Вот и славно. Ты мне тоже как кость в горле, братец.

Как всегда, стоит нам с Деккером оказаться рядом, превращаемся в слона в посудной лавке. Терпеть этого не могу, но вряд ли что-то изменится. Мы зашли слишком далеко.

Автобус отъезжает от обочины, направляясь в аэропорт, и Хейс переходит к сути.

— Короче, вчера Истон с Деккером ходили на игру «Троянцев», и кое-кто знатно облажался перед новым генеральным менеджером, — Хейс снова заливается смехом, а Деккер хлопает Истона по спине.

Тот небрежно отмахивается.

— Подумаешь, ерунда какая.

— Он подкатывал так, будто она какая-то чирлидерша! — Хейс ржет так, что аж ноги от пола отрываются. Я явно упускаю какую-то деталь.

— Ты ее не узнал? — спрашиваю я.

Честно говоря, не уверен, узнал бы ее сам, если бы в прошлом году она не попыталась переманить меня в команду. Правда, «Кольтс» тогда подсуетились и перебили предложение, пока она мялась из-за моей дурной репутации.

— Она же враг.

— Вот именно. Нам и так тошно делить город с «Троянцами», — поддакивает Хейс.

— Они такие же бейсболисты, как и мы, — вставляет Деккер с вечным пацифистским дерьмом.

Именно поэтому я и не хотел переходить. Меня бесит, что в Чикаго две профессиональные команды. Хотя, признаться, соперничество заводит. Особенно во время «Кросс-Таун Классик».

Истон хмуро глядит на меня, откидывает голову на подголовник и уставляется в окно.

— Все было не так уж и плохо.

Деккер громко фыркает.

— Да-да, конечно. Твои дешевые понты вообще не добавили очков в ее глазах. Надеюсь, ты не планируешь когда-нибудь перейти к «Троянцам».

— Можно подумать, я туда рвусь, — огрызается Истон.

Его лицо краснеет до корней волос – видимо, облажался и впрямь капитально. Внезапно он переводит взгляд на меня, и в глазах вспыхивает недобрый огонек, будто сейчас толкнет меня под этот самый автобус.

— Но есть новости поважнее. Может, расскажешь, чем ты занимался прошлой ночью, Жнец? — он многозначительно поигрывает бровями.

Черт. Утром мы с Келли вышли из квартиры позавтракать, и я заметил Истона с Деккером, садящихся в такси. Надеялся, что они нас не спалили, но, видимо, ошибся.

— У тебя что, осталась баба на ночь? — глаза Хейса загораются в предвкушении очередной веселой истории.

— Еще как осталась, — подливает масла в огонь Истон.

Я стреляю в него взглядом, приказывая не совать нос не в свое дело, но кого обманываю? Он просто рад перевести разговор.

— И кто же эта загадочная «Мисс Чикаго»? — Хейс поигрывает бровями.

Я несколько раз хрущу шеей, выигрывая время, чтобы придумать, как все преподнести. Келли совершенно не похожа на тех девиц, которых я держу про запас в каждом городе, так что звание «Мисс Чикаго» ей точно не светит.

— Ох, черт, — Истон толкает Деккера локтем.

Братец лишь одаривает меня осуждающим взглядом, будто он чертов отец. Хотя родному папаше было бы глубоко насрать, что я трахаю младшую сестру лучшего друга.

— Чувствую, эта история переплюнет мою, — потирает руки Хейс.

— Это вряд ли, — мрачно роняет Деккер.

— Я ее знаю? — не унимается Хейс.

— Еще бы не знать, — Истон расплывается в гаденькой ухмылке.

В юности я бы уже давно перепрыгнул через сиденье и размазал его по стенке автобуса.

Хейс выглядит сбитым с толку, и я понимаю, что нужно просто выдавить из себя эти слова. Не хочу, чтобы он чувствовал себя объектом насмешек.

— Сначала просто выслушай, — говорю я.

Хейс переводит взгляд на Деккера, и я разворачиваюсь в кресле так, чтобы оказаться к ним спиной.

— Эй, так нечестно! — возмущается Истон.

— Это Келли, — поднимаю руку, предвосхищая реакцию Хейса, но то, как моментально гаснет его улыбка, красноречиво говорит об его отношении к идее нас двоих вместе. — Мы застукали арендодателя в ее же квартире, да еще и в нижнем белье. Ей нельзя было там оставаться, поэтому я предложил свою гостевую спальню.

— Ты сделал ЧТО? — встревает Деккер, и я показываю ему средний палец через плечо.

Хейс подозрительно щурится.

— И что ты делал у нее дома?

Черт. Мы так и не договорились, какую причину озвучить. Нужно было заранее продумать ответы, но я точно знаю: сказать правду – что мы ездили к гинекологу убедиться, все ли в порядке с ребенком, которым я обрюхатил его сестру – это плохая идея. По крайней мере, не здесь. И не сейчас.

— Случайно пересеклись, — ложь наслаивается на ложь. — Я проводил ее до дома. А когда Келли открыла дверь, домовладелец...

— Тот стремный хрен Джерри, да? Я же говорил, что он странный! — Хейс не стал копать глубже, и я слегка выдыхаю. — Так ты пустил ее к себе?

Я киваю.

— Я не хотел оставлять ее там. Келли сказала, что поменяет замки и все такое, но все же...

Он качает головой.

— Да, чувак, ясное дело. Спасибо. Если хочет, может пожить у нас с Лейтон. Думаю, они это обсудят, пока нас не будет. Но все равно спасибо. Я ценю, что ты за ней присматриваешь.

Чувство вины бьет наотмашь, как бейсбольная бита по лицу. Он благодарит меня за то, что оказался порядочным парнем, хотя на деле повел себя как последний мудак.

— Ты сейчас шутишь, да? — не выдерживает Деккер. — Он реально не против, чтобы сестра жила с ним?

Видимо, он обращается к Истону, но плевать на его высокоморальное мнение.

В то же время как-то неловко принимать благодарность, ведь Хейс знает далеко не все. Но вчера мы с Келли решили, что лучше немного подождать. Все расскажем после приема в следующем месяце. Доктор Амато сказала, что тогда риск выкидыша значительно снизится. Еще шесть недель, прежде чем взорвем мир.

— Не думаю, что Келли захочет жить с нами, — рассуждает Хейс. — Наш образ жизни вряд ли подойдет одинокой девушке, которая любит потусоваться. Но я помогу подыскать новую квартиру.

— Никакой спешки, — я выпрямляюсь в кресле, радуясь, что хотя бы этот разговор окончен.

Хейс откидывается на сиденье и прикрывает глаза. Я даже удивлен, что он не строчит Лейтон сообщение. Она ведь точно решит, что отец я, особенно когда узнает про переезд. Так что месяц должен пролететь как можно быстрее, чтобы мы успели рассказать Хейсу сами, прежде чем эта бомба рванет прямо перед носом.

Я достаю телефон и пишу Келли.

Я: Рассказал ему. На удивление, он воспринял все абсолютно нормально.

Келли: Хм... видимо, Лейтон вчера ночью хорошенько его ублажила.

Я: Даже поблагодарил за то, что я тебя приютил.

Келли: Ты не сказал, что заставил меня переехать с помощью взятки?

Я: Предпочитаю держать некоторые вещи при себе.

Келли: Даже слишком некоторые.

Я: Вернусь – сыграем в «Правду или действие».

Келли: Нет. Я познакомлю тебя с игрой «Один за один».

Я: Что за «Один за один»? Звучит как пытка.

Келли: Спроси Хейса, если хочешь узнать. Удачи, увидимся через десять дней.

Келли: 😘

Она прикрепляет эмодзи с воздушным поцелуем, и почему-то от одной этой крошечной картинки хочется послать к черту все правила.

Деккер подается ко мне через проход.

— У нас отличная команда, так что не вздумай все испортить.

Я поворачиваюсь к брату-близнецу.

— Не лезь в мою жизнь.

— Ты сам притащился в Чикаго.

— Это не повод совать нос в мои дела. Келли живет у меня только потому, что ее домовладелец – мерзкий ублюдок.

Деккер выпрямляется и берется за наушники.

— Ты не такой искусный лжец, как кажется, — он надевает наушники, и я только рад, что Деккер больше не лезет мне в голову со своими нравоучениями.

Хейс, тоже в наушниках, одобрительно улыбается. Я откидываю голову назад и закрываю глаза.

Мы с Келли держим все под полным контролем. А когда они увидят, как круто справляемся с совместным воспитанием, то сами поймут, что мы все сделали правильно.