— Я Лекс, — из-за плеча Келли выныривает брюнетка с камерой и протягивает руку. — Ее правая рука.

— Ой, прости. Фостер, познакомься, это Лекс. Она снимает видео и помогает со всей технической частью, — Келли указывает на нас по очереди.

— Технической, значит? — подначиваю я.

Келли прищуривается. Она звонила во время разъездов, потому что «лег» интернет. Я пытался пошагово объяснить, что выдернуть, куда вставить обратно, какая лампочка должна загореться и все в таком духе. Честно говоря, я поразился, что в такие годы можно настолько буксовать в технике. Но, по крайней мере, первый опыт совместного дела прошел гладко, и никто не сорвался на крик. Вселило в меня надежду на будущее.

— О, мне она первой набрала, — смеется Лекс.

Меня быстро накрывает разочарование. По идее, стоило бы радоваться, что Келли обратилась к кому-то другому. Обычно терпеть не могу, когда на меня полагаются.

— Ой, ты только посмотри на него. Все нормально, здоровяк, — Лекс наклоняется ближе. — Ты же знаешь, как наша Мисс Гипернезависимость относится к просьбам о помощи.

— Лекс! — Келли мерит ее гневным взглядом, но та лишь пожимает плечами.

Хочется отвести Лекс в сторонку и выпытать, как сделать так, чтобы Келли положилась на меня.

— Ничего страшного, — произнося это, я намеренно смотрю на Келли.

Та лишь отворачивается к Марен и заводит отдельный разговор.

— Она становится той еще занозой, когда не может посмотреть реалити-шоу, — замечает Лекс.

Я киваю, не зная, что ответить: из-за Келли эти передачи затягивают и меня.

— Надеюсь, это было разовое недоразумение.

Лекс смеется и переводит взгляд на Келли, вовсю увлеченную беседой с Марен. Лекс кажется славной, мы бы вполне могли поладить, но мне до смерти хочется вклиниться в тот, другой разговор.

— Не надейся, — вид у Лекс такой, будто технические неполадки Келли – явление перманентное. — Она без меня как без рук.

В кармане раздается жужжание. Лекс достает телефон, видит, кто звонит, и тут же убирает его обратно. Теперь она нравится мне еще больше.

— Но я бы, наверное, без нее уже давно валялась где-нибудь в канаве, так что мы квиты, сам понимаешь.

Я киваю.

— И даже не спросишь почему? — она изучает меня темными глазами.

— Э-эм...

— О-о, кое-кто тебя неслабо потрепал, да? Но если спросишь о моих травмах, это вовсе не значит, что я полезу в твои. Просто к слову: когда не задаешь встречных вопросов, кажется, будто тебе плевать, — она наклоняется еще ближе. — И, если будешь так себя вести, шансов ноль. Считай это дружеским советом.

Я на мгновение отстраняюсь, пытаясь подобрать слова, но тщетно. В итоге выдавливаю:

— Спасибо за совет.

На самом деле хочется сказать: «Рассказывай дальше, Лекс. Например, как ее завоевать».

Она кивает, будто понимая без слов.

— Хорошо. Идем дальше. Я бывшая наркоманка, в завязке. Сидела на коксе. Когда слезла, никак не могла найти работу. И вот однажды вижу: наша девочка сидит в кофейне и воюет с микрофоном. Матерится на чем свет стоит, все на нее пялятся... Ну, я и встряла, чтобы помочь. С тех пор мы не разлей вода.

Слова наша и девочка, стоящие рядом, звучат слишком уж заманчиво.

— И она вот так просто позволила взять все в свои руки?

Лекс снова смеется.

— Ага. Поверишь в такое?

Мне даже нравится, как непринужденно она рассуждает о Келли – словно мы знаем ее одинаково хорошо, хотя, судя по всему, Лекс знакома с ней куда ближе.

— Что ж, благородно вот так взять и выручить незнакомого человека исключительно по доброте душевной.

— Я хоть и лесбиянка, а Келли – та еще штучка, но вписалась не потому, что мечтаю затащить ее в постель.

— И на что тогда надеяться мне?

— Это уж смотря чего хочешь, Фостер Дэвис. Хочешь залезть к ней в трусы?

Хочу. Еще как, Лекс. До безумия хочу оказаться в ее постели.

Я мешкаю, хотя и сам не пойму почему. Она остра на язык, но я-то привык к раздевалкам, тренерским скамейкам и тому дерьму, которым перебрасываются мужики в компании. Может, дело в том, что Лекс рубит правду-матку прямо при Келли, а может – и это вернее – просто не знаю, что делать с чувствами. Она меня заводит, это да, но и как человек нравится, что, в общем-то, логично. Она ведь вылитый Хейс, только без члена.

Господи. И откуда только взялась эта мысль?

Лекс сжимает мое плечо.

— Вот тебе совет: продолжай приходить.

— Куда приходить? — перебивает Келли, и я поворачиваюсь к ней.

Наш разговор ее явно заинтересовал. Марен рядом уже нет. Я замечаю ее чуть дальше по тротуару, беседующую с женщиной с коляской. Видимо, няней.

— На питчерскую горку, глупышка. Давала Фостеру непрошеные советы.

Келли бросает на меня виноватый взгляд.

Пугает, как легко Лекс меня раскусила. Неужели один косячник чует другого за версту?

— А вот и она, — говорит Марен, держа Брилин на руках.

Келли оборачивается и восторженно воркует:

— Ой, какая прелесть!

— Хочешь подержать? — Марен протягивает дочь Келли.

— Конечно, — та берет Брилин, удобно устраивает у себя на бедре и улыбается малышке.

Черт, а ведь до дрожи нравится мысль о Келли, качающей ребенка. Эта картинка – жизнь, о которой я и мечтать не смел. Да чего уж там, я и не думал, что она когда-нибудь светит.

— Привет, егоза, — Келли слегка пританцовывает, придерживая Брилин. Расхаживает туда-сюда и выглядит при этом так естественно, будто занималась этим всю жизнь.

— А ты, Фостер? — Марен переводит взгляд на меня, а затем обращается к Келли: — Он вечно отказывается.

— Когда видел ее в прошлый раз, она даже голову не держала. Не хочу брать на себя ответственность, если голова вдруг отвалится.

Женщины дружно хохочут. Брилин слегка хнычет, и Марен ласково проводит ладонью по пушистым светлым волосикам дочери.

— Все хорошо. Келли – человек надежный.

— По-моему, она хочет к маме, — Келли наклоняется к Марен.

Марен забирает малышку, но, прежде чем пристроить поудобнее, протягивает Брилин мне.

— Уверен, Фостер?

Я поднимаю обе ладони.

— Я пас.

Они снова смеются, и Марен прижимает дочь к себе.

Я смотрю на Келли. Она не сводит глаз с Брилин, и мелькнувшая в глазах тень грусти почему-то режет по живому.

— Ну, мне пора. Рада была познакомиться, Марен, — Лекс дружелюбно машет на прощание.

— Взаимно, Лекс. Надеюсь, ракурсы мне понравятся, — Марен улыбается, а я явно пропустил начало этого разговора.

— Только самые удачные, — Лекс кладет руку на плечо Келли. — Увидимся завтра? Займемся отбором снимков?

— Ой, вообще-то... — Келли мельком глядит на меня. — Я совсем забыла о делах, так что наберу. А послезавтра у парней матч. М-м... давай через два дня, ладно?

— Я тебя прощу, если достанешь билет на игру, — Лекс переводит выжидающий взгляд на меня.

— Могу организовать парочку. Оставлю в кассе на твое имя.

Лекс изумленно приоткрывает рот и косится на Келли.

— Гляди-ка, как все просто. А она-то скрывала такие связи!

— Ну, в ее оправдание... Хейсу приходится обеспечивать билетами целую армию, тогда как у меня... — я умолкаю. До чего же жалко осознавать, что звать некого.

— Спасибо, — Лекс, кажется, понимает, что нужно уйти от разговора, чтобы не развивать тему. Клянусь, она теперь мой лучший друг. — Осталось придумать, на кого произвести впечатление такими крутыми билетами на «Кольтс», — она вопросительно косится на меня, и я кивком подтверждаю: места будут что надо. — Все, больше не верю ни единому слову из того, что о тебе болтают, — смеясь, она удаляется по тротуару.

— Мне тоже пора, — Марен оборачивается к няне, ожидающей неподалеку.

Келли еще раз благодарит ее за участие в шоу.

— Будем на связи.

Женщины прощаются, затем Марен подходит ко мне и коротко приобнимает одной рукой.

— Обещаю, она не заразная, — смеется Марен, и Келли подхватывает смех с явной задержкой. — Но чур меня не винить, когда сделаешь кому-нибудь ребенка.