Парень не заставил повторять дважды: засунув коту в переноску миску с остатками корма, он пошёл к выходу. Заперев дверь и положив ключи на место, Игорь с Порфишей двинулись в обратную дорогу. Альбина куда-то пропала, видимо, посчитав свою миссию выполненной, решила немного отдохнуть.

Несмотря на полнолуние, ночь была тёмная: низкие, плотные тучи полностью скрыли луну, фонари на улицах не работали, а в спящих домах почти не горели окна. Неожиданно в свете фар промелькнул огромный чёрный волк. Игорь на секунду отвлёкся и пропустил нужный поворот.

Около часа он плутал по узким поселковым улочкам, без переулков, но с множеством тупиков. Навигатор нагло врал, а прохожих, способных подсказать дорогу, в такой час уже не было. Игорю самому безумно хотелось спать. Возможно, он даже задремал на секунду, потому что не понял, что за существо, как из ниоткуда, выскочило ему под колёса. Нечто большое и мохнатое мелькнуло в свете фар и исчезло под капотом. Раздался глухой звук удара.

Игорь резко ударил по тормозам и застыл, вглядываясь в тьму немигающими глазами. Нужно было выходить из машины, но где-то совсем рядом надрывно завывал волк, и крупные мурашки страха гуськом побежали у парня по спине.

Волчий вой не умолкал. Игорь сидел, не двигаясь, и пристально вглядывался в темноту. От удара включились дворники. Они зловещими щелчками отсчитывали секунды его замешательства. Он знал, что нужно срочно выйти и осмотреть пострадавшего, но ноги, как будто приросли к месту.

Вдруг из-под машины показалась тень. Сбитое Игорем существо, неспеша, как в фильмах ужасов, поднималось, опираясь на капот бледными длиннопалыми руками. Вот в свете луны показался его кряжестый торс, сплошь покрытый свалявшейся шерстью. Всклокоченное и бесформенное, оно уставилось на Игоря безумными глазами.

Юноша обмер. Казалось, его разбил паралич, и тело перестало реагировать на сигналы мозга. Он хотел убежать, но не мог даже зажмуриться. Всё что ему теперь оставалось — смотреть в глаза безобразному чудовищу, пришедшему сюда явно по его душу. Альбине, наверное, было так же страшно перед смертью.

Когда лицо монстра прижалось к стеклу, Игорь подумал, что это точно конец. Его напрасно прожитая жизнь бездарно закончится от клыков оборотня. Парень хотел закричать, чтобы хоть что-то сделать против неведомого монстра, но вместо крика из его глотки вырвался лишь… хриплый вздох облегчения.

Перед ним был человек!

Растрёпанная, заплаканная женщина в грязном пальто и с размазанной по лицу косметикой. Она медленно поднималась с земли и была напугана ничуть не меньше Игоря.

Парень истерично рассмеялся. Ну, конечно, человек! Кто же это может ещё быть?! Он совсем уже с ума сошёл со всеми этими призраками и драконами!

Игорь выскочил из машины. Он подбежал к пострадавшей, помог ей подняться, то и дело спрашивая, как та себя чувствует. Внимательно её рассмотрев, парень едва не вскрикнул от неожиданности: перед ним, зарёванная и чумазая, стояла его недавняя кампаньонка — Гертруда Петровна. Мелко дрожа всем телом, она беспокойно оглядывалась и не совсем понимала, что же с ней происходит. Только после того, как Игорь несколько раз позвал директрису по имени, она, наконец, поняла, кто находится перед ней.

С криком: «Игорь!» — женщина кинулась к нему на шею и зарыдала, уткнувшись лицом ему в куртку.

— Ну-ну, не плачьте. Всё в порядке, — опешивший опер гладил её по подрагивающей спине.

Только, когда директриса слегка затихла, и Игорь, наконец, смог усадить её в машину, он почувствовал, как трясутся его поджилки. Успокаивая Гертруду, юноша сам едва сдерживался от того, чтобы не поддаться истерике, волнами накатывавшей на него, после пережитого ужаса. Парень упал на колени прямо в грязный придорожный снег и начал растирать им лицо. Обжигающий холод помог собраться и унять разыгравшиеся нервы. Кажется, отлегло.

Игоря всё ещё слегка потряхивало, когда он забрался в машину. Сидевшая там, Гертруда Петровна выглядела не лучше. Парень предложил вызвать ей скорую помощь, но та отказалась. Женщина заверила его, что с ней всё в порядке, просто она до ужаса перепугалась. На вид у директрисы не было видимых повреждений, только пара синяков и сломанный каблук. Но она на короткое время потеряла сознание, а это не очень хороший знак.

— Что вы здесь делаете, да ещё одна? — наконец смог спросить Игорь, когда директриса пришла в себя.

Гертруда Петровна нервно прикусила губу, словно, она из последних сил сдерживает стихийный поток слов, готовый прорваться наружу. Прикрыв глаза, она шумно вдохнула, собираясь с силами. Женщина была напряжена настолько, что казалось, еще немного и переживания разорвут её изнутри. Потом, она на одном дыхании выложила всё: про долги, коллекторов, Одинцова, лонгхаус в лесу и дикий случай у Сигурда дома.

Гертруда говорила, что безумно обрадовалась, увидев Игоря за рулем сбившей её машины. Она даже не знала, чему была больше рада: тому, что он жив, или тому, что это именно он, а не какой-нибудь маньяк-убийца, подыскивавший очередную жертву.

Когда Сигурд выгнал директрису из дома, она медленно вышла к воротам, которые были даже не заперты. Женщина беспрепятственно оказалась на улице и побрела по незнакомым закоулкам в неизвестном направлении.

Луна не показывалась из-за туч. На улице было темно и тревожно. Где-то лаяли собаки. Совсем рядом был лес, и оттуда слышался заунывный волчий вой. Аккумулятор на телефоне сел, превратив современный гаджет в совершенно бесполезный предмет.

Гертруда прибавила шаг, но этого оказалось мало. Задыхаясь, она бежала по тёмным улицам: сердце стучало так громко, что, наверное, должно было выпрыгнуть из груди. И женщина молилась, чтобы рёбра и мышцы смогли его удержать.

Вскоре, она уткнулась в проволочную сетку. Скорее всего, этот хилый забор, отделял сильных мира сего от простых смертных. Пройдя около двадцати шагов вдоль рабицы, Гертруда обнаружила дыру и вылезла сквозь неё наружу.

Улицы за проволокой были намного грязнее, а дома беднее: привилегированный поселок закончился и начался обычный, населённый беднотой, пригород. Опасаясь, снующих в такое время хулиганов, женщина бежала, не разбирая дороги. Ей казалось, что кто-то или что-то мягким, крадущимися шагами неотступно следует за ней. Потом неподалёку снова раздался вой, какой-то крупной собаки, или волка, и страх погнал женщину как можно дальше от этого проклятого места. Когда Гертруда поняла, что окончательно заблудилась, её, внезапно, ослепил свет фар. Раздался визг тормозов и резкий удар опрокинул её на земллю. Только затем она провалилась в кромешную тьму, потеряв сознание.

Игорь внимательно слушал. Его особое внимание привлекли садистские наклонности олигарха. Он несколько раз переспрашивал Гертруду о потайной комнате и выпытывал подробности того, как Одинцов её связывал, как завязывал глаза, заклеивал рот, а особенно, как ударил плёткой. Попросил показать след от удара, долго рассматривал багровый рубец на пояснице и даже сфотографировал его на смартфон.

Когда опер утолил своё любопытство, они решили ехать домой, предварительно наведавшись в травмпункт, весьма удачно расположенный неподалеку.

Когда они выехали на трассу, дорогу им перебежал всё тот же огромный волк, которого Игорь видел ранее. Он, грешным делом, подумал, что ему это померещилось, но не тут то было. Сейчас он окончательно убедился — волчара реален. Притормозив, парень проводил его взглядом до леса. Он подумал, что им повезло разминуться со зверем, блуждая по грязным городским окраинам, и поехал дальше.

Проезжая мимо остановки, где недавно «работала» Наташка, Игорь обратил внимание на, стоявший там, большой чёрный автомобиль с наглухо затемнёнными окнами. Такие бывают лишь у очень богатых и влиятельных людей. Почему-то, эта машина насторожила парня: слишком уж большой был диссонанс между обшарпанной остановкой у леса и блестящими боками "Гелендвагена". Замедлив ход, он попытался запомнить его номер и рассмотреть кого-нибудь в чёрных стёклах автомобиля.