусчатки подошвами начищенных сапогов. Он был красив, как безудержная стихия, как ветер, вырывающий столбы и деревья и несущий тучи за горизонт.

Сигурд уже был почти повержен: легко ранен и загнан в угол. Остались считанные секунды до момента, когда Сварт окончательно разобьёт олигарха и вселенское Зло восторжествует над Добром и Справедливостью.

Игорь всё ещё не решался. Он стоял посереди площади, не в силах не то что поднять меч, а даже просто пошевелиться. В то время, как более сильный и ловкий Дракон уже отбросил прочь клинок противника, а свою шпагу приставил к его груди. Над ними, яростно махал крыльями огромный ворон. Истошно крича, он кружил над битвой, норовя выклевать Сварту глаза. Ящер осатанело отмахивался, и ему удалось отбросить настырную птицу так, что она ударилась о крепостную стену и безвольно сползла вниз.

— Бей! Бей! Чего уставился? — прохрипел Одинцов, и его голос привёл Игоря в чувство.

Юноша неловко занёс меч для удара, но в последний момент произошло то, чего он никак не мог ожидать.

Дракон оглянулся.

С лёгкой улыбкой он смотрел на медлившего рыцаря. В пронзительных, тёмных глазах Великого Ящера не было ни злорадства, ни жажды крови, ни радости победы, а только лишь усталость и разочарование. Казалось, перед лицом смерти Сварт всё понял и всех простил. Он лишь слегка склонил голову, словно давал Игорю разрешение. На собственное убийство.

Юноше сделалось жутко. Ему снова захотелось бросить меч и убежать, но, собрав волю в кулак, он сдержался. Не в силах отвести взгляд, словно в тумане, Игорь всадил меч в спину Дракона. Туда, где должно быть сердце. По самую рукоять. Собрав последние силы, он выдернул клинок и безвольно обмяк, сгорбившись, под грузом содеянного.