Ему тоже не нравилось.

Он делал вид, что ему все равно.

Но это не то, с чем он чувствовал себя комфортно.

Осознав это, я вложила свою руку в его.

Оглушенная, я последовала за Джонни к бару, где он заказал нам напитки, а затем он провел меня через боковую дверь в тускло освещенную комнату.

Здесь было более молодежно: бильярдные столы, дартс, джукбокс в углу.

Как и в основном зале, все оглянулись, когда мы вошли. Но, обменявшись с ним парой кивков и «как дела, Кав», они снова занялись своими делами.

Джонни провел меня к столику в углу. На этот раз он не сел на стул напротив, а положил наши напитки и сел рядом со мной на кожаную скамейку.

Отсюда было видно всю комнату, и мы были чуть укрыты от взгляда.

Иди домой, Шэннон, приказал мне внутренний голос. Тебе нельзя тут быть.

— Лучше? — спросил Джонни, устраиваясь рядом.

Я кивнула и потянулась к своей коле, не отрывая глаз от того, что происходило вокруг.

Я заметила нескольких мальчишек в дальнем конце лаунжа в форме БМШ, и от этого мне захотелось забиться под стол и исчезнуть.

Я так нервничала, что едва удерживала бутылку обеими руками, чтобы она не дрожала.

Увидев Сиару Мэлони — мою главную мучительницу из прежней школы и человека, который оставил мне шрам на веке, — сидящую среди них, я вся сжалась от страха.

Будто почувствовав мой взгляд, Сиара повернула лицо в мою сторону.

Прекрасно.

Просто прекрасно.

В тот момент, когда она меня узнала, в ее глазах мелькнула знакомая злобная вспышка — ровно на пару секунд, пока ее взгляд не скользнул к Джонни, сидящему рядом со мной.

Ее рот заметно приоткрылся, и она начала локтем тыкать девушку рядом — Ханну Дэйли, свою лучшую подругу и еще одну из моих мучительниц.

За нами снова наблюдали.

Но теперь это было связано не с тем, что он — местная знаменитость, а с тем, что меня здесь ненавидели.

В панике я опустила взгляд на стеклянную бутылку, зажатую между моих ладоней.

Дыши, Шэннон.

Просто дыши…

— Ты лживая маленькая шлюха, — прошипела Сиара, прижимая меня к стене за школой и сверля меня взглядом. — Ты смотрела на него.

Зная, что безопаснее молчать, я ничего не ответила и мысленно приготовилась к побоям, которые неизбежно последуют.

— Отвечай, сука! — рявкнула она, швырнув меня плечами о бетон так сильно, что воздух вышибло из легких в болезненном стоне.

Несколько девчонок вокруг расхохотались и зашипели, когда из моего горла вырвался жалобный всхлип.

Меня и так все болело — куда сильнее, чем эти девочки могли представить: последняя виски-истерика моего отца была причиной моей боли — и они наслаждались моими страданиями.

Мне это было не в новинку.

Меня всегда высмеивали.

Я всегда была чьей-то боксерской грушей.

И я ненавидела себя за то, что мирилась с этим.

Когда Сиара снова ударила меня о стену, я заставила себя проглотить подступающий всхлип и выдавить слова:

— Я не смотрела на твоего парня. — Я сглотнула. — Это он смотрел на меня.

Это была правда.

Ее парень всегда пялился на меня.

Мое объяснение принесло мне пощечину и рывок за волосы — настолько сильный, что я пошатнулась вперед, чувствуя себя слабой и беспомощной.

— Я тебя уничтожу, сука, — прошипела она мне в ухо и провела ногтями по моей щеке.

Ну давай, подумала я.

Ты не можешь разрушить то, что уже сломано…

— Расслабься, — прошептал Джонни мне на ухо, вырвав из воспоминаний. — Со мной ты в безопасности.

Его слова ошеломили меня, и я повернула к нему лицо.

Боже, он был таким красивым, что это почти причиняло боль.

Все в Джонни Кавана было совершенным.

Он был большой и сильный, а его лицо…

О боже, его лицо было лучшим лицом, которое я когда-либо видела.

— Почему я должна быть в безопасности? — выпалила я, защищаясь от собственных эмоций, потому что этот парень выбивал меня из равновесия так, как никто прежде.

Я ничего не могла понять, и мое сердце работало в режиме перегрузки, пытаясь поспевать за чувствами, обрушившимися на меня из-за его близости.

Страх, неуверенность, влечение, паника — все это било по мне разом.

— Я просто хочу, чтобы ты знала, что ты в безопасности, — ответил он, синие глаза впиваясь в мои. — Ладно?

Выдохнув прерывисто, я кивнула и придвинулась ближе.

Если бы можно было, я бы залезла к нему на колени и уткнулась лицом в его грудь, но он почти незнакомец, и такое поведение было бы… странным. Поэтому я просто придвинулась к нему боком.

Он, наверное, решил, что я сумасшедшая, но я была в двух шагах от панической атаки, и его присутствие удерживало меня на поверхности.

Джонни посмотрел на меня с любопытством, а затем перевел взгляд на стол старшеклассников в форме БМШ.

И я увидела это — в его глазах вспыхнуло узнавание, после чего лицо стало жестким.

— Мы можем уйти? — прошептала я, сердце бешено колотилось, и я сдерживала себя, чтобы не зарыться в его бок. — Пожалуйста?

— Мы уйдем, когда будем готовы, — сказал он таким низким и мягким голосом, что едва было слышно. — Подними голову, Шэннон, как река. — Спустя секунду он обнял меня за плечи и притянул к себе. — Никто не тронет тебя.

Облегченно я придвинулась еще ближе — ближе, чем прилично для почти незнакомых людей, — но мне было все равно.

Он был большой и сильный, и я отчетливо чувствовала: он говорит правду.

Я верила ему.

— Эти девчонки? — спросил он, наклонившись так, что его лицо было рядом с моим. — Что между вами?

— Ничего, — прохрипела я, сжимая бутылку так, что побелели пальцы.

— Почему я не верю? — тихо спросил он.

Я пожала плечами, опустила голову и спряталась за волосами, отчаянно желая накинуть на себя мантию-невидимку, как у Гарри Поттера, и исчезнуть, чтобы избежать еще одной боли.

Я больше не выдерживала.

— Посмотри на меня.

Я не посмотрела.

— Посмотри на меня, — повторил он спокойно, мягко.

Я не смогла.

Он пошевелился рядом, и вдруг его пальцы оказались на моем подбородке, мягко приподнимая мое лицо.

— Ты в безопасности, — прошептал он, ладонью погладив мою щеку, его глаза прожигали меня насквозь. — Обещаю.

Это слово.

Боже.

Одно это слово сломало меня.

Это было слишком.

Моя жизнь.

Эти девчонки.

Мой отец.

И посреди всего этого — только он.

Этот парень.

ГЛАВА 27

Держи голову

Джонни

Что заставило меня привезти Шэннон в Биддис, я никогда толком не пойму, но сейчас она была здесь — и выглядела еще более разбитой, чем тогда, когда я нашел ее, блевущей в школе час назад.

Да и я был не лучше.

Я пытался скрыть свою ярость, но, клянусь богом, я был близок к тому, чтобы кого-то убить.

По-настоящему.

Искренне.

Абсо-блядь-лютно.

Шэннон до смерти боялась этих девок.

Ее трясло.

Трясло.

Именно поэтому сейчас она была прижата ко мне, а моя рука крепко обнимала ее хрупкие плечи.

Я знал, что перехожу серьезные границы, но я отказывался позволять ей бежать от этих сук.

Я знал, что не должен ее трогать, но как, черт возьми, я мог не трогать?

Как просто сидеть и смотреть, как она сидит тут, такая испуганная и потерянная?

Не мог.

Если честно, хорошо, что она прикасалась ко мне — я был в двух секундах от того, чтобы сорваться и оказаться в отделении.

Это был не я.

Я не реагировал.

Я всегда все продумывал.

Но только не когда дело касалось этой девушки…

Блондинка в школьной форме БМШ на другом конце лаунжа снова поймала мой взгляд — и улыбнулась.

Я встретил ее улыбку холодным, жестким взглядом и с каким-то больным удовольствием наблюдал, как ее улыбка сползает, а глаза наполняются страхом.

Вот и бойся, подумал я. Ты понятия не имеешь, с кем связалась.

Я мог уничтожить этих людей.