— Всем остальным доброго вечера, — бросает Венцель, выпроваживая репортеров тоном воспитателя детского сада за день до рождественских каникул.

Оказавшись в коридоре, я протискиваюсь мимо Деккера с Истоном и прямиком направляюсь в раздевалку.

К счастью, там никого нет. Остальные парни уже разъехались по домам и наверняка ржут над чем-то в командном чате, который вечером точно читать не стану.

Хейс стоит у шкафчика и собирает сумку.

— Эй, — тихо произношу, в надежде поговорить без лишних ушей. — Я хотел рассказать.

— Забавно получается, — бросает он, даже не глядя в мою сторону. Голос звучит напряженно и сухо – так он со мной еще никогда не разговаривал. Хейс наконец бросает на меня резкий взгляд. — Мы постоянно вместе. Так что, если бы ты хотел сказать, что трахнул мою сестру и заделал ей ребенка, уверен, нашел бы подходящий момент, — он впихивает свитшот в сумку и с силой застегивает молнию. — Я не собираюсь обсуждать это здесь. Увидимся в «Пипер», — он закидывает сумку на плечо и направляется к выходу.

— Хейс, да ладно, — я иду за ним. — Давай поговорим.

Он даже не замедляет шаг.

Я бегу обратно за своей сумкой, которую собрал заранее, потому что хотел встретиться с Келли сразу после игры.

У нас был план. Мы собирались рассказать. Собирались сделать все по-взрослому.

А не в зале для пресс-конференций, наблюдая, как с лица Хейса сходит вся краска.

Я распахиваю двери раздевалки и вижу, что все собрались здесь.

Лейтон с детьми.

Родители Хейса и Келли.

И сама Келли.

Она поднимает взгляд, и от того, насколько бледна, щемит в груди. Губы приоткрыты. Она переводит взгляд на Хейса, делает шаг навстречу, но застывает.

Мы слишком долго тянули.

Сами виноваты.

Хейс проходит мимо, как сквозь пустое место. За ним следует Лейтон с Монро на бедре. Рядом вприпрыжку скачет Линкольн, а позади плетется Лейк, то и дело оглядываясь на Келли.

Я делаю шаг к Келли, она тоже двигается в мою сторону. Но тут между нами вырастают ее родители, преграждая путь.

— Что стряслось? — в панике спрашивает миссис Карлайл, обращаясь ко мне. — Почему Хейс так расстроен?

Вот еще двое людей, которые вряд ли будут прыгать от радости от этой новости.

Как я мог забыть, что мы не рассказали даже ее родителям? Двум людям, которых всегда искренне уважал. Людям, которые всегда были так добры ко мне, что теперь чувствую себя последним вором. Ведь то, что должно было стать для них счастливым моментом – дочь беременна первенцем, они станут бабушкой и дедушкой – теперь принесет в жизнь лишь хаос.

Почему в жизни нет кнопки паузы для таких вот моментов?

Я смотрю на Келли, и она тяжело выдыхает.

— Мам... Пап... — она закусывает нижнюю губу.

Лица родителей мгновенно меняются, на них появляется одинаковое выражение тревоги. Миссис Карлайл хватает дочь за руку. Мистер Карлайл переводит взгляд на меня.

Хватит тайн и отсрочек. Пора выложить все как есть.

— Келли беременна от меня, — я с трудом сглатываю.

Она резко втягивает воздух и гневно щурится.

Возможно, стоило сказать как-то иначе. Это вам не реклама по телевизору, где все плачут от счастья, обнимаются, а на фоне играет акустическая гитара.

Миссис Карлайл мотает головой, явно отказываясь верить услышанному.

Муж смотрит на нее – кажется, его больше заботит реакция жены, чем сама новость.

— Вы что... — миссис Карлайл смотрит на меня. — Вместе?

Келли делает шаг вперед, касаясь плечом моего, и тревога, пульсирующая в венах, немного утихает. Я подаюсь навстречу, давая понять, что я рядом. Мы в одной лодке.

— Просто станем родителями, — Келли слегка вздергивает подбородок.

Мистер Карлайл переводит тяжелый взгляд на меня.

Ее мать растерянно моргает.

— Значит...

— Это был секс на одну ночь, мам, — Келли берет разговор на себя, и это, пожалуй, к лучшему.

Мистер Карлайл продолжает сверлить меня взглядом. Становится дико неловко. Нужно что-то сказать, но я понятия не имею, что именно.

— Я беру на себя полную ответственность, — произношу, не смея поднять на него глаза.

— Господи, пап, прекрати разыгрывать защитника. Он не пользовался моим положением. Я была вполне не против.

— Келли, — шиплю сквозь зубы.

— Прости, — она на секунду трет переносицу. — Я понимаю, это не то, что вы хотели услышать. Мы... ну, вы поняли.

— Да, мы поняли, что произошло. Необязательно вдаваться в подробности, — ровным тоном отвечает миссис Карлайл. Обычно она до приторности милая. Я никогда не видел ее такой, и понятия не имею, хочет ли она умыть руки и послать нас к черту.

— Я и не собиралась вдаваться в подробности. Просто хотела сказать, что... в общем. Мы переспали один раз, и теперь у нас будет ребенок. Учимся быть родителями по графику.

— Ребенок? — миссис Карлайл переводит взгляд на живот дочери.

Келли кивает, и на глазах наворачиваются слезы.

— Да. У меня двенадцатая неделя.

Глаза миссис Карлайл округляются.

— Три месяца?

Келли снова кивает.

Мистер Карлайл все еще не сводит с меня глаз. Наверняка пересчитывает татуировки на шее и задается вопросом, с какого перепугу его драгоценная дочь связалась с таким типом. Могу лишь догадываться, как он корит себя за все те разы, когда был со мной приветлив. А я действовал у него за спиной и заварил эту кашу.

— Все в порядке? Малыш здоров? — миссис Карлайл делает шаг к дочери.

— Да, вчера были у врача. Все отлично. Мы хотели рассказать Хейсу, как только закончится первый триместр, а теперь... ну, фотка утекла в сеть, и он узнал все не от нас, — Келли бросает на меня взгляд.

Я глубоко выдыхаю, потому что, кажется, оба понимаем: мы те еще идиоты.

— Хм, — миссис Карлайл переводит взгляд на меня. — Так что там насчет совместного проживания?

Мне хочется отвести глаза, но стойко выдерживаю ее взгляд.

— Ее домовладелец оказался извращенцем, но к тому моменту мы уже знали о беременности.

Ее глаза расширяются, но миссис Кар кивает, переваривая информацию.

— Мам, я понимаю, что ты разочарована, и мне очень жаль. Просто так вышло...

Миссис Карлайл вдруг смеется и поворачивается к мужу.

— Ну что скажешь, Дэйв?

Он наконец-то отрывает от меня взгляд.

— Скажу, что я стану дедом... в четвертый раз, — его лицо озаряется улыбкой, и он хлопает меня по плечу. — Мои поздравления.

— Чего-чего? — Келли хмурится.

Миссис Карлайл притягивает ее к себе и обнимает.

— Поздравляю, дорогие мои. Это же чудесная новость!

— Правда? — Келли смотрит на меня из-за маминого плеча. — Вы рады?

Миссис Карлайл отстраняется, держа дочь за плечи.

— Конечно, мы рады! Ребенок – это счастье. Из-за чего тут расстраиваться?

— Но я же... В смысле...

Миссис Карлайл отмахивается.

— Тебе тридцать лет, Келли. Не знаю, как твой отец, но я в курсе, что ты занимаешься сексом.

Мистер Карлайл снова хлопает меня по спине и протягивает руку.

— Договоримся считать это непорочным зачатием, идет? — я киваю, и он снова хлопает меня по спине. — Добро пожаловать в семью, Фостер.

— Ой, пап, — тут же вклинивается Келли, — мы вообще-то не собираемся жениться.

— Она и впрямь держит меня за старого дурака, — он с любовью качает головой, глядя на дочь. — Фостер все равно станет частью семьи, потому что он отец нашего внука. Независимо от того, будете вы вместе или нет.

— Хотя почему-то кажется, что все к тому идет... — добавляет миссис Карлайл, переводя взгляд с одного на другого.

Этого просто не может быть. Они правда рады, что я стану частью семьи?

— А Хейс перебесится, — говорит мистер Карлайл. — Я воспитал его так, чтобы он не вел себя как ребенок в таких ситуациях. Уж простите за каламбур.

Родители Келли меняются местами, и вот уже миссис Карлайл обхватывает меня за талию и крепко обнимает.

Хотел бы я разделить их уверенность.