— Не сейчас, — отрезаю я. — Идем, Линкольн, пора устроить семейный совет, пока не приехал соцработник. Сходи за Монро.

Мальчишка недовольно стонет и пытается подбить Хейса попрыгать вместе, но тот отвечает, что ему нужно на секунду меня задержать.

Едва Линкольн скрывается из виду, Хейс преграждает мне выход.

— По-моему, стоит просто дать им застукать нас за поцелуями, — он цепляется пальцами за дверной косяк, край футболки задирается, обнажая темную дорожку волос, уходящую за пояс брюк. Клянусь, Вселенная меня испытывает.

Я кладу ладонь ему на живот, хоть и не следовало бы. Просто не могу устоять.

— Думаю, мы оба понимаем, что это плохая затея.

Он опускает руки.

— Скажи, что тот поцелуй был паршивым, — шепчет он. — Потому что я никак не могу выбросить его из головы.

— Хейс, нам нужно поговорить с детьми, — пытаюсь его обойти, но тот делает шаг в сторону, пресекая попытку.

— Знаешь, сколько раз я дрочил, представляя, куда бы двинулась твоя рука, если бы нас не прервали?

Наверное, столько же, сколько и я.

Хейс берет меня за руку, медленно поглаживая ладонь своей.

— Что ты делаешь?

— Пытаюсь запомнить руку на ощупь, чтобы потом представлять, как она обхватывает мой член. Черт, какая же у тебя нежная кожа.

— Мы готовы! — доносится крик Линкольна из коридора.

Тем временем щеки пылают, а ладонь так и жаждет интимного знакомства с его пахом. Я и сама ловлю себя на мысли, что хочу увидеть, как пальцы сомкнутся на стволе.

Но нет. Мы договорились.

Я высвобождаю руку из его ладони.

— Пошли.

Я проскальзываю мимо Хейса и едва не бегу вниз по лестнице, пока не совершила роковую ошибку и снова его не поцеловала.

Хейс

С того самого момента, как Истон прервал нас на крыше, я прохожу через настоящую пытку. Стоит закрыть глаза, как тут же вижу перед собой припухшие губы Лейтон. Руки до сих пор помнят упругость ее ягодиц. В ушах звенят тихие, сладкие стоны.

Я влип по самые уши. Думал, что смогу контролировать аппетит – держать себя в руках, пока она сама не даст зеленый свет, но теперь уже сильно в этом сомневаюсь.

Я заставляю себя сесть на диван в гостиной.

— Ты наняла домработницу?

— Нет, сама все убрала, — она зажигает свечу на столе.

Вокруг царит безупречный порядок. Я еще никогда не видел этот дом таким вылизанным.

— Кстати, мне даже немного обидно.

— Она заставляла нас работать весь день, — стонет Монро.

— Так, народ, — произносит Лейтон и садится рядом, опуская ладонь мне на бедро.

Приходится срочно вспомнить о чем-нибудь мерзком, пока член не решил присоединиться к нашей маленькой вечеринке.

— У нас с Хейсом есть новости.

Взгляд Лейк мгновенно фокусируется на руке Лейтон. Я выпрямляюсь и бережно снимаю ее ладонь со своего бедра, чтобы просто переплести пальцы.

— Мы пытались сохранить все в тайне, но на судебном слушании не было выбора, пришлось во всем признаться судье.

В ответ – тишина. Монро теребит ободок с пчелиными усиками, надетый в честь Национального дня пчел. Она нарядилась в желто-черное, и выглядит чертовски мило.

— Мы с Хейсом – пара. Встречаемся, в романтическом смысле, — поясняет Лейтон.

— Это как? — хмурится Линкольн.

— Типа, они целуются и все такое, — бросает Лейк.

— Как мама с папой, только мы не живем вместе и не женаты. Мы ходим на свидания. Он мой парень.

— Хейс будет моим дядей! — кричит Линкольн, победно вскидывая кулаки.

Лейтон сжимает мою руку.

Я прочищаю горло. Полагаю, это ее тонкий намек, что пора бы вмешаться.

— Нет, дружище, но, может быть...

Очередное пожатие. Лейтон нацепила улыбку «Мисс Америка», попутно сдавливая мне костяшки. Она вообще понимает, что этими руками я зарабатываю на жизнь?

— Мы не торопим события, и ничего не меняется. Я буду приходить и уходить, как и раньше.

— А ты останешься с ночевкой? Скоро Национальный день пижамных вечеринок, — заявляет Монро.

Хватка Лейтон становится еще крепче.

— Эм... посмотрим. Но мы просто не хотели ничего скрывать.

— И когда вы начали встречаться? — Лейк забивается в угол двухместного диванчика, сверля нас пристальным взглядом, который перескакивает с сцепленных рук обратно на лица.

— Эм... — смотрю на Лейтон, понятия не имея, что ответить.

— Ну, я знаю Хейса уже очень давно.

Я высвобождаю свою руку, чтобы вернуть кровообращение, и приобнимаю Лейтон за плечи. Она прижимается к моей груди. Неважно, игра это или нет, но ощущается чертовски здорово.

— Это я знаю, но раньше вы не встречались. Так когда начали? — не унимается Лейк.

Здесь что, стало жарко? Я разминаю шею, а Лейтон смотрит на меня с таким выражением лица, будто хочет сказать, что актер из меня никудышный.

Я никогда не умел врать. Даже в детстве.

— Точной даты не назову, но это и не важно, — отзывается Лейтон.

Линкольн кидает бейсбольный мяч. Я уже собираюсь бросить его обратно, но ловлю на себе выразительный взгляд Лейтон: «Мы вообще-то еще разговариваем».

— Чуть попозже, Линк, — кладу мяч рядом с собой на диван.

— Тебе не нравится, что мы встречаемся, Лейк? — спрашивает Лейтон.

Та лишь пожимает плечами.

— Нет, просто интересно, с чего вдруг.

Лейтон снова кладет ладонь мне на бедро, отчего нога слегка дергается. Она сжимает пальцы, пригвождая ее к месту.

Взгляд Лейк снова падает на руку тети, и мне становится не по себе. Чувствую себя так, будто отец девочки-подростка прямо сейчас наблюдает, как я лапаю его дочь.

— Наверное, просто пришло время. Мы стали чаще видеться, — произносит Лейтон.

— Хм. Ясно. Семейное собрание окончено? — Лейк крутит пальцем в воздухе.

— Да. Она будет с минуты на минуту, так что ведите себя естественно.

Звенит дверной звонок. Я просто счастлив, что неловкий разговор наконец-то подошел к концу. Лейтон встает, чтобы открыть дверь, а Линкольн и Монро несутся следом. Лейк остается на диванчике, не сводя с меня глаз.

Она явно раскусила спектакль, но я решаю сказать единственную правду во всей этой истории.

— Лейтон мне нравится. Очень. Так что, о чем бы ты там ни переживала, не стоит.

— Мне плевать, кто ты такой. Если обидишь ее, у меня полно друзей с аккаунтами в соцсетях.

Я поджимаю губы, изо всех сил стараясь не улыбнуться.

— Намек понял.

Она кивает. Я позволяю ей думать, что угроза возымела действие, но докажу обратное: я никогда не причиню Лейтон боли.

Лейтон

Я прихожу на бейсбольное поле вместе с Линкольном и Монро, прихватив инвентарь и сумку с футболками, которые мне выдали в местном управлении парками. После того визита к нам домой Хейс задержался ненадолго и показал несколько упражнений, чтобы я могла подтянуть навыки ребят. Благодаря им и тому, что успела нагуглить сама, чувствовала себя вполне уверенно... до этой самой минуты.

Линкольн до сих пор сомневается, что из меня выйдет путный тренер, и вчера перед сном буквально умолял Хейса прийти на помощь. Уверена, тот бы не отказал, но сегодня днем у них была игра, а следом – какое-то мероприятие для прессы, так что Линкольн пообещал пересказать все вечером по телефону.

Лейк вовсю пытается выудить из меня подробности отношений с Хейсом, но я твердо стою на своем: детям ни слова о том, что все это – лишь фикция.

— А где все? — канючит Линкольн, уже успевший облачиться в шорты и командную футболку.

Монро подбирает мяч.

— Почему нельзя играть?

— Потому что тебе нет девяти лет, но тетя Лили придет присмотреть за тобой во время тренировки, — я стараюсь придать голосу бодрости, но кого обманываю? Мама ни за что не отпустит Монро играть на площадку с остальной детворой.