В его горле зарождается низкий рык, и он наклоняется ещё ниже. Его губы оказываются так восхитительно близко, что я чувствую их прикосновение к мочке уха.

— Тогда давай устроим ему шоу, Лина.

Тяжело сглатываю, чувствуя, как бешено колотится сердце. Готова поспорить, он целуется просто невероятно. Было бы так легко сказать «да», позволить ему прижать меня к этой стене и поцеловать до головокружения.

Но это всё усложнит. Мне нужно сохранять ясную голову. Это деловая сделка, и он ясно дал это понять.

Я не могу позволить себе увлечься и поверить, что это нечто большее, лишь потому, что его тело вызывает во мне такой отклик. Это было бы безрассудно. Особенно учитывая, что я всё ещё не уверена на сто процентов, что доведу дело до свадьбы. Хочу оставить за собой право передумать, а если между нами что-то произойдёт, я потеряю всякую объективность.

Кладу руки ему на грудь и нежно целую в щёку.

— Спокойной ночи, господин Князев, — говорю, подавив смешок, когда с его губ срывается разочарованный стон. Но он отступает, давая мне пространство.

И вправду джентльмен.

— Спасибо за пиджак, — говорю, собираясь его снять. Но он перехватывает моё запястье, и по руке пробегает электрический разряд.

— Оставь. Вернёшь в субботу вечером.

— В субботу вечером? — хмурюсь я.

— Наше следующее свидание.

— А что, если у меня уже есть планы? — Вскидываю бровь.

Его губы снова изгибаются в намёке на улыбку.

— Правда есть?

Скрещиваю руки на груди.

— Нет. Но это не важно.

Он уже идёт к своей машине, но оборачивается через плечо.

— Я заеду в семь, Алина.

Кирилл

Блин! Сердце колотится о рёбра так, что, кажется, вот-вот проломит грудную клетку. Откидываюсь на прохладную кожу сиденья, но в ноздрях до сих пор стоит её запах, а на губах фантомный вкус её кожи.

Хочу ещё.

Гораздо больше.

Я же видел, что и она хотела. Видел по тому, как потемнели её глаза, как сбилось дыхание, стоило мне наклониться ближе, как всё её тело подалось ко мне навстречу. А теперь я сижу с каменным стояком, и всё, что мне остаётся — греться воспоминаниями о ней.

У меня никогда не было проблем с тем, чтобы уложить женщину в постель, и это новое чувство — незнакомое и дико раздражающее.

Достаю телефон и быстро печатаю сообщение:

«Может, посидим?»

Руслан отвечает почти мгновенно:

«Как свиданка?»

«В баре расскажу»

«Эмма спит»

Тяжело вздыхаю.

«Я Эмму и не зову»

Смотрю на три точки, которые то появляются, то исчезают.

«Через полчаса на месте. Дима с нами?»

«У него свидание с той моделью. Могу поспорить, у его вечера будет счастливый финал. В отличие от моего»

«Ха, до сегодняшнего дня я бы и про твой так сказал»

Представляю ухмылку на лице брата и закатываю глаза.

«До встречи»

Когда Руслан приходит, я уже заканчиваю второй стакан виски. Протягиваю ему его порцию через стол. Он делает большой глоток и смотрит на меня поверх стакана.

— Ну, рассказывай.

Пожимаю плечами.

— Прошло отлично. Не так хреново, как я ожидал.

Он кривит губы и кивает.

— Тогда впереди тебя ждёт только счастье.

Игнорируя его сарказм, делаю глоток виски, наслаждаясь дымным вкусом, обжигающим горло.

— Мы же не по любви женимся, так?

Руслан фыркает.

— Мне это точно не помогло.

Он допивает свой стакан и жестом просит официантку повторить.

— Ладно, я несправедлив. Свидание прошло хорошо. — Делаю паузу, разглядывая дно своего стакана. — Пожалуй, это был самый весёлый ужин с женщиной за всю мою жизнь.

— Тогда почему морда такая кислая?

Качаю головой и выдыхаю.

— Обычно самое веселье на моих свиданиях начинается после ужина.

По крайней мере, так было до недавнего времени.

— Так ты бесишься, потому что она тебе не дала? — хохочет Руслан.

— Нет, братан. Бешусь, потому что я сам её захотел. Я-то думал, это будет просто деловой ужин, а она меня, блин, удивила, — отвечаю я.

— Значит, заставит тебя немного побегать. Что в этом плохого? Разве не круто, что ты хочешь женщину, на которой женишься через пару недель?

— Да не знаю я, Рус. Это влечение всё усложняет.

Он хмурится.

— Или наоборот, упрощает. Если вы собираетесь делать детей.

— Не знаю.

Может, он и прав, но сейчас я чувствую только одно: я ввязался во что-то гораздо более серьёзное, чем думал.

— Она сегодня была другой.

Официантка ставит перед нами новые стаканы. Руслан благодарит её, оставляя щедрые чаевые. Она мило улыбается и хлопает ресницами, но всё его внимание приковано ко мне.

— В смысле — другой?

— В офисе она была тихой. Зажатой. А сегодня вечером — живая. Кокетливая. Дерзкая, мать её.

При воспоминании об этом уголки моих губ сами ползут вверх.

— Может, алкоголь её раскрепостил? — предполагает он.

— Очевидно, недостаточно, — усмехаюсь я.

Шум в голове от виски наконец-то помогает справиться с разочарованием. Руслан подхватывает мою шутку, и мы оба смеёмся.

— Да нет, дело не в этом. За три часа она выпила бокал шампанского и два бокала вина. Скорее, дело в её брате. Мне кажется, там между ними что-то странное.

Его губы кривятся в отвращении.

— Фу, блин! — восклицает он, и на секунду сквозь маску серьёзного гендиректора прорывается прежний пацан.

Легонько толкаю его в плечо.

— Не настолько странное, извращенец, — говорю, и он снова смеётся. Но, заметив тревогу в его глазах, понимаю, каким дерьмовым братом я был в последнее время.

— Как у вас с Эммой? — спрашиваю, и его улыбка тут же гаснет.

Он качает головой, отводя взгляд. Лишь тяжело вздыхает и делает ещё один большой глоток. После долгой паузы он снова поднимает на меня глаза. Они блестят от непролитых слёз. Моё сердце сжимается от боли за него.

Помню, как они с Эммой познакомились в универе. Она никогда не казалась мне подходящей парой, но я помню, какими счастливыми они были. Вот только этого счастья давно уже нет.

— Я не знаю, как всё исправить, Кир. Каждая моя попытка, кажется, только отталкивает её ещё дальше.

Ободряюще сжимаю его плечо.

— Так может, отец был прав? Не жениться по любви, а? — спрашиваю, осушая свой стакан.

Руслан допивает свой.

— То есть ты хочешь сказать, мне повезло, что я никогда не полюблю свою жену, — говорю, допивая свой виски. — А то, что от её дерзости, не говоря уже о её охрененно красивой заднице, у меня всё встаёт колом — это просто приятный бонус?

Руслан, смеясь, поднимает пустой стакан для тоста.

— Ты попал, брат.

Алина

Кирилл ждёт меня у подъезда, небрежно прислонившись к капоту чёрного лимузина. Скрестив руки на широкой груди, он источает ту самую ауру силы и уверенности, которая сводит меня с ума. На нём джинсы и тёмно-синее поло, без сомнения, сшитые на заказ, как и его безупречные костюмы с обложек журналов.

Направляюсь к нему игривой походкой, наслаждаясь тёплым летним вечером и предвкушая свидание с мужчиной, который заставляет моё сердце биться чаще.

Поймав его взгляд, улыбаюсь, не упуская момента, когда его глаза жадно проходятся по моему телу, задержавшись на загорелых ногах, которые выгодно подчёркивает короткое розовое платье.

— Привет, — выдыхаю, сама не ожидая, каким знойным и хриплым прозвучит мой голос.

Его взгляд темнеет, а челюсти напрягаются.

— Выглядишь потрясающе, — говорит он.

Щёки вспыхивают румянцем, не говоря уже о том, какой ураган поднимается у меня в животе.

— Ты тоже, — отвечаю, не в силах скрыть улыбку.

Он одаривает меня своей фирменной самодовольной ухмылкой. О да, он прекрасно знает, насколько неотразим. Могу поспорить, женщины твердят ему об этом каждый день.