Стоило мне вступить в круг начерченных на полу рун, вокруг нас вспыхнул костёр. На мгновение пожалел, что в кругу не оказалось Бьёрна. Ритуальный контакт со жрецом отбирал много сил — я знал это с последнего, единственного на моей памяти, контакта.

В тот оборот солнца, когда я стал тиархом Туманной Гряды, люди сглупили. Ослабили магическую вязь в пещере, чтобы добраться до залежей серебра, не ведая, что вместе с серебром получат игмархов. Когда очнулись — стало поздно.

Игмархи прошли сквозь магическую дыру и попёрли в окрестные города. Смерти исчислялись сотнями, если не тысячами. Люди взмолились о защите. Жрец главного храма призвал драгархов ритуальным огнём, и мы поспешили на помощь... Помнят ли люди о тех событиях — не таких уж и древних? Или время стёрло их воспоминания, раз решились на обман, — о том я не ведал.

Прошептал заклинание вызова, и круг огня вокруг нас вспыхнул сильнее, отрезая от внешнего мира. С каждым произнесённым мной словом магия сплеталась крепкими, ровными узорами, уходившими всё дальше в мир людей, и наконец, её концы замкнулись по другую — людскую — сторону храма, когда жрец примкнул к нашему кругу.

Его образ появился в центре в виде серебристого пламени, едва напоминающего очертаниями человека.

— Приветствую вас, достойнейшие драгархи! — прошептало пламя, взметнувшись ввысь. — Да благословит вас Великий Аругар и да будут ваши дни полными силы и благодати!

— Приветствуем и тебя, жрец! Да будет Великий Аругар милостив к тебе и всем представителям твоей расы! — ответил я, с досадой расходуя ресурсы на ритуальные приветствия.

Затем сразу приступил к делу:

— Где третья клеть?

— Третья клеть? — удивлённо замерло пламя.

— В этот раз вы дали две клети мертвия вместо трёх.

— Но как же? — растерянно шелестело пламя. — Шахта работает в обычном режиме. Мне никто ничего не докладывал... Не предупреждал. Не понимаю…

— Мертвий, который вы дали год назад, оказался с изъяном. С примесями. Об этом тебе тоже не доложили?

— Нет, о достойнейший драгарх! Я не знал… Я бы не посмел вас обмануть… О, великий Аругар, смилуйся… Я выясню, кто виноват, и сделаю всё, что в моих силах, чтобы это исправить.

— Разве драгархи нарушали хоть когда-то свои обязательства? — продолжил наступать я. — И разве не ты должен следить за соблюдением нашего договора со стороны людей?

— Такова роль, предназначенная мне Аругаром, — покорно проплясали огненные языки.

— Ну так напомни людям, чем грозит нарушение договора. Или ты сам позабыл об этом, жрец?

— Я помню, — пугливо дрогнуло пламя. — И заставлю вспомнить людей. Это мой недосмотр. Я делаю всё, что в моих силах, но вот беда… Чем лучше вы соблюдаете свои обязательства, тем реже люди сталкиваются с монстрами Скверны. И тем хуже они понимают, насколько важна ваша защита.

— Намекаешь, что пора напомнить им, каково это — терять близких и гибнуть самим?

— О нет, достойнейшие! Я напомню об этом. Сам. Сейчас же и напомню… — пламя метнулось в сторону от центра круга, будто намереваясь закончить контакт.

Но я крепко держал связь, не позволяя жрецу улизнуть на полуслове.

— Если мы не получим к следующему полнолунию третью клеть из полноценного мертвия, у вас будут последствия. Самое меньшее — вы лишитесь нашей защиты.

— Понял, достойнейший.

Как и предполагал, о более серьёзных последствиях жрец расспрашивать не стал. Кому же охота узнавать в подробностях, что может сотворить с родным городом драконье пламя?

— И ещё одно, — я чуть помедлил, собираясь с силами, слишком быстро ускользающими из груди. — Последняя рия оказалась замужней.

— А это… проблема?

— Жрец, ты и вправду так глуп? — не выдержал я. — Драгархи не присваивают чужих жён. Ты должен немедленно развести её с мужем.

— Но… — пламя растерянно всколыхнулось и притихло, припав к полу. — Ни один жрец не может сделать это без согласия мужа и жены.

— Она согласна. Добейся согласия мужа и устрой им развод.

— Это не так работает, достойнейший драгарх. Они оба должны присутствовать в храме Фиандиса. И оба должны подтвердить своё согласие. Иначе не получится. Таковы людские законы. Их никак не обойти.

В пекло эти законы! — пульсировало в голове. Я молчал, чувствуя как утекают последние силы. Решение следовало принять немедленно. Такую роскошь, как очередной контакт с жрецом мы не сможем позволить себе в ближайшее время.

— В следующее полнолуние, — наконец прорычал я, — мы прилетим. К нашему приходу подготовь третью клеть из полноценного мертвия. И мужа. Мы принесем с собой рию в ваш храм. Для развода. Учти. Ставки высоки. Подведёшь нас — и это дорого обойдётся людям. Всё понятно?

— Да. Всё понятно, — с готовностью станцевало пламя, прежде чем погаснуть окончательно.

Я покачнулся, едва удерживаясь на ногах. Осмотрелся. Остальные драгархи выглядели не лучше.

Верия

Когда за Дарионом закрылась дверь, я резко втянула воздух в лёгкие, осознав, что на время забыла дышать. Просто камень с души. Чувство такое, точно буря пронеслась рядом, лишь чудом не задев… и всё же мазнула напоследок своим холодным дыханием.

Почему для меня было так важно сохранить мир между мной и Дарионом? Очевидно, конечно, — я завишу от него. Меня окружают его стены, его люди, готовые безропотно исполнить любой приказ своего тиарха.

Но не это главное. Он ведь и правда проявил доброту ко мне, и мне хотелось показать, что я это ценю и... как-то по-женски успокоить его. Хотя получилось, в итоге, что это Дарион успокоил меня. Пока он сидел рядом, накрывая мою ладонь своей, так хорошо было на сердце. Будто я нахожусь под его защитой — такой же непрошибаемой, как бетонно-стальной каркас.

Именно этого чувства надёжности мне не хватало с Эдмиром в последние месяцы брака.

Вот вроде был рядом со мной в Фиандисе влиятельный мужчина, а будто и не было его. Муж запросто мог оставить меня в эпицентре проблемы — начиная от приёма, где меня обступили незнакомые лица, и кончая пожаром, после которого он уехал на несколько недель «по срочным делам», бросив меня разбираться с последствиями.

Я старалась не раскисать, убеждала себя, что такому могущественному мужчине, как барон Вейнарт, и жена нужна соответствующая. Сильная львица, а не кудахчущая курица. Поэтому жила, решая бесконечные проблемы. И вот оно как обернулось, в итоге...

Мои размышления прервало появление Миры. Она зашла после робкого стука и теперь топталась на пороге. Наконец неловко поклонилась и пролепетала:

— Я назначена тебе служить. Что прикажешь, госпожа?

Мне стало не по себе.

С каких пор я в мире драгархов стала госпожой?

Когда меня оставили на жертвенном камне, я лишилась всего — статуса, имущества. Я здесь на птичьих правах, и это вот «госпожа» прозвучало как шутка. Причём не смешная.

— Мира, ты помнишь моё имя?

— Да, госпожа.

— Тогда называй меня по имени.

— Да, госпо… Ой, прости. Хорошо, Верия.

— Почему ты так смотришь на меня? — нахмурилась я.

С нашей последней встречи с девушкой произошла разительная перемена. Раньше она вела себя скромно, сдержанно, но очень тепло. А сейчас будто закрылась. Дрожит всем телом, напряжена, словно…

— Ты же не меня боишься? — спросила в лоб.

Помявшись немного, девушка всё-таки призналась:

— Наш тиарх только что приказал отправить Сирью и Глинду шить шкуры. Они перед этим хвастались, что отмывали новую рию-замарашку в ледяной воде, чтобы преподать ей… тебе урок чистоты. Тут и глупец связал бы одно с другим. Я не буду болтать гадости и вредничать, обещаю! — она вдруг умоляюще сложила руки. — У меня нет желания с утра до вечера колоть себе пальцы на шкурах. В замке работать спокойнее и проще. Я тебя не подведу, Верия!

Мне понадобилось немало времени, чтобы убедить её, что я тут не причём. Хотя всё-таки показалось странным, что стоило мне отказаться от помощи двух женщин — и тиарх тут же выслали из замка, понизив в должности. Не из-за моих же слов?