Передав часть сфер с путями Мэй, я послушно сжала сферу памяти и, наделив ее собственной магией, увидела скрытое в ней воспоминание. Как Лекс и сказал, оно было очень скудным: ни пояснений, ни личности, кто все это делал — только серая стена и зеленые линии магического начертания, которые постепенно складывались в невероятно сложный узор.

— Что это такое?.. — с ужасом произнесла Мэй, которая тоже наблюдала за движущейся картинкой с воспоминанием. Ник, Лекс и Хост наверняка уже его видели, но я предпочла вывести его на всеобщее обозрение, чтобы Мэй тоже понимала, о чем речь. — Чары?

— Нет, — ответил Хост, после чего с сомнением добавил: — По крайней мере, ни один из типов чар, которые я знаю или хотя бы видел.

— А Хост видел много, — хлопнул его по плечу Ник. — Недаром из библиотеки почти не вылазит. Только жаль, на практике не так хорош.

— Катись к ифритам, Ник, — толкнул его Хост и покосился на меня с Мэй, наверняка вспомнив, как его вдруг оживший чемодан нас чуть не съел. — Все мои беды только из-за тебя. Если бы не твои дурацкие советы, да еще с такой самоуверенной физиономией…

— Моя физиономия на то и самоуверенная, чтобы компенсировать твою неуверенность, — толкнул его в ответ Ник, но несильно, чтобы тот не задел стеллаж со сферами памяти. — Но ты не плачь. Никто в этом мире не идеален.

— Ты уж точно, — пробормотал Хост, вновь толкая Ника, а Лекс громко произнес:

— К сожалению, мы так ни разу и не смогли открыть эту комнату. Символ для нас слишком сложный, — поникли его плечи. — Ведь для открытия важен не только сам символ, но и последовательность его начертания. А ты, я уверен, справишься.

— Так вот почему ты решил отдать эту сферу Лав, — прищурила глаза Мэй, и Лекс на удивление не стал увиливать и честно признался:

— Отчасти. Когда я узнал о ее памяти, то сразу подумал про эту стену. Но… — он погладил шею ладонью. — Больше мне все-таки хочется отблагодарить Лав за то, что она помогла выиграть нам спор. Все-таки лишь благодаря ней, я смог защитить все эти сокровища от Родера и Холлера. Особенно от Холлера.

«Так вот какие непредвиденные обстоятельства имел в виду Лекс», — вновь покосилась я на белую сферу и смущенно помялась с ноги на ногу:

— Спасибо, — и предложила: — Тогда… давайте откроем эту стену.

— Что? Прямо сейчас? — хором произнесли и резко замерли до сих пор дерущиеся Ник и Хост. — Так просто?

— Ну, да, — еще сильнее смутилась я и, оглядев небольшую комнату с двумя стеллажами, направилась к той стене, через которую мы прошли.

— А… нет-нет! — вдруг поймал меня за плечи Лекс и развернул в другую сторону. — На обычных метаморфных стенах не сработает. А вот, эта подойдет.

— На метаморфных стенах не работает? — екнуло мое сердце, однако Лекс не заметил моего беспокойства и весело продолжил.

— Да, именно так мы парочку даже нашли. Ну, когда пытались призвать руническую. Здорово, правда?

— Да, — нахмурилась я. — Здорово…

И когда он выпустил мои плечи, замерла напротив стены, к которой меня подвели.

«Значит, символ работает лишь на настоящей стене замка… — нахмурилась я и тут же тряхнула головой. — Ладно. Потом об этом подумаю».

Я подняла руку и, прикрыв глаза, начала вспоминать все движения линий рунического символа из сферы памяти. От всех линий, черточек и окружностей, из которых он состоял, я внутренне содрогнулась и всецело согласилась с Лексом в его невероятной сложности. Даже самый запутанный узор в чарах не был настолько ужасающим. Не удивительно, что Ник, Лекс и Хост не смогли отворить этот проход. Но, как и было сказано чуть раньше, с моей памятью…

Когда мой палец начертал на камне последний завиток, я приподняла веки и увидела, как напротив меня горит зеленый символ, который на мгновение даже показался знакомым. Будто я его уже видела.

— У… У нее получилось! — произнес за моей спиной почти шепотом Хост, на которого Лекс шикнул, а я, продолжая всматриваться в символ, поинтересовалась:

— И что дальше?

— А-а-а, дальше… — встрепенулся Лекс. — Да ничего! Он сейчас… Ух-ты-нихрена-себе!

Не успел Лекс договорить, как мой символ загорелся ярче. Да настолько ярче, что вскоре побелел! Будто раскалился. А меня тут же обхватили чьи-то руки и заслонили широкие плечи. Однако я успела увидеть то, от чего внутренне содрогнулась.

«Так вот почему он показался мне знакомым!» — воскликнула я в душе, стоило вокруг моего символа появились другим: похожим на те, что зажглись, когда директор разрушил часть стены в подземелье. Вот только здесь не было никаких разрушений. И символы не появлялись хаотично и не исчезали мгновенно, а словно тайное послание застыли вокруг моего сложного узора, после чего начали молниеносно с ним объединяться, словно складывались в замысловатый пазл. Отчего мой символ сначала перекрасился из зеленого в белый, а потом вспыхнул насыщенным янтарным светом.

— Ник? — произнесла я удивленно, заметив серьезное выражение лица парня, когда тот закрыл меня собой, а символ за его спиной в следующий миг погас. — Ты чего?

— Я…

Он резко обернулся назад, когда все стихло, и, увидев обычную стену, неловко на меня посмотрел, после чего поторопился отступить. Я тоже сделала шаг назад и обернулась на остальных ребят, ожидая смешки или подтрунивания, но они были такими же взволнованными. Лекс заслонял собой недоумевающую и взволнованную Мэй, а Хост вовсе спрятался за стеллажом и робко оттуда выглядывал.

— Вы… Вы чего? — на этот раз мой голос прозвучал тревожннее, а выглядывающий из-за стеллажа Хост произнес:

— Это…

И посмотрел на Лекса, который все еще продолжал прижимать к себе Мэй. Надо сказать, она тоже отчаянно цеплялась за его пиджак и, взглянув на него, почти шепотом поинтересовалась:

— Что случилось?

— Не знаю, — серьезно ответил Лекс. — Мы эту стену ни разу не открывали, может, там лежит что-то особенное…

И опустил на нее взгляд. Они оба долго друг на друга смотрели, после чего изменились в лице и одновременно отпрянули — Мэй красная как рак, а Лекс явно смущенный, но старающийся держать себя в руках.

— Это… — откашлялся в кулак, после чего немного хрипло продолжил: — Это вышло немного не по плану, но давайте сначала посмотрим, что внутри.

Он подошел к пустой стене и поинтересовался:

— Ты здесь его нарисовала?

— Отлично.

Немного поколебавшись, Лекс коснулся того места, где я начертала символ. Стена под его ладонью еле заметно всколыхнулась, а рука прошла насквозь.

— Работает, как обычная метаморфная стена, — заметила я.

— Возможно, метаморфные стены и были созданы по подобию рунических, — произнес Хост.

— Хочешь сказать, они были созданы гораздо раньше?

— Подозреваю. Не исключено, что даже во время постройки Академии. До того, как появились чары, защищающие от разрушений.

— Давайте оставим лекции на потом, — нетерпеливо произнес Лекс. — Идемте.

Он первым прошел сквозь стену. За ним — Ник, потом я с Мэй и самым последним был Хост. И только я переступила порог тайного прохода, а точнее комнаты, как моих ушей коснулся немного разочарованный выдох:

— Пусто.

— А за другими руническими стенами что-то было? — поинтересовалась я, когда Лекс и Ник немного расступились, чтобы пропустить меня, Мэй и Хоста.

— Нет, — ответил Лекс. — Там тоже ничего не было.

— Но мы надеялись, что за столь сложным знаком что-то да скрывается, — вздохнул Ник.

В комнате было не только пусто, но еще и темно, из-за чего Лекс тут же принялся создавать блуждающие огни. И хоть некоторые из них почти сразу разбивались о стены, многие продолжали парить под потолком, отчего постепенно светлело, пока не стало вовсе как днем.

— Думаю, этого на первое время хватит, а потом, как все устроим, можно будет принести несколько магфонарей из кладовой.

Он криво улыбнулся, когда один из огоньков резко разогнался и разбился о стену, разбросав искры.

— Они будут понадежнее этих ребят…