— Значит, — уточнил Скьёлдар, — ты оставался с рией исключительно как целитель? Стопы ей лечил?

— Наверняка очень старательно лечил, раз вся ночь на это ушла! — хмыкнул Варгран, недобро прищурившись.

И снова нахлынули эмоции. Однако я опять сдержался — хоть и с трудом.

— Избранная замужем, — холодно напомнил. — Она поклялась своему мужу в верности перед Аругаром. И держит свою клятву.

— Откуда ты знаешь, — нахмурился Варгран, — что она держит клятву? Ты лично это проверил? Или доверился её словам?

Я даже не удостил его ответом.

— Поклялась, говоришь? — Скьёлдар скривил губы в усмешке, блеснув белыми зубами. — Что ж… Теперь мы знаем о её клятве. Так что отныне я могу спать спокойно.

Его смех подхватили остальные драгархи. Столовая постепенно наполнилась шумом. Снова застучали ложки, раздался смех с разных концов зала. На миг показалось, мы всё разъяснили. Все успокоились… Да только рано радовался.

— И что теперь? — зло начал Варгран. — Продолжишь дальше исцелять нашу рию ночами?

Я лишь дёрнул плечом.

— Если придётся — продолжу.

— Остынь! — вмешался Скьёлдар, бросив на Варграна предупреждающий взгляд. — Ты же слышал. Рия поклялась Аругару в верности мужу. Никто из нас не желает сделать из девы клятвопреступницу. Даже глупец знает: нарушивший клятву навлечёт на себя и своих потомков гнев Аругара. А значит, никто не станет плевать против ветра, создавая проблему своим потомкам. Верно, Дарион?

— Я рад, что ты ухватил суть, Скьёлдар. Жаль, не каждому дан столь светлый ум.

— Но всё же надеюсь, — кивнул он, чуть прищурившись, — твое ночное лечение завершено?

Тон его оставался лёгким и даже насмешливым, но я уловил в словах жёсткое предупреждение. И снова зверь взвился внутри от негодования. При мысли, что мои ночи будут проходить вдали от Верии, в груди тоскливо заныло. Но разве был у меня выбор?

— Лечение завершено, — выдавил из себя. И, чтобы закрыть тему, добавил со смешком: — В покоях драгархов меня ждёт кровать — такая же удобная, как выступ в скальном камне.

Поджав губы и что-то буркнув себе под нос, Варгран всё же опустился на своё место и принялся за еду.

Я поймал на себе долгий, задумчивый взгляд Вальда — и меня коснулась смутная тревога.

О чём думал беловолосый тиарх? А Варгран? На что готов был пойти хозяин Чёрной Скалы, чтобы заполучить красивую деву из моей спальни? И так ли уж спокоен Скьёлдар, как хочет казаться?

Взглянул в окно. Небо всё ещё ясное, воздух чист. Вот только сегодня я видел стаю белохвостых шелсов — предвестников туманов. Совсем скоро множество мужчин, мечтающих об одной женщине, окажутся запертыми в одном замке.

Я мотнул головой.

Не беда. Что-нибудь придумаю.

Верия

Подумать только… Четверть часа назад Дарион говорил про совместный завтрак, и вдруг — хмурый и сосредоточенный исчез за дверью. Неужели приревновал к Эдмиру?

Я с досадой качнула головой. Как он вообще мог подумать, что я пытаюсь мужа уберечь? С какой стати мне его защищать? В благодарность за подлое предательство? За измену? За то, что на убой послал?

Нет уж. Он не заслужил моей поддержки. И даже моих мыслей о себе не заслужил! Я сделала глубокий, резкий вдох, словно отсекая лезвием разума все воспоминания о нём. Наступило время жить в настоящем, а не обдумывать прошлое.

Отведав сытной, вкусной каши с кусочками мяса, я принялась болтать с Мирой, которая, собственно, и принесла мне поесть. Лёгкость и простота девушки оказались лучшим лекарство от тяжелых дум. Меня распирало от любопытства — так хотелось узнать о её жизни здесь, в тиархоне. Вскоре Мира призналась со счастливой улыбкой, что у неё появился жених среди гардов.

Маттэус — так звали её избранника — был сильным и бесстрашным воином. Настолько бесстрашным, что его не напугала даже гетерохромия. Впрочем, он и сам был «с изъяном» — по его же собственным словам. Одно крыло у него проявилось белое, как снег, а другое — пепельно-серое.

Парень решил, что они с Мирой созданы друг для друга. Вот только денег он не накопил, поэтому гарду предстояло послужить тиарху в походах, прежде чем пара осядет неподалёку от замка со своим хозяйством.

Как только разговор зашёл о деньгах, я сразу спросила о наболевшем:

— Мира, откуда у тиархов золото?

С тех пор как я услышала про флорины и фарты, мне не давал покоя этот вопрос.

— Толком не знаю, но слышала, — она понизила голос, — что люди щедро жертвуют в храмах Аругару. Потом жрецы относят часть золота драгархам и просят их защиту для торговых караванов или кораблей. А ещё… драгархи умеют находить в реках золотые жилы. И клады чуют под землёй. В Маттэусе всего капля драконьей силы, но он однажды нашёл под водой золотой булыжник — вот такой большой!

Девушка сжала тонкие пальцы и с гордостью продемонстрировала мне свой кулак.

— И что? — я растерялась. — Целого булыжника не хватило для домика с огородом?

— Не-ет, что ты, рия! Домик построить не проблема. Были бы умелые руки, камни, глина да голова на плечах. Проблема в другом, — девушка помолчала и отвела взгляд. — Здесь так заведено, что рию может взять в жёны только тот, у кого есть накопления и достаток. А у Маттэуса семья большая, сестёр надо содержать, пока замуж не выйдут… Отец погиб, а он старший брат. Вот и вкалывает. Во все походы военные ходит с тиархом. Ещё пара годков — и накопит на отдельный участок, и нам на безбедную жизнь, — Мира улыбнулась. — Повезло мне с женихом, Верия. Ответственный он. Трудолюбивый.

Я кивнула, с трудом удержавшись от комментария. Мне ведь показалось, что это Маттэусу повезло с невестой. Какая ещё девушка согласилась бы годами ждать жениха с военных походов, пока он оплачивает содержание своих сестер?

После завтрака Мира исчезла за дверью, чтобы отнести посуду и принести десерт. Но, видимо, десерт был ещё не готов, раз она не вернулась ни через четверть часа, ни через полчаса. Устав ждать, я опустилась на свою подушку и уставилась на подушку тиарха, где остался след от его головы. Провела ладонью по давно остывшей вмятине, и вдруг стало тоскливо. Где он? Чем сейчас занимается?

Вот интересно. Вчера Дарион мой взгляд почувствовал с закрытыми глазами. А сможет ли мои мысли о нём ощутить на расстоянии? И тут же себя одёрнула, тряхнув головой. О каких только глупостях не начнёшь думать, когда окажешься запертой в кровати на целые сутки!

Чтобы отвлечься, я решила почитать. Томик, что вручил мне тиарх, оказался увесистым, в прочном кожаном переплёте, украшенном выжженными фигурами. Дракон, змей и женский силуэт между ними. Видимо, к этой книге относились с почтением, раз так тщательно «одели».

Я аккуратно полистала тонкие желтоватые страницы и приуныла. Ну вот... Надеялась узнать с помощью книг побольше про то, как устроен быт драгархов. Есть ли тут праздники? Какие традиции? Каковы взаимоотношения в семьях? А вместо практичной информации мне достались сказки. Просто сказки. Впрочем, знание местного фольклора тоже могли бы мне пригодится, чтобы понять здешний менталитет.

С этой мыслью я раскрыла томик, вчиталась в первые строки и… залипла. Сказания внезапно показались мне очень актуальными.

«Говорят старцы: прежде всего было Свето-Пламя, и звали его Великий Аругар. Из дыхания его родились два сына — драгархи и игмархи. Близнецы по крови, но не по духу.

Обоим достался разум и сила без меры. Чтобы сила не увела их слишком далеко, Аругар дал каждому браслеты из мертвия — металла, что держит зверя под контролем.

Но игмархи засмеялись и сбросили браслеты в Мрак Бездны. «Зачем нам узда? Пусть сила наша станет свободной!» И обратились они в чудовищ — змееподобных, что пожирают свет. Так родилась Тьма, и пошла она по миру, как ночь без рассвета, уничтожая всё на своём пути.

Драгархи же сохранили браслеты и удержали зверя. Но мертвий — металл живой, что рождается глубоко под землёй, и если к корню его прикоснётся существо, что несёт в себе пламя, — металл теряет силу, становится бесполезным. Вот почему им понадобились люди — хрупкие, но умелые, с руками, что не испортят мертвий.