Возражать никто не стал, и вскоре мы обустроили для кота в точности такое же ложе на полу. Тот не заставил себя долго ждать и, лежа на подушке, принялся объедаться «дарами», радуя Сладос и соловея от каждого кусочка мандрагоры. А я с удивлением обнаружила, что стоило расчистить стол от гостинцев для Коти, как все оставшиеся блюда заняли меньше половины занимаемого места. Так что мы убрали все лишние столы, чтобы было удобнее разговаривать, а, когда закончили перестановку, под радостное чавканье кота наконец-то тоже приступили к ужину.
Лишь успокоившись и сев на стул, я вдруг осознала, что Ника с нами не было, и поинтересовалась о нем.
— Я ему предлагала поужинать с нами, — ответила Сладос. — Но он сказал, что у него очень важные дела и не сможет остаться. Даже работал сегодня быстрее и усерднее обычного, чтобы сбежать пораньше. Все рекорды побил.
— Наверняка вместе с Лексом и Хостом изучает твой тайный ход, — шепнула мне Мэй, и я кивнула.
Было у меня какое-то странное предчувствие… Легкое опасение за некромантов, к которым так сильно стремился «кружок» исследователей-коллекционеров метаморфных стен. Но я промолчала, чтобы лишний раз не тревожить Мэй. А когда мы уже поели, мадам Сладос начала свой рассказ, и я больше не думала о причинах волнения.
— Мифы и легенды Асхары очень древние. Некоторые из них исчисляются тысячелетиями. Например, про Ширах Кукуля. А из-за того, что письмена в тех краях не очень развиты и все истории зачастую передаются из уст в уста, они могут даже разниться в зависимости от племени, поэтому я не могу обещать вам какую-либо достоверность, — предупредила она. — Но в чем все асхарцы сходятся, что Ширах Кукуль или Повелитель Котов мифическое животное, с рождения наделенное силой света.
Мы с Мэй переглянулись. Сегодня Хост тоже сказал, что у Коти врожденная стихия света.
— На асхарских землях кто-то или что-то с силой света — большая редкость и ценность. Ведь большинство людей там обладают элементом тьмы или огня. Даже ветер, землю, а тем более воду там сложно встретить, а уж говорить про свет вовсе не приходится. Все потому что там нет истока света. Совсем.
— А земли, ветра и воды? — поинтересовалась Мэй.
— Исток земли можно встретить лишь на плодородных почвах, что в Асхаре большая редкость. Ветер — на скалистых территориях, которых очень мало. Чаще всего попадаются прерии и пустыни. А исток воды существует только один. И находится он в оазисе, окруженном бесконечной песчаной бурей. Этот оазис еще зовут зыбка скелетов, потому что к нему можно пройти лишь по барханам из костей и только один день в году.
— Задача почти невыполнимая, — заметила я, и Сладос согласно кивнула:
— Так было, пока в Асхару не прибыли пришлые расы, которые владели разными элементами. За ценные материалы и сведения, они стали помогать коренным жителям овладеть другими стихиями, обучать их, но из-за того, что среди асхарцев веками преобладали силы тьмы и огня, мало кто из нас подходил для освоения той же самой воды, а со светом мы, как выяснилась, оказались вовсе не совместимы. Поэтому мой народ так сильно почитал Ширах Кукуля.
Она опустила нежный взгляд на Котю, который уже лениво поедал мясо из тарелки.
— Если говорить честно, то я не совсем права, называя себя частью асхарского народа, потому что я уже давно не часть Асхары. Возможно, даже никогда ей не была, — вздохнула Сладос.
— Когда я впервые вас увидела, то сильно удивилась, — честно призналась я. — Ведь асхарцы не переносят холодов, даже самых малых. И Ник рассказал мне, что асхарцем был только ваш отец.
— Все верно, — с долей грусти улыбнулась она. — Ник все правильно сказал.
— Простите, если мы залезли не в свое дело, — поторопилась я извиниться, но Сладос только отмахнулась:
— В моем происхождении нет никакой тайны, и я понимаю причины учеников задаваться подобными вопросами. Особенно когда они впервые меня видят. Все-таки асхарец в здешних землях, пусть даже полукровка, редкое и удивительное зрелище.
— А почему вы решили покинуть свою родину? — поинтересовалась Мэй.
— Потому что мое тело отказалось быть частью Асхары, — охотно ответила Сладос. — Если асхарцы не могли жить в других странах из-за холодов, то я не могла оставаться в Асхаре из-за постоянного зноя. Да, от отца мне достался цвет волос, кожи и глаз, однако все остальное — от мамы. И, к сожалению, она не могла постоянно оберегать меня своей магией от высоких температур Асхары, особенно, когда я стала взрослее и начала стремиться познать мир. Тогда родители приняли решение расстаться. Отец остался в Асхаре, а мама забрала меня в Хэйтарел.
— Хэйтарел? — удивилась я. — Город снегов?
Вот уж точно из огня да в полымя…
— Да. Она была ученицей Академии Белого Хлада.
Я не удержалась и присвистнула. Об этой Академии было мало что известно. Из того, что я о ней слышала или читала, это то, что она стоит на двух истоках ветра и воды, из-за чего в ней очень распространены заклинания хлада или льда. Обучение там невероятно суровое — не каждый ученик способен ее закончить, а кто-то даже калечился или погибал. И именно туда, со слов декана, шли самые волевые маги огня, которые хотели развить свои способности, испытывая дефицит вдалеке от истока своего элемента. А еще… по слухам, в Академии Белого Хлада директором всегда был самый могущественный заклинатель льда.
— Холода я переносила гораздо лучше, чем знойную погоду. Поэтому мама предположила, что я тоже буду обладать элементом ветра или на крайний случай воды, поэтому договорилась о моем поступлении в Академию Хлада. Узнав, кто должен был поступить, директор Академии очень заинтересовался и даже согласился забрать меня без начального магического образования и экзаменов. Однако когда дело дошло до получения стихии, ни ветер, ни вода не откликнулись.
— И тогда ваша мама решила перебраться в Вальварию?
— Да. Она догадалась, что, как и все асхарцы, я больше совместима с огнем или тьмой. Поэтому собрала все вещи, деньги и с помощью рекомендации от директора Академии Хлада, смогла договориться с директором Рамэрусом, и я попала на факультет Колдовства.
— А ваш элемент?.. — скромно поинтересовалась Мэй и запнулась, а Сладос ответила:
— Тьма.
Она щелкнула пальцами, и пустое пространство на выходе из буфета всколыхнулось, явив нам черную волну, которая быстро исчезла, словно ее и не было. Скорее всего, изнутри мы могли видеть все, что происходит снаружи, а вот с той стороны люди могли наблюдать лишь темноту.
— Моя мама очень переживала, что мне будет трудно найти свое место среди людей другой расы, поэтому очень старалась меня уберечь, — произнесла мадам Сладос с нежностью и грустью. — Может быть, она была права, потому что некоторые люди вели себя странно, когда узнавали, что у нее есть ребенок от асхарца. И…
Она осеклась, когда вдоволь наевшийся Котя, вдруг запрыгнул ей на колени и растянулся мохнатой булочкой. Сладос нежно улыбнулась.
— Впрочем, это уже не важно, — и с трепетом коснулась шерски кота, который из розового окарсился в оражевый цвет. — Не ради моего прошлого мы здесь собрались…
В тишине буфета разнеслось раскатистое мурлыканье.
— Из-за того, что магии меня обучала мама, — продолжила Сладос тише, будто боялась спугнуть урчание кота, — я почти не общалась с другими детьми да и взрослыми тоже, поэтому окном в мир для меня стали книги. Особенно интересными оказались мамены записи про быт, обычаи и легенды асхарцев, которые она тщательно вела, пока находилась в Асхаре. Будто заранее знала, что они мне пригодятся… И, когда мои руки до них дошли, я уже мало, что помнила о народе своего отца. Только язык, пожалуй. Так что большую часть знаний об асхарцах я почерпнула именно из записей мамы. К сожалению, что-то уже забыла, — почесала она кота за ухом. — Что-то пожелала не запоминать, а что-то не забуду никогда. Например, сказ про Повелителя Котов.
— Как я уже говорила, у асхарцев есть поверье: «Если встретил Ширах Кукуля, отдай ему последнее и отнесись к нему как к королю, тогда он отплатит тебе троекратно. А если обидишь его, то он будет пакостить тебе до конца твоих дней». Говорили об этом абсолютно все асхарцы независимо от того, к какому племени относились, и как мама мне однажды сказала: то, во что верили все, и было самым близким к истине. Остальное она подвергала сомнениям. Впрочем, легенды, которые породили это поверье, все-таки немного отличались.
