— В любом случае, мы скоро обо всём узнаем. Нет смысла переживать. Давайте лучше поедим, уроки никто не отменял. — ответил я. Гермиона привычно поставила на столе книгу заклинаний и принялась за еду, с бешенной скоростью перелистывая страницы. Невилл глядя на неё только покачал головой. Остаток обеда мы между собой не разговаривали.

***

— Ещё минуту внимания, пожалуйста. — прочистила горло профессор Макгонагалл, все в классе замерли на своих местах, многие сели обратно на стулья. — Как вы знаете, это наш последний урок в этом году. Экзамены СОВ будут проходить в течение двух недель. Утром — письменное тестирование, вечером — практика. Экзамен по Астрономии будет последним в списке и пройдет в полночь. Расписание вывесят сегодня после ужина перед дверьми Большого Зала, письменный экзамен тоже будет проходить именно там сразу после завтрака, если у вас есть вопросы…

— Что будет с теми, кто не сдаст? — обронил Дин Томас, после его слов и без того полная тишина в классе буквально стала осязаемой.

— Что ж, резонно. — чуть нахмурилась профессор Макгонагалл. — Но давайте сразу запомним и закрепим, что за долгие годы моей работы в Хогвартсе случай, когда кто-то не сдавал экзамены СОВ — практически беспрецедентный. Учебная программа школы специально составлена так, чтобы её мог освоить буквально каждый. И, как вы должны были заметить, последние полгода вся наша с вами работа в классе заключалась в повторении пройденного. — многие закивали головами, действительно, с начала второго семестра новые темы можно пересчитать по пальцам. — И даже если вдруг случится так, что кто-то из вас провалит один из основных предметов, то вы просто пересдадите экзамен отдельно на следующий год, заплатив пошлину в Министерстве. Или можно попробовать сдать экзамен ещё раз, но на седьмом году обучения, вместе с программой ЖАБА. — профессор подождала пока схлынет оживленный гул и продолжила. — Как видите, на возможном провале жизнь не заканчивается. Но это вовсе не означает, что вы можете вообще не прилагать никаких усилий. И я очень вас прошу воздержаться от жульничества. Все варианты обойти правила с помощью самопишущих перьев, зелий и волшебных порошков были испробованы вашими предшественниками и не принесли им успеха. Помните о том, что ошибиться не стыдно. Стыдно — не попытаться вообще. — в классе снова установилась тишина, профессор улыбнулась. — Не нужно так пугаться. Я тоже была на вашем месте. И я справилась. Значит, справитесь и вы. А теперь, если ни у кого больше нет вопросов…

— Позвольте? — поднял руку Драко, профессор благосклонно кивнула. — Чисто из теоретического интереса: я знаю, что Феликс Фелицис невозможно определить сторонними зельями или чарами. Следовательно, вычислить такого ученика сложно, а помешать действию зелья невозможно в принципе. Неужели за всю многолетнюю историю школы никому из учеников не пришло в голову прибегнуть к этому пусть дорогому, но явно действенному способу?

— Почему же не пришло? Одному ученику, как и вам, действительно пришёл в голову подобный… Выход из положения, скажем так. — с долей иронии в голосе проговорила профессор Макгонагалл и начала мерить шагами класс. — Хотя, я надеюсь, что все вы понимаете, что жертвовать удачей и счастьем своей дальнейшей жизни ради школьных экзаменов, к которым можно подготовиться, как минимум, безрассудный подход.

— Почему жертвовать? — спросил кто-то с задней парты. — Ведь никто не говорит о том, чтобы пить это зелье каждый день.

— Потому что удача не берётся из ниоткуда, балда. — раздраженно отозвался Малфой, который уже явно собирался задать следующий вопрос. — Волшебное действие зелья как бы заимствует удачу из твоей будущей жизни. И если найдутся те, кто согласится этим пренебречь, то список побочных эффектов быстро отобьёт охоту пить «жидкую удачу» слишком часто. Не говоря уже том, что состав в приготовлении сложный и далеко не дешевый. С подобной задачей справится только мастер-зельевар. Но это не важно. Что случилось с тем учеником, профессор?

— Он попал в Азкабан. И насколько я знаю, именно там свои дни и закончил. — лаконично ответила профессор Макгонагалл. В классе снова воцарилась мёртвая тишина. — Поэтому я надеюсь, что вы будете тщательно обдумывать те решения, которые принимаете в своей жизни. И попрошу больше не выражаться в моём классе, мистер Малфой, имейте терпение, даже если вам приходится объяснять очевидные вещи.

— Прошу прощения. — наклонил слегка голову Малфой, раздался звон колокола, оповещающий об окончании урока.

— Постарайтесь отдохнуть и не накручивать себя в последнюю минуту! — напутствовала профессор Макгонагалл, перекрикивая поднявшийся шум голосов и звуки шагов. — Помните о том, что колдомедики в Больничном крыле всегда готовы вам помочь, предоставив снотворное и успокоительное, если это необходимо. Мистер Поттер, останьтесь ненадолго.

Я удивленно остановился, но в итоге так и сел на своё место. В голове судорожно промелькнул целый ворох мыслей, но вроде бы на этот раз я ничего не натворил. Так в чём дело? Рон с Гермионой тревожно оглянулись, переведя взгляд с меня на Макгонагалл, но потом всё-таки вышли из кабинета.

— Расслабьтесь, мистер Поттер. — улыбнулась уголками губ профессор Макгонагалл. — Просто кое-кто хотел поговорить с вами, профессор Дамблдор попросил меня поспособствовать.

— Что я должен… — сбился с мысли я.

— Ждите здесь. — спокойно скомандовала профессор Макгонагалл и быстрым шагом вышла из кабинета.

На несколько минут я остался в полной тишине и одиночестве, вяло перебирая в голове предположения, кому бы это вздумалось со мной поговорить, да ещё по просьбе директора Дамблдора. Когда в класс наконец вошёл доктор Левин, аккуратно закрывая за собой дверь, я шумно перевёл дух.

— Ай-яй-яй. Нервы ни к чёрту, юноша? — поцокал языком неодобрительно доктор, хмыкнув. Призвав небрежным взмахом палочки стул, он сел напротив меня и посерьёзнел. — А теперь высказывайтесь.

— Знаете, доктор, давайте сначала. — попросил я, нервно ладонями растирая лицо.

— Сколько угодно, я никуда не тороплюсь. — хохотнул доктор Левин и сцепил руки в замок, доверительно наклонившись вперёд. — Говори, что думаешь… А уж потом мы будем вместе думать что говорить Альбусу, хороший план?

— Прекрасный план. — ответил я, глубоко вздохнув.

***

— Знаете что, у меня есть одна мысль… — нарушил молчание доктор Левин и отставил от себя опустевшую чашку чая. — Я конечно, никогда не не был прирождённым менталистом, но…

— Но? — поторопил я.

— Сделаем вот что, мистер Поттер. — Доктор Левин нахмурился, поправил монокль и посмотрел им куда-то сквозь меня, потом сосредоточенно положил свои огромные ладони на стол. — Снимите очки и примите максимально удобную позу, в какой вы обычно находитесь при занятиях окклюменцией. И попробуйте сосредоточиться сейчас исключительно на вашем внутреннем я, не обращайте внимание на Голос.

— Но я уже пытался… — заметил я, убирая очки во внутренний карман мантии.

— Это сейчас не важно. Отбросьте причины и следствие, сосредоточьтесь на своих внутренних ощущениях. Не думайте. Чувствуйте.