— Лейтенант Джеймс МакКаллоу, — представился коп.

Ирландия или Шотландия. Акцента нет, так что по происхождению он уже американец.

— Так в чём дело, лейтенант? Откуда такой пристальный интерес?

— У вас отличный кошелёк, мистер Морнингтон. Только пустой.

Ага, потому что деньги там появляются по мере необходимости, как в анекдоте.

— Рассказать вам забавную историю, офицер? Заходит в кабак ковбой, а с ним страус и мокрая кошка. Все, естественно, в недоумении. Ковбой заказывает выпивку себе, закуску страусу и молоко — кошке. Приходит время расплачиваться, и хозяин говорит: с вас 34 доллара 98 центов. Ковбой суёт руку в карман и сразу достаёт необходимую сумму. Хозяин интересуется: это, конечно, не моё дело, но всё-таки — почему у тебя такая странная компания и ты так точно расплачиваешься? Понимаешь, говорит ковбой, я в молодости нашёл лампу, из неё вылез джин и сказал, что исполнит три моих желания. Ну я и попросил… чтобы у меня в кармане было денег столько, сколько мне надо, чтобы со мной рядом всегда была длинноногая цыпочка и у неё всегда была мокрая киска.

МакКаллоу несколько секунд пытался удержать лицо, но не сумел, рассмеявшись. Бородатый анекдот, но свежий для этого мира.

— Смешно. Намекаешь, что нашёл лампу?

Улыбаюсь.

— Нет, всё проще. Я снял квартиру на 57 East 18th Street. Её требуется обновление, и сегодня утром я заходил в контору братьев Уитлок.

Офицер кивал, показывая, что понимает, о чём идёт речь.

— Оставил всю наличность авансом, сэр.

Не развеял я сомнения лейтенанта полностью, но он сменил тему:

— На Джонса действительно будешь писать заявление?

— Ни в коем случае, — отрицательно качаю головой. — Там все друг друга знают, явно какое-то семейное дело.

— Да, очевидно, так, — подтвердил офицер. — Удачного дня, мистер Морнингтон.

Компания «Altman-Bloch Legal Counselors» лишь недавно превратилась из маленькой юридической конторы во вполне приличную компанию с десятком ведущих юристов и полусотней прочих сотрудников, твёрдо стоящую на ногах. Выгодные контракты, стабильность, кристально чистая репутация. Натан как раз перебрался в новый офис компании, выполненный без показной роскоши, но с требуемым лоском.

Заняв проданное с аукциона здание на углу Тиллари-стрит и Джей-стрит, Натан Альтман-Блох, основатель и ведущий партнёр, лично взялся за оформление нового помещения. Стены кабинетов украшали панели тёмного дуба, отполированные до блеска, гармонирующие с кожаными креслами глубокого шоколадного цвета. Окна выходили на оживлённую улицу. Светлые лампы из матового стекла равномерно рассеивали мягкий свет, придавая помещению уют и теплоту.

Рабочее пространство состояло из кабинета Натана, конференц-зала, переговорных комнат и просторного зала приёма клиентов. Особенное внимание уделялось техническим новшествам: электрические звонки на дверях, механические арифмометры для расчётов и специальные шкафы для хранения документов, обслуживаемые автоматоном, настроенным для быстрой сортировки папок. Но особой гордостью Натана были телефоны. Bell Telephone Company работала всего пятый год, и абонентов в сети пока насчитывалось не слишком много, но Натан уже сейчас мог, не выходя из кабинета, связаться с любым банком Нью-Йорка. Не все даже именитые юридические конторы могли подобным похвастаться.

Но текущая стабильная ситуация никак не соответствовала амбициям мистера Натана Альтмана-Блоха. Все текущие контракты были хоть и стабильными, но уже довольно мелкими. Все нынешние договоры были хотя и надёжны, однако столь малы, что стоило подумать о большем. Желая поймать крупную рыбу, он обратился за советом к своему партнёру, старому нотариусу Сэмюэлу Копперфилду, обладавшему редкой способностью внушать спокойствие одними своими сединами и приветливым обликом.

Их беседа была прервана стуком в дверь кабинета. Вошла секретарша миссис Сара Лински, дама среднего возраста с лицом добродушным, но способным становиться лицом строгого пастора, вгоняющего нерадивых сотрудников в священный трепет.

— Мистер Альтман, к вам посетитель. Некий господин Артур Эдвард Стрэнджфорд-Морнингтон.

Сара знала толк в деле отделения крупного клиента от мелкой рыбы, потому взгляд женщины выразил заинтересованность.

— Прошу пригласить этого господина, миссис Лински. Сэмюэл, продолжим позже.

Минуты спустя дверь открылась снова, впуская молодого джентльмена, одетого с иголочки. Юноша вошёл легко, словно привык чувствовать себя хозяином положения, беглым взглядом оценил обстановку кабинета, отметив расположение мебели и убранство стен.

— Позвольте представиться, мистер Альтман-Блох, чрезвычайно приятно, наконец, встретиться лично. Меня зовут Артур Эдвард Стрэнджфорд-Морнингтон. Осмелюсь полагать, наши интересы совпадают.

Он подошёл ближе, протягивая тонкую ладонь, улыбаясь открыто и искренне, вызывая симпатию. Натан увидел уверенность, даже лёгкую небрежность. Артур выглядел так, будто подобные переговоры проводит по десятку за день. Совсем не то, что ждёшь от молодого щёголя.

— Чрезвычайно польщён знакомством, мистер Стрэнджфорд-Морнингтон, — ответил Натан, слегка сжимая чужую руку.

Улыбающийся юноша продолжал говорить мягко, уверенно:

— Прошу звать меня просто Артур Морнингтон. Ваш американский практицизм не терпит длинных имён, потому не буду утруждать вас каждый раз называть моё полное имя и титул.

И, прежде чем хозяин кабинета смог возразить, гость удобно устроился в предложенном кресле.

— Вижу, вас не особо беспокоят нарушения правил вежливости? — спросил юрист, наблюдая нахальную ловкость нового собеседника.

— Мой опыт показывает, что соблюдение формальностей зачастую замедляет дела. Время — золото, мистер Альтман.

Натан уселся обратно в своё кресло, откладывая записи.

— Простите мне моё любопытство, но у вас есть титул? — уточнил юрист, занимая уже своё кресло.

— Был. Сейчас, надо полагать, уже упразднён. Либо продан кому-то другому. Такое бывает, когда разрушаются страны, либо в них меняется система отношений.

— Понимаю, — кивнул Натан. Уж его народ о таком знал не понаслышке. — Так чем конкретно я могу быть вам полезен?

— Я открываю компанию, мистер Альтман, — перешёл к делу Артур.

Юрист не мог не отметить формулировку. Не «я хочу открыть компанию», а «я открываю компанию». Это могло быть как незрелостью и поспешностью, что свойственно юности, так и признаком уверенности в себе.

— Превосходное начинание. В какой сфере вы собираетесь работать? — Натан достал чистый лист и начал заполнение тезисов.

— Промышленное производство.

Ручка скользит по бумаге, оставляя слова, написанные аккуратным и предельно чётким почерком.

— Планируется в дальнейшем создавать филиалы, охватывающие другие сферы?

— Непременно, — кивнул Артур.

— Вас не затруднит рассказать мне, какие именно направления планируются у этих филиалов?

— Нисколько не затруднит, — утвердительно кивнул Артур. — В первую очередь это логистика. Готовая продукция точно будет доставляться к месту назначения моими людьми.

Натан сделал запись, однако отметил:

— Понимаю ваше желание, однако как конкретно здесь, в Нью-Йорке, так и в целом по США достаточно компаний, занимающихся логистикой. Я лично могу назвать несколько, чью репутацию даже самый придирчивый джентльмен не назовёт иначе, чем безупречную.

Артур благосклонно кивнул.

— Ваши партнёры? Я с удовольствием воспользуюсь их услугами на первых этапах. Однако позднее я всё же создам специализированную службу, созданную под конкретно мои нужды. Поймите, мистер Альтман, юридическая контора, занимающаяся исключительно адвокатской практикой, в этой практике чаще всего будет лучше, чем любая универсальная контора, даже с самой безупречной репутацией. Так и с логистикой. Может оказаться, что другие конторы просто не в состоянии полностью удовлетворить мои желания и требования.