— Я скучала, — шепчу ему в шею, чувствуя, как комок в горле начинает таять.

Эраст чуть сильнее сжимает меня.

— Я тоже, — его голос звучит прямо над моим ухом, низко и чуть хрипловато. — Мы слишком давно не виделись.

Стоим так, прижавшись друг к другу, минуту, другую. Шум вечернего города, гудки машин, чьи-то голоса — все это отступает на второй план. Есть только тепло мужского тела, его дыхание, его руки, которые держат меня, не давая развалиться на части после кошмара дня.

Наконец, Эраст чуть отстраняется, но не отпускает до конца. Его ладони лежат на моих плечах, а взгляд, теплый и внимательный, изучает мое лицо.

— Поехали, — говорит он просто, открывая пассажирскую дверь. — У меня друг тут ресторан открыл. Пригласил меня. Поэтому у нас сегодня будет настоящий пир.

Эраст помогает мне сесть в машину. Само его присутствие, уверенные движения успокаивают. Запах кожи салона, смешанный с парфюмом с нотками табака, создает кокон безопасности. Не проходит и минуты, как мужчина садится за руль, заводит двигатель. Мягкий рокот заполняет салон.

— Ну давай рассказывай, что такая кислая, — Эраст бросает на меня быстрый, шутливый взгляд, прежде чем тронуться с места. — Кто тебя обидел? Кому надо морду начистить?

Шутливый тон мужчины заставляет меня слабо улыбнуться.

В памяти тут же всплывает воспоминание, заставляящее меня похолодеть изнутри.

Словно наяву вижу тот самый день. Марка, застигнутого с Дарьей. Эраста, вступившийся за меня. Его сломанный нос, кровь на дорогой рубашке.

Помню, как переживала за начальника, когда поняла, что ему пришлось уйти на больничный, на который раньше его было не выпнуть. Тогда пришлось уговаривать девочек из отдела кадров дать мне адрес Эраста. Они смотрели на меня как на дуру… какой я собственно и была. Ведь получив заветный адрес, наварила куриного супа и притащилась к Эрасту с контейнером в руках.

Помню, как он открыл дверь, весь в синяках, с заплывшим глазом, повязкой на носу, и удивленно посмотрел на меня.

— Что это? — спрашивает Эраст, указывая на контейнер.

Я краснею до корней волос, почувствовав себя полной идиоткой.

— Суп... Я... извините, побеспокоила... — бормочу, разворачиваясь, чтобы уйти.

— Стой, — кричит он мне вслед. — Заходи.

И он не просто впустил меня. Он съел весь суп. Каждую ложку. Сидя напротив меня за своим строгим кухонным столом, с лицом боксера после боя. Во взгляде Эраста тогда не было ни насмешки, ни раздражения. Было... понимание. И что-то еще. Что-то теплое.

Именно с этого супа, с этого неловкого визита и началась наша история. Нет, не так. Наша история началась гораздо раньше, когда он встал между мной и Марком. Когда показал, что я не одна.

Тяжело вздыхаю, глядя на профиль Эраста в полумраке салона. Улицы мелькают за окном, огни фонарей рисуют на его лице световые полосы.

— Марку... опять, — выдыхаю я. — Он объявился.

Машина резко дергается. Эраст жмет на тормоз так, что меня бросает вперед, ремень безопасности врезается в плечо. Мужчина автоматическим движением включает аварийку и резко поворачивается ко мне. Его лицо в свете приборной панели кажется резким, напряженным. В глазах появляется вспышка той самой ярости, которую я видела пять лет назад.

— Что этому подонку надо?! — он не кричит, а скорее резко рычит, да так опасно, что по спине бегут мурашки.

Глава 20

Моментально становится легче. Тяжелый камень, сжимавший грудь с тех пор, как Марк ушел из кабинета Аркадия Викторовича, будто раскалывается пополам от одного только вопроса Эраста. Даже улыбка появляется на моих губах — слабая, дрожащая, но настоящая.

Я несколько секунд с благодарностью смотрю на Эраста. На его резкий профиль, напряженную линию скулы, на пальцы, вцепившиеся в руль так, что костяшки побелели. И почти сразу понимаю… я не одна. Не одна против всего этого кошмара, который устроил Марк. Не одна против его наглости, угроз и игр.

Расслабляюсь на сидении, откидываюсь на подголовник, отпуская хоть немного чудовищное напряжение этого дня. Улыбка становится чуть увереннее.

— Езжай, — говорю тихо, но четко. — Я тебе по дороге все расскажу.

Эраст несколько секунд пристально смотрит на меня. Его карие глаза сканируют мое лицо, ищут подтверждение, что я действительно могу говорить, что не рассыплюсь. И только после этого мужчина тяжело выдыхает, резко поворачивает голову вперед и нажимает на педаль газа. Машина плавно трогается с места, сливаясь с вечерним потоком.

— Рассказывай! — чеканит он, не глядя на меня.

Секунду сижу молча, а потом начинаю излагать. Рассказываю Эрасту все с самого начала, с того момента, как Полиночка вызвала меня к Альберту Викторовичу, как я вошла и увидела Марка, его победную ухмылку, услышала его фразу “ты теперь моя”. Рассказываю про конференцию, про то, что отель закроют на три дня, про забронированные номера, которые придется отменять или переносить. Голос сначала дрожит, но по мере рассказа становится тверже. Ярость помогает. Рассказываю про отказ Альберта Викторовича слушать мои возражения, про его угрозу уничтожить мою карьеру в регионе, если я уволюсь или сорву сделку. Про то, как Марк остался со мной наедине.

— ...и он сказал, что я боюсь... боюсь не устоять перед ним снова, — фыркаю. — А потом... потом он показал кольцо. Сказал, что женат.

Эраст резко перестраивается, подрезая какого-то лихача. Стрелка спидометра дергается вправо.

— Эраст, ты за рулем! — вскрикиваю я, хватаясь за рукоятку на двери. — Аккуратнее!

Эраст делает глубокий, тяжелый вздох, а потом медленно выдыхает. Расслабляет хватку на руле, сбрасывает скорость.

— Продолжай, — цедит сквозь стиснутые зубы.

Рассказываю про наглый намек бывшего мужа, что Эраст меня не взял в жены, про его телефонный разговор с женой, про то, как Максим предложил мне ужин... вчетвером с ним и его женой, про последнюю угрозу: “будем говорить по-другому”.

— И прислал адрес ресторана, — заканчиваю я, чувствуя себя выжатой.

Эраст молчит. Только сжатые челюсти выдают его напряжение. Машина едет ровно, а внутри нее висит гулкая тишина, наэлектризованная молчаливой яростью мужчины. Я не замечаю, как мы сворачиваем в подземную парковку какой-то высотки. Только когда двигатель глохнет, а Эраст ставит машину на ручник и переводит на меня свой пристальный взгляд, осознаю, что потерялась во времени и пространстве, утонув в своем рассказе.

— Ты молодец, что не поехала на ужин! — говорит Эраст жестко, но в нем слышится одобрение.

Я слабо усмехаюсь:

— Спасибо.

Но Эрасту явно не до смеха.

— Ну каков же падонок твой бывший, — чуть ли не рычит он. — Пять лет прошло! Пять! А он все от тебя не отстанет. Нет, — мужчина резко поворачивается ко мне, глаза горят тем самым опасным огнем, что я помню, — я его встречу, точно ему морду начищу. На этот раз так, чтобы он надолго запомнил.

Сердце сжимается от страха не за Марка, а за Эраста. За этого сильного, надежного мужчину, который готов снова ввязаться в драку из-за меня. Я накрываю его руку, все еще лежащую на ручнике, своей ладонью, чувствую холод его пальцев.

— Не надо, — шепчу, глядя Эрасту прямо в глаза. — Он того не стоит. Меня больше волнует Аркадий Викторович и его угроза. Как думаешь, он может меня в черный список занести, если я уволюсь? Реально ли это? Мне... мне ведь больше негде будет работать здесь.

Эраст сводит густые темные брови к переносице. Задумывается на секунду.

— Подожди, дай мне позвонить. Узнаю кое-что. Пошли пока, — не задерживаясь, выходит из машины, огибает капот и открывает мою дверь.

Помогает мне выйти, сжимая мои ледяные пальцы в своей теплой ладони. Только после этого достает из внутреннего кармана пиджака телефон. Листает контакты с сосредоточенным видом, находит нужный и прикладывает аппарат к уху. Одной рукой он берет меня под локоть и ведет к лифтам. Серебристая дверь моментально открывается, никто даже не успевает нажать кнопку вызова. Ну и ладно, мы просто заходим внутрь кабины. Зеркальные стены отражают наше напряженные лица, когда Эраст произносит в трубку: