Внизу же разрастается бетонный космопорт, мигают посадочные огни. Вероника вернулась в кресло, придержав кота, гордо восседающего на плече. Хвост обвил шею, а когти впиваются в плотный материал комбеза.
***
Документы легли на стол. Вероника с котом вопросительно посмотрела на пограничника, тот лениво перебирает бумаги. Сверяется с данными на мониторе и косо посматривает на девочку. В комнате прохладно, дневной свет струится из окон-щелей под потолком. Стены из шлифованного бетона с крупными порами, а единственное украшение, плакаты с имперским нарративом.
На чужачку с них гордо взирают имперские пехотинцы в боевой броне, а текст призывает вступать в ряды армии. Что ж, она и собирается.
— Вероника фон Эфер... — Пробормотал пограничник, откладывая документы. — Вы в курсе, что на территории столицы пилотирование транспортных средств без активного автопилота разрешено только с двадцати семи лет?
— Боевой истребитель не считается транспортным средством. — Ответила Вероника, глядя на чиновника с аристократическим призрением. — Тем более, вы говорите это представителю благородного рода. Прекрасно зная, что согласно декрету от семьсот тридцать первого года со дня основания, мирской закон не касается аристократов. Мы подвержены имперскому праву, а оно явно утверждает, что я могу пилотировать, что захочу. Важно лишь умение.
— Да... конечно. — Пробормотал таможенник, опуская взгляд. — Просто шутка, не принимайте всерьёз. По протоколу я обязан задать несколько вопросов.
— Задавай.
— С какой целью вы решили посетить столицу?
— Поступление в Высшую Военную Академию. — Отчеканила Вероника, продолжая сверлить чиновника презрительным взглядом. — Меня же интересует, почему мы меня принимают в общем порядке?
— Леди, — пролепетал таможенник, начиная суетиться. — Это не общий порядок, простых граждан принимают в порядке живой очереди. Уверяю вас.
— Ладно... долго мне ещё это терпеть?
— Почти всё, вот, нужен ваш генетический отпечаток.
Пограничник протянул планшет с отрисованным красным отпечатком в углу. Вероника прижала большой палец, задержала дыхание. Короткий укол — и тёмная кровь заполняет неровности, отпечатывая генетический профиль Вероники фон Эфер в базе данных Столичного Управления. Света напряглась: это самый опасный момент, на который она никак не может повлиять.
Пограничник пробежал взглядом по колонам данных, бегущих по планшету. Кивнул и натянуто улыбнулся.
— Всё в порядке, леди Эфер. Ваш корабль будет перенаправлен на дворянскую стоянку. Добро пожаловать в столицу!
***
Когда за аристократкой закрылась дверь, пограничник шумно выдохнул и спрятал лицо в ладонях. С ожесточением потёр, проклиная всё и вся. Какой умник вообще решил направить дворянский транспорт в космопорт общего пользования? Хорошо хоть девчонка из глухомани и не до конца разбирается в тонкостях этикета...
Мазнул ладонью по сенсору на столе и прорычал, не дожидаясь сигнала:
— Диспетчерская, вы там совсем с ума сошли?!
— Извини Джереми, — звонкий, полный неподдельного испуга женский голосок заполнил комнату, — сбой системы. Она была сильно зла?
— Нет, деревенская простушка, даже загорелая. — Фыркнул Джереми, откидываясь в кресле и переводя взгляд на плакат с пехотой. — Повезло. Проклятье, да мы поймали удачу за хвост, падая в яму!
— Уже подали запрос в техническую службу, больше такого не повторится! Извини...
Голосок оборвался, и пограничник закрыл глаза, провёл по лбу ладонью. Будь на месте девчонки патриций, головы полетели бы в прямом и переносном смысле. Надо только позаботиться, чтобы истребитель отправили на дворянскую стоянку без промедлений.
***
Вероника закрыла дверь гостиничного номера и привалилась спиной к ней. Дышать тяжело, сердце рвётся из груди, ломая рёбра. На лбу выступает холодная испарина. Кот без затей запрыгнул на кровать, заправленную чёрным покрывалом. С гордым видом прошёлся от края до края и прыгнул на подоконник. Отель расположен в стволе дерева, в прямом доступе к платформе вакуумного поезда. Отличное место для туристов. Из окна открывается вид на прямой, как рельс, канал, по которому лениво идут прогулочные корабли.
Странно видеть чистое небо, без мелькающих пассажирских глайдеров и старомодных антиграв авто. В столице законодательно запрещён подобный вид транспорта, для простолюдинов. Для них организованы вакуумные поезда, общественный транспорт и велосипедные дорожки. Личный транспорт положен только дворянам, но и они им пользуются только в экстренных случаях. Это их город, и им некуда торопиться. Поэтому существуют отдельные вагоны для благородных.
Вероника опустилась на край кровати, прижала ладонь к левой стороне груди, силясь успокоить сердце. Она в логове врага. Огромная часть пути позади, и у неё есть целый две недели на подачу документов в академию. Нужно познакомиться с бытом города и... обновить гардероб. Лётный комбинезон очень удобен, но слишком уж обтягивающий, а китель бросается в глаза.
Кот с подоконника перебрался на колени и свернулся калачиком, громогласно мурча. Вероника осторожно погладила и улыбнулась.
— Ты ведь веришь в меня?
Ответом стало дробное «мряу».
Глава 19
Перед выходом решила обследовать номер, в конце концов, это её первая остановка в гостинице. Если так подумать, то и первая ЧУЖАЯ кровать, в которой будет спать. Комната как комната, дверь на балкон, кухни нет. Света толкнула неприметную дверь возле входа и обомлела. За ней скрывает настоящее сокровище, выложенное кафелем. Ванная. Огромная чаша из дикого камня и полочка самых разных гелей и шампуней.
Не теряя ни секунды, набрала почти до краёв горячей водой, щедро насыпала солей и плеснула ароматического масла. Вода приобрела розовый оттенок и одуряющий запах цветов. Света сбросила комбез, стянув через голову, как пижаму, и нырнула в ванную. Ноги достали до дна, когда над водой остался только подбородок. Схватилась за края и всплыла. Свет в комнате стал мягче, и с потолка полилась успокаивающая музыка. Девочка застонала от почти животного счастья. Волосы белым шлейфом протянулись по воде.
В приоткрытую дверь с опаской заглянул кот, увидел ванну и торопливо скрылся. Девочка закрыла глаза, стараясь отдаться блаженству, но в грудь кольнула ледяная игла совести. Она тут отдыхает, а Вик страдает. Может быть, его пытают! Бьют током, срывают ногти и прижигают? Как она вообще может расслабляться?! Какое имеет право?!
Света оттолкнулась от бортика и зависла в центре ванны лицом вверх, раскинув руки. Вода качнулась от резкого движения и щедро плеснула через край. Кисти дрожат, а сердце будто выдирает когтистая лапа. Что она может сделать прямо сейчас? Ничего. Аркан расписал план довольно просто и ясно: «Научись пилотировать, и вместе отобьём Вика у Имперцев, заманив их в ловушку.» Прямо сейчас корабль даёт врагу повод оставить старика в живых. Он рискует, и она рискует, поступая на учёбу в самом сердце Империи.
Шмыгнула носом и закрыла глаза. Эмоции следует держать в узде. Светы здесь нет, только Вероника фон Эфер, и у неё нет поводов для грусти. Она богата, талантлива и знатного рода. Единственный повод беспокоиться, это предстоящее поступление. Так что пусть Света отдохнёт, и эту часть работы сделает Вероника.
Урождённая Эфер выбралась из ванной, отяжелевшая от впитавшейся воды, но полная сил. Облачилась в форму кадета без знаков отличия, и потянулась к терминалу. Пара мазков пальцем по экрану, и система уведомила о скором прибытии транспорта до лучшего ателье. Одежду можно заказать, не вылезая из ванной, но аристократы предпочитают не просто красивое одеяние, но эксклюзивное.
***
Нож вонзился в мясо, уверенно скользнул, рассекая надвое. На тарелку брызнул сок, пахнущий настолько одуряюще, что Вик почти застонал. Приставленный к нему слуга наполнил бокал рубиновым вином. В каюте приглушён свет, играет классическая музыка. Эйден сидит напротив и потягивает сигару. Ртутные глаза отражают тусклый свет, будто радужка наполнена сверкающим туманом. Дым сигары поднимается к потолку и втягивается в решётку вентиляции.