— Каким образом? — переспросил сбитый с толку Эрни Макмиллан.

— Очень просто. Расскажите однокурсникам как прошёл урок. Максимально распространяйте происходящее с самой выгодной стороны, и даю вам гарантию, уже через пару месяцев, если не раньше, ситуация изменится. — профессор Слизнорт хмыкнул в усы. — Старосты волей-неволей пользуются у остальных учеников определённым авторитетом, пусть со стороны это не особо бросается в глаза. Вы согласны помочь?

— Это будет несложно — пожала плечами Гермиона. Остальные тоже согласились. Просьба профессора всё равно не требовала чего-то невозможного или необычного. У них ведь всё равно начнут спрашивать, как прошёл урок. Из любопытства.

— Вот и славно. — разъединил ладони Слизнорт и деятельно выпрямился. — Ну, а теперь, давайте поговорим более предметно. Насколько я понял, профессор Снейп придерживался программы стандартного образца и почти никогда не вносил в неё изменений. Но, может быть, кому-то из вас доводилось варить вне занятий что-то необычное? Более сложное, или же наоборот, простое, для собственных нужд? Поделитесь опытом.

— Мази от ожогов. — звонко ответила Ханна Аббот. Эрни рядом с ней молча кивнул.

— «Просто Блеск». — спокойно отозвалась Паркинсон.

— «Ледяное» зелье. — быстро моргнул Малфой.

— Обезболивающее. — протянул лениво Голдштейн.

— Обезболивающее, снотворное. — тихо обронила Падма Патил.

Внимательный взгляд профессора Слизнорта остановился на Гермионе. Невилл молча помотал головой. Гермиона задумчиво отвела взгляд в левый угол, как будто отыскивая ответ.

— Смелее, мисс Грейнджер, не стесняйтесь! — повеселевшим тоном протянул профессор Слизнорт. Гермиона в очередной раз почувствовала скользнувшие по ней взгляды и выпрямилась.

— Оборотное зелье. — чётко проговорила она. Паркинсон и Ханна Аббот за её спиной удивлённо ахнули. В улыбке профессора Слизнорт появилась растерянность, а взгляд стал каким-то жёстким.

— Действительно, необычный выбор. — протянул он. Гермиона про себя напряглась, про себя готовая к целому потоку вопросов, а то и насмешек. Ведь шестикурсница с опытом варки оборотного звучало как-то слишком уж претенциозно. Тем более, что и сам рецепт находился в Запретной секции. — Можно узнать, что вас побудило на подобный шаг? Зелье не из простых и не из тех, что нужно для периодического употребления.

— Мне было нужно. — коротко ответила Гермиона. Потом подумала, что этого недостаточно, и добавила. — Научный интерес.

Ей показалось, или профессор слегка переменился в лице? Впрочем, он достаточно быстро взял себя в руки и несколько раз хлопнул в ладоши, прерывая гул разговор.

— Очень хорошо, друзья, а теперь самое время приступить к работе. И для начала советую обратить ваше внимание вот на этот стол. Подходите, смелее! — на столе стояло несколько дымящихся котлов. Большая часть класса начала выходить из-за парт, всё ещё переговариваясь. Некоторые бросали на Гермиону короткие взгляды. Она замешкалась, делая вид, что что-то разыскивает в собственном рюкзаке.

— Ну ты даёшь… — тихо сказал Невилл. Гермиона вздрогнула от неожиданности. — Всё ведь в порядке, правда?

— Да. — рассеянно отозвалась Гермиона. — Надеюсь, что да…

— Гриффиндор, мы вас ждём! Не то пропустите самое интересное! — окликнул их профессор. Гермиона вместе с Невиллом поспешила к преподавательскому столу. Сосредоточиться на учёбе вместо странных мыслей показалось ей сейчас очень хорошей идеей.

***

Это не было похоже на учебу в Хогвартсе. Совсем. Но впервые за много недель у Гарри появилась цель, которая помогала отстраниться от страха хоть ненадолго. Голос собеседницы теперь отдавался в голове почти постоянно, и чувство одиночества стало не таким острым. Безысходность осталась, но где-то там, за чертой, за которую он старался не заглядывать.

В пространстве камеры вариантов для активности было немного, поэтому Гарри слушал. Слушал хриплый голос собеседницы, запоминал, повторял, отвечал на вопросы. И пытался прислушаться к себе. Услышать магию. Также, как голос, сердцебиение, дыхание. Приступить, правда, удавалось только когда от двери отступали дементоры. Но и это уже кое-что…

Он вытянулся на постели, положил ладонь на живот и медленно выдыхал холодный воздух. Перед глазами стоял плотный занавес темноты без намёка на хоть какие-то очертания. С другой стороны, ведь ещё слишком рано. И такой быстрый прогресс был бы удивителен. Лучше всего сосредоточиться на ощущениях. Он снова глубоко выдохнул и вдохнул.

— Продолжай, мальчик. — похвалил хрипловатый голос где-то над ухом. По плечам прошлось невесомое прикосновение. Гарри замер. Улыбнулся. И поверил. Всё получится. Обязательно.

***

Гермиона в очередной раз перетряхнула рюкзак. Вздохнула, направила внутрь палочку и пробормотала заклятье. Безрезультатно. Большая часть класса уже бросилась к шкафу с ингредиентами, ведь времени для работы оставалось не так много.

— Что-то не так? — заметил её метания Невилл, уже нарезая на доске корни какого-то растения в мелкую крошку. Его движения были спокойными и уверенными, как никогда на уроках зельеварения.

— Кажется, я потеряла учебник. — досадливо нахмурилась Гермиона.

— Может, воспользуешься моим? — тут же предложил он.

— Зелье сложное, будет не очень удобно и рискованно. — тут же мотнула головой Гермиона и подняла руку. — Профессор!

— Да, дорогая? — развернулся от доски профессор Слизнорт. Почему-то сейчас мелькнула мысль, что пуговицы камзола того и гляди разлетятся в стороны, настолько он был полный. Гермиона тряхнула головой, смущённо признавшись:

— Кажется, я забыла учебник. Разрешите воспользоваться одним из ваших?

— Само собой, сколько угодно! — всплеснул руками профессор Слизнорт. Обогнул стол, нырнул рукой на полки шкафа и вытащил довольно потрёпанный учебник, протянул его Гермионе. — Держите. И обращайтесь, если что-то потребуется.

— Спасибо, сэр — выдохнула Гермиона, тут же отыскивая нужную страницу.

— Не за что. Абсолютно не за что. — по-совиному хохотнул профессор Слизнорт и обвёл глазами остальных учеников. — Скорей, скорей! Время и зелья никого не ждут!

Ученики тут же заспешили. Вскоре класс наполнился густым, как лондонский туман, дымом разного цвета. Гермиона перечитала рецепт, моргнула, фиксируя строчки в памяти и метнулась к шкафу с ингредиентами. Время торопило.

***

Гораций наблюдал за учениками, мурлыкая себе под нос старый романс. Он и не подозревал, насколько сильно соскучился по работе. Годы одиночества немного притупили воспоминания, но сейчас все ощущения нахлынули с головой. Снова. И может в этом было дело, может в том, что за годы отдыха он немного потерял хватку. Какова бы ни была причина, он не заметил, когда Падма Патил побледнела, качнулась, упала в беспамятстве на каменный пол. Голдштейн рядом дернулся и громким криком привлёк внимание к происходящему.