У меня глаза полезли на лоб:

— Там же учился Хьюи Биггс?

Он кивнул, улыбаясь:

— Ага. Там я познакомился с Хьюи, Гибси и Фили.

— Они твои друзья?

— К сожалению, — ухмыльнулся он.

— А ты не возражал? — спросила я. — Что пришлось повторять шестой?

— Я был в ярости, Шэннон.

— В ярости? — переспросила я, будто не замечая, как меня прошибает жар, когда он произносит мое имя.

Внутри все буквально искрило от этого чувства.

— Да. Я очень ждал, что пойду в Ройс вместе с друзьями из клуба. Черт, я кипел, когда родители вытащили меня и отправили в Томмен. — Он коротко рассмеялся. — Шесть лет прошло, а я все еще злюсь.

— Ну, ты вроде неплохо устроился здесь, — нерешительно сказала я. — У тебя много друзей, ты все еще играешь в регби и все такое.

— «И все такое», — усмехнулся Джонни, явно забавляясь. Он внимательно изучал мое лицо, прежде чем спросить: — Ты танцуешь?

— Нет. Почему спрашиваешь?

— Не знаю, — пожал он плечами. — Некоторые девочки танцуют вместо спорта. — Его взгляд скользнул по мне прежде чем вернуться к глазам. — Ты похожа на одну из тех… — он помахал рукой, пытаясь подобрать слово, — ну, этих, в пачках.

У меня глаза расширились:

— Ты считаешь, что я похожа на балерину?

Он кивнул, и я расхохоталась.

— Что? — улыбнулся он. — Ты маленькая. Это не такое уж безумное предположение.

— Ну, я не балерина, — сказала я, все еще смеясь. — И вообще никем не танцую. Я просто карлик.

У Джонни брови поползли вверх:

— Карлик?

— Ты на меня смотрел? — я указала на себя. — Мне пятнадцать, я еле-еле метр пятьдесят, и вешу фунтов восемьдесят пять.

— Ты весишь шесть стоунов? — выдохнул он, глаза расширяясь.

А у меня расширялись глаза от того, как быстро он посчитал.

Вау.

— Боже, я в зале жму в два раза больше твоего веса. — Джонни осмотрел меня, прежде чем спросить: — Ты правда всего пять футов?

— Если очень выпрямлюсь — да.

— Охренеть, а я шесть футов и три дюйма. — Он покачал головой. — Ты такая маленькая.

— Именно. — Я скривилась. — Карлик.

— Боже, неудивительно, что ты сложилась, как шезлонг, когда мяч в тебя попал, — пробормотал Джонни, снова потирая челюсть и оглядывая меня. — Я мог тебя пополам сломать.

— Тоже сравнение, — фыркнула я.

— Твоя мама все еще злится на меня?

— Моя мама?

— Да. — Кивок. — Она выглядела так, будто готова оторвать мне голову.

— Она просто испугалась, — пробормотала я. — Увидела, что мне больно, и сделала первый вывод.

— И первый вывод был, что я тебя избил?

Я неловко пожала плечами, не выдавая ничего:

— Такое бывает.

— Не со мной, — серьезно сказал он, его взгляд впился в мой. — Никогда со мной.

— Эй, не спеши с заявлениями, — попыталась я пошутить. — Я только что видела, как ты грозился отрезать Ронану член.

— Этот мелкий придурок не считается, — проворчал он. — Терпеть его не могу, но его дядя — тренер, так что мне приходится его выносить. Он постоянно нарывается, устраивает фигню на поле, тянет всех назад. Будто с малышом возишься. Это ежедневное испытание моего самообладания — не придушить его.

Я ухмыльнулась:

— Значит, вы не друзья?

Джонни фыркнул:

— Точно не друзья.

— Ну, он еще маленький, — оптимистично сказала я. — Может, повзрослеет.

— Как ты?

— Что?

— Ну, вы же в одном году, — поспешно пояснил он. — Но ты не ведешь себя как пятнадцатилетняя.

— Нет?

Он покачал головой:

— Ты производишь впечатление намного старше.

— Потому что я девяностолетняя женщина, замаскированная под подростка, — буркнула я.

— Это… — Джонни сморщил нос. — Странная мысль.

— Ага, — вздохнула я. — Еще какая.

— Так что ты делаешь? — неожиданно спросил он.

— Что делаю? — я ожидала, что разговор закончится.

— Да. — Ободряющий кивок. — В свободное время.

Я задумалась:

— Я ничего особо не делаю. Наверное, смотрю телевизор, слушаю музыку — и много читаю. — Пожав плечами, добавила: — Как видишь, я не особо интересная.

Джонни склонил голову, изучая меня своими ярко-синими глазами:

— Какие книги?

— Автобиографии. Художественные. Криминальные. Триллеры. Романы. — Я вздохнула, вспомнив стопку книг у себя в комнате. — Я не привередливая. Главное, чтобы аннотация зацепила. Если текст на задней обложке может меня втянуть — я покупаю.

Джонни смотрел на меня долго и внимательно.

— Ты — читатель, — сказал он наконец.

Это был не вопрос. Он будто отметил этот факт у себя в голове.

— Это хорошо.

— Ты читаешь? — спросила я.

Он скривился:

— Не так часто, как должен.

— То есть — нет? — поддела я.

— Честно? Нет, — признался он с перекошенной улыбкой. — Последняя книга не по школе была про Цыпленка Цыпу и падающее небо на голову говорящим животным — знаешь эту?

— Да, — хихикнула я, представляя Джонни, читающего сказки. — Я несколько раз читала ее Шону.

— Шону?

— Моему младшему брату, — объяснила я. — Ему три года.

— Не стоит, — предупредил Джонни, сдерживая дрожь. — Эта книга напугала меня до усрачки. С тех пор я больше не читал для удовольствия.

У меня отвисла челюсть.

— Ты сейчас серьезно?

— Черт побери, еще как серьезно, — огрызнулся Джонни, комически обиженный. — Я тогда был маленький. Это была из тех книжек «прочитай сам», где картинки вставлены вместо слов и всякое такое дерьмо. Они должны были поставить рейтинг 16+, потому что, клянусь богом, я правда верил, что все небо рухнет на меня. — Он покачал головой, вспоминая. — Я спал под кроватью, а не на ней, три гребаные недели, пока мой отец наконец не сдался и не перевел меня в одну из спален внизу.

— Почему? — хохотнула я. — Какой смысл спускаться вниз, если небо падает?

Джонни ухмыльнулся, и ямочки на его щеках стали глубже.

— А понимаешь, — хмыкнул он, постучав пальцем по виску. — В моей наивной шестилетней голове я думал, что если небо и правда рухнет, оно может пробить крышу, но точно не пробьет потолок первого этажа. У меня был бы больше шанс выжить на нижнем уровне.

— Умный ты был маленький парнишка, да?

— Да уж, что-то такое, — расхохотался Джонни. — Гребаный тупица.

— Вау, — фыркнула я, давясь смехом. — Высший уровень выживания.

Он хищно ухмыльнулся.

— Первый в мире бойскаут.

— Ты был в бойскаутах?

— Та ни хрена, — заржал Джонни. — Я прикалывался. — В его глазах плясало веселье. — А ты что, была в «Брауни»?

— Ох, точно нет, — покачала я головой, стараясь не расхохотаться. — У меня ужасные навыки выживания.

Голос Джонни стал чуть ниже.

— Не сказал бы.

Его выражение изменилось, став более напряженным.

Не выдержав этого взгляда, я отвернулась и посмотрела на часы на приборной панели.

8:25.

Господи, сколько же мы тут сидим?

— Скажи-ка мне, — отвлек меня Джонни. Он все еще улыбался, глаза теплые, тон мягкий. — Почему ты перевелась в Томмен?

Его вопрос застал меня врасплох.

— Я… э… — сцепив пальцы, я хрустнула костяшками и тяжело выдохнула. — Мне нужны были перемены.

— Перемены? — он поднял бровь. — Посреди подготовительного года?

— Это сложно и довольно личное… — мой голос затих, и я отвернулась к окну, хотя снаружи была только темнота.

Мне было некомфортно в этом разговоре.

Каждый раз, когда я думала о своей старой школе, меня накрывало новой волной ужаса.

Мои причины оказаться здесь не были темой, которую я готова обсуждать с кем-то.

— Эй. — Его пальцы коснулись тыльной стороны моей руки, голос стал ближе, мягче, проникающим. — Ты куда пропала?

От неожиданности я дернулась, мой взгляд метнулся от его лица к его большому пальцу, который все еще гладил мои костяшки, рисуя мягкие круги.

Это был безобидный, лишь привлекающий внимание жест, но меня больше всего потрясло то, что я не отдернула руку.