— Какая-то она недоброжелательная, — замечает Монро.

— Просто вымоталась. Больше восьми часов маковой росинки во рту не было. Голодная, измученная, и эта боль... Ее можно понять, — Лейтон приглаживает волосы Монро, мягко улыбаясь.

Монро подтягивает колени к груди, уперевшись ногами в край стула, и кладет ладони на бедра, принимаясь в миллионный раз изучать ногти.

— Кажется, тема закрыта, — Лейтон вытирает рот и откладывает салфетку на край тарелки.

Истон указывает на меня пальцем.

— Это тот самый ресторан, в который ты не попал на днях. Шикарное место, да, Дек? — Истон переводит взгляд с меня на Деккера.

— Сойдет, — бурчит тот, уткнувшись в тарелку.

В голове мгновенно вспыхивает сигнал тревоги. Разговор нужно срочно уводить в другое русло, и как можно скорее. Если Лейтон узнает, что я пропустил тот ужин, ее замучит чувство вины.

— «Сойдет»? Редко встретишь новое заведение, которое настолько оправдывает весь шум. Только дяде Рому не говорите, но рибай там готовят получше. А самое крутое – это не стоило ни цента, — Истон продолжает вещать, хотя, кроме Лейтон, это, кажется, никому не интересно. — Но ты не парься, в следующем месяце мы их сделаем, и тогда пойдешь с нами. Я с превеликим удовольствием туда вернусь... черт! — он хватается за ногу и гневно косится на Деккера.

Лейтон поворачивается ко мне. Я бы скорее согласился съесть обугленный дочерна стейк, чем сказал правду.

Истон закрывает Линкольну уши. Тот и не думает сопротивляться – Истон теперь его новый кумир.

— Дек... старик, — он кивает в сторону Монро.

— Монро, закрой-ка уши на секунду? — просит Лейтон, и девочка слушается. — Они уже знают правила.

Истон отпускает Линкольна, но тот сразу же зажимает уши собственными ладонями.

Я подаю голос.

— У нас иногда бывают соревнования с ДИКами, и...

— С какими еще ДИКами? — уточняет Лейтон.

Я разминаю затекшую руку, закинув на спинку ее стула.

— Дрю, Йен и Камден. Троица аутфилдеров. Вечно затевают детские споры.

Лейтон откидывается назад, скрестив руки и ноги.

— Продолжай, я заинтригована.

— Так и знал, что ты мне нравишься, — вставляет Истон, но Лейтон предостерегающе поднимает палец.

— Следи за языком, идет?

Истон послушно кивает, а Лейтон касается руки Монро.

— Хотите обуться? Сходим поесть мороженого.

— Ура! — оба быстро несутся к входной двери.

Как только они исчезают, Лейтон кивком дает Истону знак продолжать.

— Мы разбились на команды по три человека. У кого к концу месяца будет больше баз – неважно, украденных или выбитых хитов³², – тот и в дамках, а проигравшие ведут остальных в ресторан.

— И в апреле выиграли вы? — она смотрит прямо на меня.

Я подтверждаю кивком.

Лейтон слегка склоняет голову набок.

— И когда же был этот ужин?

— Придурок, — бурчит Деккер.

Лейтон не сводит с меня глаз. Ждет признания, а я меньше всего хочу видеть в этом взгляде тень вины. Потому что мне было в радость провести время здесь, а не в каком-нибудь стейк-хаусе.

— Я не особо люблю красное мясо, — жалкая отговорка из уст парня, который сидит и уплетает бургер.

На ее губах играет едва заметная улыбка, и мы замираем, глядя друг другу в глаза. Осознает ли Лейтон, насколько она красива? Насколько притягателен изгиб шеи – того и гляди заделаешься вампиром.

— Во вторник, — наконец выдавливаю я.

Она кивает, и в глазах все-таки вспыхивает то самое раскаяние, но следом улыбка становится лишь шире.

— Что ж, тогда, полагаю, придется самой тебя туда сводить.

— Ни к чему, в этом месяце мы их сделаем, — заявляет Истон. — Ай! Зараза... — он свирепо зыркает на Деккера.

Лейтон отодвигает стул и поднимается.

Я сверлю Истона тяжелым взглядом.

— Было очень вкусно, спасибо, — Лейтон забирает мою тарелку вместе со своей.

Дети влетают обратно, уже в обуви.

— Я повеселился покруче, чем во время загула с Дрю, — заявляет Истон. — К тому же завтра будет повод блеснуть маникюром, — он переводит взгляд на Линкольна, и тот победно вскидывает руки, демонстрируя точно такие же ногти.

— Теперь можно идти? — уточняет Монро.

Самый подходящий момент, чтобы Деккер с Истоном вежливо откланялись под каким-нибудь предлогом и оставили меня одного. Я откидываюсь на спинку стула, подавая парням знаки – едва заметно качаю головой, мол, валите уже.

— Конечно, — хором отзываются они.

Пальцы до белых костяшек сжимают салфетку. Жаль, что в руке не вилка – я бы с превеликим удовольствием запустил ею сразу в обоих.

— Пойду переоденусь, сниму медицинскую форму, — Лейтон направляется к лестнице.

Деккер и Истон заходят за мной на кухню – якобы помочь с уборкой.

Я не особо стремлюсь поддерживать их треп о матче с «Техасом» и о том, кто на питчерской горке³³. Внутри все кипит от досады и непонимания. Бесит, что не могу остаться с Лейтон наедине, завладеть всем ее вниманием без остатка. Хотя какой в этом толк? Мы на слишком разных жизненных этапах, и ни один из нас не располагает к тому, чтобы заводить серьезный роман.

— Что-то не так? — прищуривается Деккер.

— Все нормально, — закрываю контейнеры с салатом крышками и убираю в холодильник.

— О-о, да он просто мечтает, чтобы мы поскорее смелись, — Истон опирается на кухонную столешницу, даже не думая помогать.

— Она лучшая подруга Келли, — подает голос Деккер, как всегда взывая к благоразумию.

Истон картинно закатывает глаза.

Не успеваю я напомнить Деккеру, что далеко не такой паинька, как он, с лестницы спускается Лейтон. На ней рубашка и джинсы – настолько тесные, что я замечаю, как на ее задницу пялится даже Истон.

Я награждаю его предостерегающим взглядом, а Деккер тем временем пихает приятеля плечом.

— Ладно, мы, пожалуй, пойдем, — говорит Деккер.

Из соседней комнаты тут же доносится дружное детское нытье: Линкольн и Монро явно грели уши.

— Простите, парни, вы уже в деле. Придется идти до конца, — Лейтон берет Монро за руку, и они вместе выходят на улицу.

Линкольн пристраивается вплотную к Истону, мы с Деккером идем следом. Деккер бросает на меня многозначительный взгляд: мол, я сделал все, что мог. И он действительно старался. Жаль только, без особого фанатизма.

Лейтон

Мы с Монро возглавляем процессию, вышагивая три квартала до магазинчика с мороженым. С тех пор как погибла Скай, я еще не чувствовала такой легкости на душе – и все благодаря Хейсу. Ну и Деккеру с Истоном тоже, но именно Хейс запустил цепь событий. Я редко кому доверяю, и еще реже из этого выходит что-то хорошее.

Завернув за угол, где находится магазин, я замираю как вкопанная. Вокруг здания тянется длиннющая очередь, но останавливает меня не это, а волна узнавания, прокатившаяся по толпе. Люди оборачиваются, толкают друг друга локтями, и самые преданные фанаты, покидая места в очереди, устремляются к нам.

Монро встает рядом и крепко сжимает мою руку, а с другой стороны жмется Линкольн. В мгновение ока Хейс, Деккер и Истон оказываются в плотном кольце поклонников, жаждущих фото и автографов. Один парень даже метнулся к стойке, чтобы раздобыть ручку и бумагу. Еще пару минут назад они были обычными парнями, сидевшими за обеденным столом. А теперь – знаменитости.

Все наперебой хотят обсудить бейсбол, осыпая их комплиментами и поминутно разбирая сегодняшнюю игру. Один мужик просто не умолкает, расхваливая виртуозную игру Истона с перчаткой в четвертом иннинге.

Монро дергает меня за рукав.

— Я хочу мороженое.

Должно быть, Хейс ее услышал, потому что, расписавшись на очередном листке, поднимает голову. Заметив нас в сторонке, он улыбается, выпутывается из толпы и подходит к нам.

— Пойдемте за мороженым.

Рука опускается мне на поясницу, и я не могу отрицать, как сильно хочется прильнуть к нему. Хейс ведет нас в очередь, второй рукой приобнимая Монро за плечи, пока мы ждем.