— Вижу, тебе удалось угодить хозяйке.

Я и так была напряжена с самого утра, поэтому слова Силики практически снесли мне голову. Представив, что она могла наговорить Мэй, когда та пришла к ней просить салфетку, я приготовилась наплевать на последствия и зарядить Силике хорошего леща. Даже уже сделала шаг к ней навстречу, как вдруг Мэй заступила мне дорогу и с улыбкой произнесла:

— Не пришлось.

Она достала из кармана голубую салфетку и протянула ее Силике.

— Вот, держи.

Та недоуменно посмотрела на салфетку, а Мэй, не дождавшись, когда Силика ее заберет, сама вложила ей в ладонь и произнесла:

— Я сохранила ее для тебя. Уверена, тебе еще пригодится каждая из них.

— Ах ты…

Вдруг лицо Силики безобразно скривилось, что меня поразило. Я еще никогда не видела ее такой злой. Даже Аника взволнованно на нее оглянулась и коснулась ее кулака, который нещадно смял салфетку. Однако Мэй проигнорировала гнев Силики и обратилась к Анике:

— Спасибо, что позаботилась о моей подруге. Ты хороший человек.

И не дожидаясь реакции «сестер», взяла меня за руку и с одухотворенным выражением лица произнесла:

— Идем!

— Идем, — улыбнулась я и охотно последовала за ней к выходу из жилой башни, где Лекс уже наладил поток учеников, а в коридоре нас ждали Ник, Дамиан, Хост, Юджи, Тоб и Джесси с братом.

«Так странно, — подумала я еще до того, как мы подошли к ребятам. — В словах Мэй не было ничего особо обидного, но Силика настолько сильно вышла из себя, что даже вечно безучастная Аника забеспокоилась».

Я задумчиво посмотрена на спину Мэй, плечи которой были с достоинством расправлены, а рука сжимала мою ладонь крепко и уверенно — без прежней робости и осторожности. Мои губы растянулись в мимолетной улыбке.

«Да какая разница? Главное, что Мэй стало лучше».

Эта перемена в ней заставила меня задуматься — как мало нужно человеку для счастья. Всего лишь другого человек, которому ты сможешь доверять и не бояться остаться один.

Улыбка сползла с моего лица.

Доверие.

Смогу ли я всегда быть тем человеком, кому Мэй сможет доверять. Что если, узнав правду обо мне, она испугается и разочаруется, а я…

«Сохрани свое абсолютное доверие для того, кто сможет его оправдать», — прозвучали из воспоминаний слова декана, которые тяжелым грузом упали на мои плечи. В душе опять засквозил холод одиночества. Кому еще я могу безоговорочно довериться?

«Если только коту, который непонятно где шатается», — мрачно подумала я.

— Лав, ты как? — заметила перемену в моем настроении Мэй.

Стараясь не смотреть ей в глаза, я пробурчала:

— Нормально.

И увидела, как практически следом за нами из прохода вышла Силика с Аникой. Бросив на меня и Мэй взгляд, когда мы остановились возле ребят, ее лицо странно дернулось, после чего она поспешила уйти.

— Кажется, кто-то не в духе, — не укрылась реакция Силики от внимательных глаз Дамиана.

— Мэй ее отчитала, — ответила я, чуточку встрепенувшись.

— Одуванчик? — изумился Дамиан.

— И совсем я ее не отчитывала, — смутилась та. — Просто сказала, что думаю.

Заметив румянец на ее щеках, Дамиан не удержался и потрепал Мэй по вечно взъерошенным волосам, еще сильнее приводя в беспорядок кудряшки.

— Ну ты даешь! — усмехнулся он. — В последний раз я видел Силику такой злой, когда сравнил ее характер с кошмаром Семипикового побоища.

Увернувшись от его руки, Мэй покраснела еще сильнее, а стоявший рядом с Джесси Торбальт хмыкнул:

— Сказал такое девушке? Да ты самоубийца как-никак.

— К тому же Силике, — содрогнулся Юджи. — Помнишь, как она поджаривала нежить на практике? Бр-р-р… Странно, что он до сих пор жив.

До этого не особо веселая улыбка Дамиана стала кривой.

— Мне повезло, — невольно погладил он челюсть, будто в том месте у него болело. — Отделался легким испугом.

Все понимающе промолчали, а я только сейчас заметила, что Джоджи — брат Джесси — стоял в стороне и как-то грозно поглядывал на Торбальта и Дамиана. В особенности на Дамиана.

— Ты же Джоджи, — приветственно протянула я руку. — Меня Лав зовут.

Веснушчатый и такой же рыжий брат Джесси с сомнением глянул на мою ладонь, но сестра пихнула его в бок, и тот все-таки соизволил ответить на рукопожатие.

— Джоджи, — довольно сухо произнес он и тут же смутился, когда понял, что мне известно его имя, а Джесси полным обреченности жестом коснулась ладонью своего лица.

— Очень приятно, — улыбнулась я. — Джесси много о тебе рассказывала.

— И наверняка мало хорошего.

— Джоджи! — возмутилась Джесси.

— Что? — довольно жестко бросил он, стрельнув взглядом на сестру.

— Я уже говорила, что тебе не обязательно идти, если ты этого не хочешь.

— И оставить тебя одну?

— Я не одна. Со мной будут Мэй, Лав, Торбальт, Юджи, Ник, Лекс и Дамиан! — указала она на последнего рукой.

«Вот все и познакомились», — вздохнула я, а Дамиан при упоминании его имени обворожительно улыбнулся и игриво помахал брату Джесси пальчиками, отчего тот нахмурился еще сильнее и, чуть дольше на него посмотрев, решительно ответил:

— Я иду с тобой.

Казалось, брат и сестра сейчас подерутся, но тут вдруг подал голос давно молчавший Ник:

— Тогда сделай мину попроще и иди.

Все удивленно на него обернулись, а я возмущенно воскликнула:

— Ник!

Но тот только опустил руки, которые все это время держал скрещенными на груди, фыркнул и, круто развернувшись, пошагал прочь.

Чувствуя, как возрастает напряжение, я бросилась следом, а оставшийся позади Юджи тихо произнес:

— День обещает быть тяжелым.

— Ник!

Он даже не замедлился, когда я его окликнула, но все равно догнала.

— Не будешь дожидаться Лекса?

— Сам придет, не маленький.

Поравнявшись с Ником, я взглянула на него, чуть не отшатнулась — настолько он показался мне суровым и злым.

— Ник… — начала я, но тут же замолчала, а он наконец-то обратил на меня свой взор.

Заметив мое волнение, Ник немного успокоился, а черты его лица смягчились.

— Не люблю похороны, — со вздохом ответил он. — Прости.

Вышагивая с ним рядом, я опустила взор.

— Никто не любит, но я тебя понимаю, — чуть помолчав, ответила я.

Все-таки Ник стал свидетелем гибели всей своей деревни. Не удивительно, что сейчас он вспылил. Особенно если учесть, что убийца Несс может быть как-то связан с той катастрофой.

— Ты можешь не ходить, — заметила я, но Ник решительно произнес:

— Я должен.

Его кулаки на мгновение так сильно сжались, что пальцы хрустнули, а в глазах промелькнул отголосок жаркого пламени.

— Пока убийца не пойман, я не могу отступить. И сейчас…

Поморщившись, он снова вздохнул, словно с воздухом выпустил часть своего напряжения. Даже его плечи устало поникли, а руки безвольно повисли.

— Лучше расскажи, как ты себя чувствуешь.

Он окинул меня внимательным взором:

— Ты ночью плакала.

Я криво и совсем невесело улыбнулась. Пусть волшебные салфетки Аники сильно мне помогли, но все-таки до конца не избавили от отеков.

— Да, — честно призналась я. — Но не из-за Несс.

Запрокинув голову, я посмотрела на потолок, где летали блуждающие огоньки, которые в свете дня больше напоминали бледные искры.

— Я уже столько раз ее оплакивала, что боюсь… просто не смогу сегодня.

— Слезы созданы для живых, а не мертвых, — ответил Ник. — И если ты не хочешь, то я тем более не хочу видеть твоих слез.

Его голос был не громким, но сейчас он словно заглушил все остальные звуки, вливаясь в мое сознание спокойным и теплым потоком. Я на мгновение встретилась с Ником взглядом и тут же смущенно отвернулась. Сейчас он снова был не таким, как обычно. Как и Реджес, иногда Ник менялся, будто внутри его тела жило два разных человека. Один беззаботный и добродушный шутник, а второй таинственный, серьезный и опасный незнакомец, прошедший тяжелый путь по костям и пеплу. Наверное, этот незнакомец был плодом пережитого кошмара и гибели всех близких.