— Согласна! — немного подумав, ответила Тоня.

Девушка упрямо вскинула подбородок, и что-то недоброе мелькнуло в её по-кошачьи зелёных глазах. Сварт внутренне содрогнулся. Никогда раньше он не замечал такого блеска у простодушной Антошки. Несмотря на не молодой возраст, Дракон видел в людях только хорошее. Поэтому скоро он уже забыл этот момент, списав его на ещё не зажившую Тонину обиду.

— Значит, договорились! — бодро продолжал Дракон, обращаясь к Игорю, — Драться будем завтра. Если все сложится хорошо, и я вас не сильно покалечу, то после обеда оба сможете уйти домой.

Игорь напрягся от этих слов. Он понимал, что Дракон иронизирует, но всё равно, крупные мурашки табунами скакали по его телу. Сварт может шутить, он будет драться с тем, у кого всегда с трудом выходил зачёт по физической и строевой подготовке. А Игорю предстоит с тупым мечом выйти против огнедышащего Грозного Ящера, и представив это, у него сразу же начинался мандраж.

— Сегодня ближе к вечеру я должен буду уйти, так как приглашён на благотворительный вечер. Кстати, вам же интересно для чего я храню золото, бриллианты и прочие богатства? Как раз вот, как раз для таких случаев. Скупердяй-Замок отдаёт их лишь на благотворительность. Твой детский дом, Тоня, до сих пор стоит благодаря нашим с Замком стараниям. А вы, Игорь, помните, как недавно в вашем отделении появились новые компьютеры? Они тоже прямиком из этих подземелий. Что скажете?

Игорь и Тоня снова переглянулись. Что можно было сказать на это, кроме того, что они поражены рассказам? Дракон-меценат, жертвующий сокровища на благотворительность, который спас от верной смерти директрису Краеведческого музея и благородно отпускает, попавших к нему, рыцаря и принцессу! Такого в старых сказках им точно не рассказывали.

Сварт, довольный произведённым эффектом, поднялся, поблагодарил прислужников — они, хоть и фантомы, но очень чувствительны к доброму обращению — и отправился к себе, готовиться к неизбежно-нудному, вечернему мероприятию.

Глава 1: Сигурд

Гертруда Петровна весь день просидела в приёмной Одинцова. Никто не показывался рядом с кабинетом, кроме пары клерков, оставивших на краю стола тоненькие папки с документами. Секретарша тоже проявила чудеса стойкости и в течении рабочего дня ни на миллиметр не сдвинулась со своего места. Но, когда стрелки больших настенных часов стали клониться к шести, она забеспокоилась:

— Шеф предупредил, что сегодня не придёт. Не ждите напрасно.

— Ничего, я посижу до закрытия офиса, — Гертруда Петровна была непреклонна в своём желании во что бы то ни стало дождаться олигарха.

Секретарша занервничала ещё больше. Достаточно долго проработав у самого богатого человека в городе, она отвыкла от наглых нищебродов-посетителей. Девушка не знала, что делать с наглой тёткой, развалившейся в дорогом кожаном кресле и уже собиралась вызывать охрану, когда в приёмную зашёл невысокий, болезненно худой блондин в дорогом костюме.

Блондин благоухал запахом дорогого парфюма, власти и денег. Его алмазные запонки, начищенные туфли и старинное кольцо с гладким чёрным камнем одинаково сверкали в ярком свете люстры. Гертруда слегка оторопела от такого великолепия, а натасканная секретарша вместе с ней застыла, как солдат на плацу. Всем присутствующим без слов стало ясно: это и есть тот самый, знаменитый олигарх Сигурд Одинцов.

Директриса отреагировала мгновенно. С криком: «Стойте, мне нужно с вами поговорить!» — она бросилась наперерез олигарху и преградила ему вход в кабинет.

— Кто это? И что ей нужно? — недоуменно спросил Одинцов у секретарши, глядя поверх головы странной женщины.

— Не знаю, — пожала та округлым плечиком, — Эта сумасшедшая с утра здесь сидит, и ни в какую не хочет уходить.

— Вообще-то я сама могу за себя ответить. Не нужно вести себя так, словно перед вами пустое место, — встряла Гертруда Петровна.

Она была возмущена отсутствием воспитания у столь известного в городе человека. Олигарх не обратил на женщину никакого внимания. Он по-прежнему глядел сквозь неё, продолжая отчитывать пунцовую секретаршу.

— То есть вы даже не спросили имени человека, который ждет в приёмной больше десяти часов? Я не говорю уже о цели визита! — голубые глаза Одинцова сверкнули стальным блеском, — Мне кажется, я слишком много вам плачу. Пора урезать оклад офис-менеджера.

Красивые губки секретарши задрожали, она рухнула в своё кресло, как подкошенная, не сводя подведённых глаз с шефа-небожителя. Олигарх наконец-то переключил своё внимание на Гертруду Петровну. Он пригласил её в кабинет и галантно отодвинул стул для посетителей.

— Слушаю вас, — произнес он, усаживаясь на своё место.

Директриса невольно подняла голову: похожий на трон, резной стул Одинцова и массивный письменный стол находились слегка на возвышении, что делало человека выше и представительнее, чем он был на самом деле. Гертруда подумала, что даже у самых богатых людей есть не проработанные комплексы, связанные с размерами. Ну а вслух она рассказала о своих финансовых злоключениях.

Одинцов внимательно слушал, не перебивая и почти не двигаясь, только иногда он поглаживал своё кольцо, и Гертруде показалось странным, что олигарх так ласков со своим украшением. Иногда женщине казалось, что он своими блеклыми, уставшими глазами посылает ей кокетливые искорки. Но здраво оценив свой внешний вид и психическое состояние, решила, что у неё просто разыгралось воображение.

Когда рассказ был закончен, Одинцов откинулся на бархатную спинку стула и задумался, перебирая тонкими пальцами всё то же кольцо на мизинце левой руки, словно просил у него совета или разрешения. Гертруда разбиралась в антиквариате, и на глаз определила, что возраст вещицы никак не меньше десяти веков. В другое время, профессиональный интерес непременно одержал бы верх над остальными задачами, и заставил бы её заняться столь ценным раритетом. Но сейчас директрису беспокоили только собственные проблемы.

Ожидая вердикта олигарха, женщина боялась пошевелиться: у неё внутри всё заледенело, как на Северное полюсе. Казалось, ещё немного, и даже дыхание директрисы превратиться в иней. Хотя Гертруда почти не дышала, пока Одинцов решал её судьбу.

— Я могу вам помочь. Но у меня есть одна небольшая проблема: вечером состоится скучное благотворительное мероприятие, и мне не хочется идти туда одному. Составите компанию?

Олигарх, как ребёнок, чисто и невинна смотрел на посетительницу, и в его глазах не было ни капельки фальши.

— Вам нужна компания только на время благотворительного вечера?

— Не буду кривить душой, — Сигурд слегка улыбнулся, обнажив жемчужные зубы, — Возможен более приватный вариант продолжения знакомства. Здесь уж, как карта ляжет. Что скажете?

— То есть вам нужен эскорт? — Гертруда слегка оторопела: за свои тридцать пять лет ей в первые поступило такое предложение, — Но у меня нет необходимого опыта в этой сфере. Не лучше ли будет нанять девушку-профессионалку?

— Ой, умоляю, ради всего святого! Только не они! — Одинцов залился раскатистым смехом, — Скажу вам по секрету: все эти девочки такие скучные! С ними мне придётся зевать весь вечер, что будет не очень красиво.

Гертруда Петровна тоже улыбнулась шутке. Ей пришлось согласиться, что мероприятие точно не украсят постоянные зевки одного из самых известных гостей. Но был ещё один нюанс: директриса совершенно не была подготовлена к своему предстоящему грехопадению. Она вышла из дома в первой попавшейся под руку одежде, и сейчас никак не походила на спутницу олигарха.

— Если вы согласны — мы это решим, — Одинцов смотрел всё тем же щенячьим взглядом, — Вы же согласны? Соглашайтесь! Заодно и обсудим, как поступить с вашими кредитами.

Это было решающим аргументом. Гертруда Петровна нехотя кивнула. Она вовсе не хотела наступать на горло своим жизненным принципам, но всесильный Сигурд загнал её в тупик, удачно прикрывшись иллюзией выбора.