— Ах, Джейн! Прошу, просто Артур, — произнёс я дружелюбно, слегка склоняя голову в знак приветствия. — Очень приятно встретиться лично. Признаться честно, собственные дела препятствовали моему посещению вашего дома, да и не уверен был, понравится ли вам визит сам по себе.

— О, мы были бы так рады! — воскликнула Джейн, и в голосе её послышалась искренняя теплота. — Вам непременно следует посетить нас! Матушка будет так счастлива познакомиться с вами лично. А позвольте представить вам… — она замялась, потупилась и добавила совсем тихо, словно извиняясь: — Моего жениха, Сеймура.

Жениха? Я перевёл взгляд за ограду, где до этого момента прятался молодой человек. И… да. Этакий деревенский простачок. Нет, это не отражает полноты моего разочарования. Деревенский простофиля. Неприметный облик, тяжёлая челюсть, крупные уши и нос — отчего лицо его казалось карикатурным. Скверно сложён, одет опрятно, но нелепо, как поросёнок, напяливший балетную пачку.

— Хм… Добрый день, мистер… э-э… Мистер Морнингтон, — промямлил сей странный субъект, переминаясь с ноги на ногу.

Я глянул на девушку, снова на парня. Жених? Сейчас будут просить на свадьбу? Взгляд мой вновь вернулся к Джейн, на этот раз пристальнее. Овал лица, черты… Я видел фотографии семейства Стрэнджфорд, в том числе женской части, и определённая схожесть присутствовала. Несомненно, это была та самая девушка.

— Приветствую тебя, Сеймур, — поздоровался я ровно, без лишнего энтузиазма.

— Сеймур вызвался отправиться вместе со мной, — пояснила Джейн, теребя край платка. — Девице не подобает путешествовать одной, а путь был неблизкий. Я должна была сообщить вам… тебе лично, — поправилась она, снова краснея. — Мы все так рады, что у нас появился новый член семьи…

Вероятно, радость объяснялась полученной денежной помощью. Три сотни долларов в наши дни соответствуют годовому доходу семьи среднего достатка. Представьте: появляется забытый ранее родственник и вручает сумму, равную вашему заработку за четверть десятилетия, сопроводив подарок короткой записочкой: «У меня достаточно средств, держите немного наличных». Кто угодно испытал бы восторг.

— Артур, — пробормотала смущённая Джейн, и голос её стал совсем тихим, едва слышным, — мне известно, сколь сильно ты уже нам помог, и прошу прощения за мою дерзость, но… не мог бы ты помочь Сеймуру с работой?

Она опустила глаза, и вся её поза выражала такое смущение, что становилось ясно: просьба эта далась ей с огромным трудом. Сеймур тем временем переминался у ворот, не решаясь подойти ближе.

Я окинул взглядом бедолагу.

— Скажи-ка, парень, какими полезными навыками обладаешь? — спросил я, стараясь придать голосу доброжелательность, хотя, признаться, надменность ощущалась отчётливо.

Я не испытывал к этому человеку неприязни. Его внешность, воспитание, манеры были не в его власти. Однако сама мысль заниматься трудоустройством столь беспомощного субъекта, отвлекаясь от более важных дел… расстраивала, скажем так.

— Я… я могу работать усердно, — промямлил Сеймур. — За скотиной хожу, свиньи, птица всякая… Груз поднимать могу…

Ага. Носить круглое и катать квадратное. Что Сеймур выглядел жалко, понимала даже Джейн, и у меня возникало всё больше вопросов.

— Ясно. Присаживайтесь ненадолго, обсудим вашу судьбу отдельно, договорились?

— Да, конечно, мистер Морнингтон, — Сеймур, кажется, был рад выйти из поля моего внимания.

В офис девушку я не повёл — незачем, — вместо этого мы прогулялись по территории, благо места хватало.

— Артур, — продолжила Джейн робко, и голос её дрожал от волнения, — я понимаю, моя просьба может показаться неуместной, но Сеймур хороший человек, просто… он не умеет себя показать. Он добрый, и…

— Джейн, — я мягко коснулся руки девушки движением, принятым между братьями и сёстрами этой эпохи. — Я согласен принять Сеймура на подсобную должность. Платить буду по доллару-два в день. Только сейчас я хочу отправить письмо вашей матери — поинтересоваться обстоятельствами появления сей особы в вашем доме в статусе жениха.

Джейн не испугалась, но погрустнела. Будь она самозванкой или мошенницей, реакция была бы иной, а здесь чувствовалась какая-то внутренняя тоска.

— Дело в том, — начала она, и голос её стал совсем тихим, — изначально меня обещали замуж за брата Сеймура, Гарольда. Гарольд мне нравился, и… кажется, чувства были взаимны. Жизнь текла гладко, но в прошлом году Гарольд скончался. Тогда матушка решила сохранить помолвку, потому что мы небогаты, а приданого у меня нет. А Сеймур — славный малый, он согласился… только я… — она запнулась, опустила голову и добавила едва слышно: — я не могу заставить себя полюбить его.

В её голосе было столько тихого отчаяния, что я невольно задумался. Всеобщая история несчастья в миниатюре. Вопрос: следует ли вмешиваться? С одной стороны, да. Семейные узы здесь ценятся. От меня не убудет — с учётом будущих покупок это даже не карманные расходы, а мелочь, выпавшая из кармана. С другой стороны, общественное мнение о моей персоне меня не волнует — очень скоро это не будет иметь никакого значения. Единственные, чьё мнение я пока пекся, — собственные сотрудники. В их глазах репутацию надо блюсти.

— Джейн, я вижу ситуацию так, — сказал я серьёзно. — Если решение проблемы требует денежных затрат, значит, это не проблема, а расход.

— Но… — попыталась возразить девушка, однако я прервал её мягкой улыбкой.

— Сеймур получит место, не беспокойся. Пусть трудится добросовестно — и заработок придёт. Что же касается твоего приданого… — я сделал паузу, глядя, как она поднимает на меня глаза — в них светилась робкая надежда. — Денег у меня достаточно. Хватит, чтобы обеспечить приличную жизнь пятерым сёстрам, и я не ощущу особых трат.

— Сёстрам? — воскликнула Джейн удивлённо.

— Давайте забудем всю путаницу с родственниками, — сказал я. — Теперь ты и Лиззи будете моими младшими сёстрами, а Ник — братом. Каждый месяц я буду высылать средства вашей семье. Включая необходимые суммы на приданое и организацию свадьбы. Возможно, обзаведётесь новыми нарядами и…

Я не успел договорить. Джейн, забыв о всяком приличии, бросилась мне на шею. Объятие было искренним, по-детски доверчивым. Семья, видите ли, хлопотное удовольствие.

— Ой! — спохватилась она, отпрянув, и лицо её залилось краской. — Прости, я… я не должна была… — Она смущённо поправила платье, опустив глаза. — Просто я так благодарна, Артур. Так благодарна…

Её смущение было столь искренним, что я невольно улыбнулся.

— Всё в порядке, Джейн. Теперь мы семья.

Удалось успокоить девушку и отпустить домой. Я назначил сопровождающего, поручив доставить её в целости и сохранности. Сеймур же остался при офисе — моему новому сотруднику предстояло заняться очисткой полов, но, возможно, он окажется пригоден и для иной службы. Парень сам по себе неплохой человек, грех винить его за внешность и недостаток образования. Кстати, узнав о перспективе разрыва помолвки, он выразил искреннюю радость за Джейн — так что не безнадёжен.

Ах, если бы все трудности разрешались таким способом — броском нескольких бумажек с изображением президента Линкольна. Хотя в Гриффина тоже можно кидаться деньгами. В какой-то момент он даже перестанет возмущаться, я думаю, здесь лишь вопрос количества. Но если я начну так решать все проблемы, то устрою американской экономике инфляцию, сопоставимую с ростом великана из сказочных историй.

Решение проблемы легализации капитала оказалось столь же элементарным, сколь и запутанным в исполнении. Началось всё с поездки в штат Невада — и тут я должен радоваться относительно развитой железнодорожной сети. Всего-то неделю трястись в неудобных вагонах и спать в маленьких комнатах на станциях.

Городок Карсон-Сити, уже сейчас являвшийся столицей штата, встретил меня пыльными дорогами, пыльными людьми и пыльными бюрократическими процедурами. То есть «непыльная работёнка» — это точно не про мою поездку. Тем не менее я стал счастливым владельцем нескольких сотен акров земли к северу от крошечного поселения Карлин. Через него проходила железная дорога — я проезжал мимо буквально на днях. Сейчас Карлин даже не город, а станция на маршруте, отмеченная на карте. Живёт там от силы тысяча человек. Впрочем, это мелочи: скоро там будет куда больше народу.