Между нами уже пять лет как все кончено!

Такси останавливается у моего дома. Я вываливаюсь из машины, почти не чувствуя ног. Поднимаюсь по лестнице, опираясь на стену и замираю на лестничной площадке.

Прямо у моей двери, аккуратно поставленная на пол, стоит картонная коробка. Из нее исходит знакомый, дразнящий запах.

Сразу понимаю… “Университетская”.

Подхожу на негнущихся ногах ближе и замечаю, что рядом с коробкой лежит сложенный листок. Рука дрожит, когда я поднимаю записку и читаю всего два слова, выведенные уверенным, размашистым почерком Марка:

“Прости меня”.

Глава 50

Марк

Сижу в машине перед домом своей бывшей жены и смотрю на ее окна.

Я поехал к дому Лизы сразу же после того, как попросил упаковать пиццу с собой, минут через десять, после того, как она ушла. Хотел убедиться, что Лиза без проблем доберется до дома. А еще хотел извиниться за свое поведение, но, в итоге, смог начеркать только два слова на бумажке, на остальное мне, крупному мужику, храбрости не хватило. Хотя, при этом я убеждал себя в том, что Лиза вряд ли захочет меня видеть. Особенно сейчас. Ведь каким бы придурком я ни был, то, что веду себя как последний козел, прекрасно понимаю.

Найти новый адрес Лизы не составило труда. На самом деле, я давно его знаю… очень давно. Для человека, который имеет такую власть, как у меня, все двери открыты. Кроме одной… двери в сердце моей бывшей жены. Поэтому я сейчас и сижу здесь… внизу, глядя на ее окна.

В какой-то момент вижу, как в квартире Лизы загорается свет. Кажется, даже замечаю ее силуэт, мелькнувший в одной из комнат. Интересно, взяла ли она пиццу, которую я привез? Надеюсь взяла, ведь Лиза ушла от меня голодной, а эту пиццу она безумно любила в наши студенческие годы.

Да, я знаю, что идиот. Знаю, что должен был оставить бывшую жену в покое. Знаю, что не должен был возвращаться в ее жизнь после всего того, что натворил. Но держаться подальше от Лизы — это самое сложное на свете, что я когда-либо делал. Каждый день за последние пять лет стал для меня словно пыткой.

Я понимаю, что совсем не нужен Лизе. Она выстроила свою жизнь без меня. Стала замечательным руководителем, ее карьера пошла вверх. И тот факт, что я совсем недавно поставил Лизу перед невозможным выбором: работать со мной или отказаться от карьеры, — не сломал ее. Да, моя дорогая бывшая женушка ведет там какие-то свои собственные игры, рассказывая мне, что она замужем за тем мудаком, который увел ее у меня из-под носа, когда я никак не мог решиться с ней расстаться. Но я-то знаю, что она никого к себе все эти пять лет не подпускала. Первое время я жутко ревновал, когда видел Лизу с этим типом. Но при этом сомневался, что она перешла какую-то невидимую грань, ведь знал же, что ей сначала нужно вылечить свое сердце, которое я разбил, прежде чем кого-то подпустить к себе. А потом появилось очень удачное предложение, и Эраст уехал работать заграницу. А Лиза осталась тут. Отношения на расстоянии.? Я в них не верю. Да и вообще в отношениях больше не верю.

Взгляд сам по себе падает на кольцо на моем пальце. Какой же все-таки цинизм. Я жестоко и безжалостно разорвал отношения с той, кого на самом деле любил, чтобы жениться на той, к кому мне никогда не было никаких чувств. Первое время я думал, что смогу сидеть на двух стульях. Но, в итоге, пришлось сделать выбор, и этот выбор в какой-то момент разорвал в клочья не только меня, но и сердце Лизы. Оставлять ее было самым сложным, что я когда-либо делал. Но обстоятельства сами показали мне правильную дорожку. Такое чувство, что пять лет назад фотография, жена, заставшая меня в кабинете за “изменой”, а потом появление этого мудака в квартире — все это привело меня к тому, что я не мог никак решиться сделать.

Господи, сколько же я гадостей тогда наговорил Лизе. Я понимал, что мне ее нужно оттолкнуть, но в то же время очень сильно хотел удержать. Сколько же грязи вылетело тогда из моего рта — не сосчитать. Пять лет назад я словно умер изнутри, выжигая все человеческое во мне дотла. Иначе было не выжить. Такой парадокс.

Но все эти годы, как бы ни складывалась моя судьба, я незримо наблюдал за своей бывшей женой. Вмешиваться в ее жизнь, пока моя не была стабильной, было бы совсем нечестно с моей стороны. Ведь за последние пять лет я ни одного дня не знал, что ждет меня завтра.

Зато сейчас… сейчас словно оковы спали с моих рук, и совсем скоро я избавлюсь от последних связывающих меня нитей и стану свободным.

Примет меня Лиза обратно, как какого-то дворового кота, который приполз к ней с мусорки грязный, вонючий, поношенный? Сомневаюсь. Но оставаться в стороне от нее у меня не получается и вряд ли получится.

Моя гордая, красивая девочка, знала бы ты, что последнее, чего я хотел когда-либо, — это оставлять тебя. Но выбора у меня не было. Поэтому я предпочел разбить тебе сердце, чем рассказать правду.

Но вот как оправдать то, что сейчас я веду себя как последний мудак, который вместо того, чтобы объясниться, просто поддается на волю своих чувств и провоцирует тебя, зная, что тебе и так непросто?

“Интересно, она съест пиццу?” — снова задаюсь этим вопросом. Очень надеюсь, потому что похоже, это последняя связь, которая у нас осталась.

Телефон, лежащий на соседнем сидении, вибрирует и загорается ярким светом. Тянусь к нему на автомате и в следующий момент понимаю, что зря это сделал, потому что читаю сообщение: “Ты скоро будешь дома?”

По-хорошему, надо что-то ответить, но вместо этого просто блокирую телефон. Не потому что не уверен, во сколько приеду домой. А из-за того, что вообще не хочу возвращаться в место, которые многие считают своим убежищем. Для меня это скорее клетка. Золотая, да, но свою функцию она все равно выполняет.

Поэтому, я, который не так давно вырвался на свободу, ехать ближайшее время “домой” не собираюсь. Тем более сейчас, когда у меня есть несколько важных дел.

Нет, я не собираюсь всю ночь сидеть под окнами своей бывшей жены и следить за ней словно сталкер. Но кое-что, что можно характеризовать как вмешательство в личную жизнь, я все-таки сотворю.

Нахожу в телефоне контакт, который сохранил только сегодня, и набираю его. Проходят несколько длинных гудков, прежде чем я слышу ответ:

— Что тебе нужно?

Усмехаюсь, потому что чего-то подобного я как раз от него и ожидал, но в следующий момент уже снова становлюсь холодным, жестоким юристом, которым пришлось быть последние пять лет и отчеканиваю:

— Встретиться.

Глава 51

— Я не думал, что ты пригласишь меня к себе в гости, — переступаю порог квартиры Эраста, оглядываясь по сторонам с показным безразличием, которое дается мне с трудом.

Интерьер жилища моего по сути главного соперника не особо впечатляет. Прихожая просторная, но пустая до безжизненности. Дорогой паркет, стильная вешалка из темного дерева, на которой висит один-единственный кожаный пиджак. Ни намека на женское присутствие, ни одной лишней детали. Дальше открывается вид гостиную, переходящую в кухню-столовую. Ведь доступный моему взору интерьер оформлен в стиле минимализма, доведенного до абсурда: низкий диван, встроенная техника, стеллаж с книгами в идеальном порядке. Складывается впечатление, будто здесь никто не живет, а лишь ночует. Пахнет кофе, дорогим средством для чистки стекол и… одиночеством. Таким знакомым, таким моим.

И здесь она проводила вечера? Моя Лиза, которая обожает уют, мягкие пледы, дурацкие свечи с ванилью? Мда… вот до чего я ее довел.

— Ну это тебе нужно было встретиться, не мне. Почему я должен был куда-то ехать? — голос Эраста звучит сзади, пока я разуваюсь.

Поворачиваюсь и сразу натыкаюсь взглядом на этого мудака. Он стоит, прислонившись к косяку, в простой белой футболке и мягких спортивных штанах. Босиком. Выглядит расслабленно, почти по-домашнему, но в его взгляде легко читается сталь. Всегда в нем была эта сталь, граничащая с безумием.