— Отдыхай, — не терпящим возражений тоном произнёс он. — Сейчас тебе нужно только тепло, еда и хороший целитель.

Служанки, во главе с Мирой уже неслись навстречу. Они подхватили меня под руки и даже не позволили самой приготовить купель. Не прошло и пяти минут, как горячая вода обволакивала моё измученное тело, смывая грязь, засохшую кровь и ледяной ужас прошедшей ночи.

Когда я, облаченная в мягкую чистую сорочку, легла на кровать, Дарион отослал слуг. Он уселся рядом, поставив на край постели шкатулку с мазями. Его пальцы касались моей кожи с невероятной нежностью. Он осторожно смазывал раны, и каждое прикосновение отзывалось в моём теле умиротворяющим покалыванием.

И всё же мне было не по себе.

Ему ведь самому нужен был отдых, вот только тиарх и слышать об этом не хотел.

— Дарион… — тихо позвала я, глядя на то, как блики огня играют на его сосредоточенном лице. — Перед нашим отлётом Лиена просила тебя что-то мне рассказать, помнишь?

Тиарх кивнул. Он долго молчал, глядя в огонь, словно подбирая слова, которые не разрушат этот хрупкий момент покоя.

— Когда мать сиарий начала тебя тренировать, — начал он наконец, — я почувствовал нечто странное. От неё пахло грозой — так пахнет сила только у драгархов высших кровей

Рассказывая, он аккуратно прошёлся мазью по ссадине на предплечье.

— Я прислушивался к ней каждый раз, но не мог понять, в чем дело... Пока она не пришла ко мне в День Первых Крыльев с глубокой царапиной на животе.

Я кивнула, затаив дыхание. Тот день казался бесконечно далеким.

— Коснулся её живота и ощутил не одну искру. А две. Одна была её, а вторая… крошечная и ослепительно яркая — драконья. Она оказалась беременной, Верия. Беременной от тиарха.

Ахнув, я непроизвольно зажала рот рукой, чувствуя, как внутри всё обрывается.

— Какой срок? — выдохнула я сквозь пальцы.

— Не больше двух оборотов Луны.

В комнате повисла тишина, нарушаемая только моим судорожным вдохом. Я сглотнула, ощущая, как к лицу приливает обжигающий жар.

Мне захотелось провалиться сквозь землю. Вся моя ревность, все колючие взгляды в сторону Лиены и холодные мысли в адрес Дариона теперь казались мелочными и глупыми. Они делились тайной новой жизни, а я... я выстроила в голове грязную интригу, оскорбив их обоих своим недоверием.

Чувство вины сдавило горло. Мне было больно за Лиену, которой пришлось выслушивать от меня колкости, и невыносимо стыдно перед Дарионом за то, что я сомневалась в его чести.

— Как она отреагировала? — спросила еле слышно, чувствуя, как дрожит голос.

— Обрадовалась, конечно, — Дарион едва заметно улыбнулся.

— А... отец ребёнка? Он уже знает об этой неожиданной беременности?

Тиарх озадаченно нахмурился.

— Не знаю, как у вас, людей. У нас не бывает случайных детей, Верия. Драконья кровь слишком сильна, чтобы прижиться в слабом лоне. Если женщина смогла зачать от драгарха — значит, сам Аругар признал её достойной парой драгарху. С того момента, как искра жизни вспыхивает в тебе, ты становишься его парой. Навсегда. Одно без другого невозможно.

— Но... как же Лиена? Она согласна с выбором Аругара?

— Лиена верит, что у этого союза большое будущее. Мы как раз говорили о её ребёнке, когда ты пришла с вестью об игмархах.

В комнате воцарилась тяжёлая тишина, нарушаемая лишь треском поленьев в камине.

Я тяжело вздохнула и подняла глаза на Дариона:

— Ты не знаешь, где сейчас Лиена? Я должна попросить у неё прощения... И у тебя тоже, мой тиарх.

Дарион

В зале пахло остывающим камнем и крепким травяным взваром. Я ощущал, как под кожей ворочается непривычная мощь Архаэля. Раны затянулись все до одной — непривычно быстро, даже учитывая скорость драконьей регенерации. Я поднял голову, позволяя силе Архаэля окончательно улечься в жилах, и обвёл присутствующих взглядом.

Пять тиархов, сидящих за одним столом, — зрелище редкое. Учитывая присутствие Варграна, этот совет обещал стать малоприятным событием. Тиарх Чёрной Скалы сидел напротив меня. После нашей стычки в руинах храма он вёл себя подчёркнуто спокойно. Лишь мимолетный прищур, в котором промелькнула тень отчуждения, выдал его истинные чувства — признание моей связи с Верией далось ему нелегко.

— Итак, — я отодвинул от себя пустой кубок, — маг отправлен во Тьму, предатели наказаны. Но мы остались без третьей клетки. Нам не хватит мертвия до следующей дани. Что будем делать?

Скьёлдар кивнул:

— Мы могли бы снова воззвать к жрецу и потребовать неоплаченную дань, да только прежнего служителя убили. Новый верховный жрец будет избран в течение следующего оборота луны.

— Даже когда он будет избран, как это нам поможет? Двое предателей отдали некроманту весь мертвий, что был в наличии, — Вальд задумчиво прошёлся пальцами по своему браслету. — Силой мы не вытрясем мертвий из фиандийцев.

— Если мы не решим, откуда брать мертвий, — подхватил Скьёлдар, — многие драгархи одичают к следующему лету.

Бьёрн, сидевший до этого неподвижно, слегка наклонился вперёд. Это простое движение заставило остальных тиархов замолчать.

— Если у меня всё получится, скоро у нас появится вторая шахта. В моих землях.

— Это отличные новости! — Скьёлдар хмыкнул, прищурившись. —Теперь понятно, почему ты проигнорировал общий сбор. Мертвий — дело святое. Но скажи честно, Бьёрн, неужели ни разу не кольнуло? Неужели тебе совсем не было любопытно, какую рию Аругар прислал в этот раз? Ты ведь променял его избранницу на пыльные камни в своих шахтах.

Бьёрн едва заметно усмехнулся.

— Аругар уже послал мне особенную деву, ради которой стоило остаться дома.

Бьёрн сухо излагал детали разработки новой жилы, но на шутливые подначки о деве отвечал молчанием. Его взгляд постоянно возвращался к окну, за которым сгущались сумерки. Он сидел с нами, но его мысли явно были не здесь. Вскоре тиархи потеряли интерес и переключились на другую тему. Что ж, у каждого из нас свои тайны, и Бьёрн явно не собирался выставлять свою на всеобщее обозрение.

Внезапно за дверью раздался топот ног и приглушённые крики. Раздались возгласы:

— Крепче держи, а то уронишь, балбес!

— Интересно, что мы сегодня будем праздновать, — Скьёлдар перевёл на меня хитрый взгляд. — Слуги тащат окорока, вскрывают бочки одну за другой. На кухонном дворе не продохнуть от запаха жареного мяса и специй. Дарион, ты решил закатить пир в честь победы над мертвяками?

— Сегодня Верия станет моей миарой вита, — я коротко качнул головой. — Вы приглашены на брачный пир.

Варгран, до этого изучавший узор на столешнице, замер. Напряжение между нами вскипело мгновенно, без слов. Видно, вспомнил, как Верия показала ему метку.

— Этот пир готовился не один день, — негромко произнёс он. — До сегодняшней ночи мы не знали, кто станет истинным Верии. Ты, вроде как… поторопился, тиарх. Откуда ты знал, что Аругар отдаст её тебе?

Я посмотрел на него в упор.

— Откуда ты знаешь, с какой стороны сегодня дует ветер? Ты просто чувствуешь его кожей. Так и здесь.

Варгран медленно поднялся. Остальные тиархи за столом подобрались. Это был момент, когда старая иерархия ломалась об новую силу Архаэля. Несколько долгих мгновений Варгран смотрел мне в глаза. Затем сделал то, чего от него не ждал никто. Он коротко, по-военному, склонил голову.

— Ты — Архаэль. Верия — твоя истинная. Аругар сделал свой выбор, и я принимаю его решение. Надеюсь, я приглашен к столу?

Я кивнул, чувствуя, как отпускает напряжение в плечах. Если в храме Фиандиса он принял Божью волю лишь на словах, формально, то сейчас — принял по-настоящему.

— Раз так, — Скьёлдар тоже встал, — мы все остаёмся. Пить за здоровье Архаэля и его миары вита — обязанность каждого тиарха. Главное, чтобы твои кухарки не пережарили оленину, — добавил он со смешком.