— Поздравляю! Надеюсь, Вы и Ваша очаровательная невеста будете счастливы, — голос хозяина ресторана заставляет меня оторваться от неё.

Она тяжело дышит, её щёки раскраснелись, а губы припухли от моего поцелуя. Не могу отвести от неё взгляд, пока благодарю мужчину за поздравления и бесплатную бутылку шампанского.

— Такое чувство, что все на нас смотрят, — хрипло смеётся Лина.

Один взгляд на зал подтверждает её слова. Этот момент вдруг кажется слишком личным, чтобы делить его со всем миром. Но так не должно быть.

Это бизнес.

Я выбрал это место именно потому, что здесь людно. Я рассчитывал, что десятки незнакомцев снимут всё на телефоны, а фотографы будут ждать нас на выходе. К полуночи новость о нашей помолвке облетит все соцсети. Всё шло по плану.

Так почему же сейчас мне это кажется таким неправильным? Почему мне хочется утащить её отсюда, подальше от шума и фальши, и закончить этот поцелуй там, где нас никто не увидит?

— Кирилл, — хихикает она, разрушая мои чары. — Как бы мне ни нравилось видеть тебя на коленях, может, ты уже сядешь?

Поднимаюсь, но прежде чем сесть на своё место, сжимаю её руку. Наклонившись, шепчу ей на ухо:

— Не привыкай, Лина. Очень скоро на коленях передо мной будешь стоять ты.

Её дыхание сбивается.

Сажусь напротив и вижу, как её глаза озорно сверкают, а щёки становятся такими же красными, как губы. Мысль о ней, обнажённой и покорной, ждущей моего прикосновения, раскалённой волной удовольствия проходит по моему позвоночнику.

— Ваше шампанское, господин Князев, — прерывает мои фантазии официант. С трудом отгоняю видение того, как мой член погружается в прекрасное горло моей невесты.

Алина

Пока мы идём к машине, Кирилл накидывает мне на плечи свой пиджак. С наслаждением кутаюсь в тёплую ткань, вдыхая его аромат — терпкий, древесный, такой мужской. Одно лишь ощущение, что меня окутывает его запах, согревает до дрожи.

Нас поджидает парень с дорогой на вид камерой.

— Можно фото счастливой пары? — с надеждой спрашивает он.

— Конечно, — отвечает Кирилл, тут же притягивая меня к себе за талию.

Послушно кладу голову ему на плечо и улыбаюсь в объектив, отыгрывая свою роль. Ещё у ресторана нас встретила целая толпа фотографов, так что поза была отработана до автоматизма. И хоть всё это лишь игра, чувствую себя на удивление счастливой.

Есть мужчины и похуже, чем этот невероятно притягательный миллиардер, за которого меня могли бы выдать. Несмотря на свою ледяную ауру, он всегда рядом, когда нужна помощь.

А этот поцелуй… Ух! Если он так целуется, страшно представить, на что ещё способен его рот. Когда-нибудь нам ведь придётся заняться сексом, а опыт подсказывает: кто хорош в поцелуях, хорош и во всём остальном. Хотя, конечно, я могу ошибаться.

— Спасибо! И поздравляю! — вырывает меня из жарких фантазий голос фотографа.

Кирилл что-то коротко бросает ему и увлекает меня к машине. Стоило водителю тронуться с места, как я смогла наконец выдохнуть. Кажется, впервые с момента предложения я могу ясно соображать.

Поворачиваюсь к Кириллу. Он, как всегда, спокоен и невозмутим.

— Ну и ночка. Ты давно это задумал? Мог бы и предупредить.

Он чуть подаётся ко мне.

— Чтобы ты весь день изводила себя?

— Наверное, — признаю я.

Он подмигивает, и от этого жеста у меня дрожат коленки.

— Вот поэтому и не сказал.

— Думаю, предложения и должны быть сюрпризом.

— Именно. Кстати, ты отлично справилась.

Щёки вспыхивают. Не могу сдержать довольную улыбку.

— Вы тоже, господин Князев.

Он берёт мою руку и принимается рассматривать кольцо на пальце.

— Теперь, когда мы помолвлены, думаю, с «господином Князевым» пора завязывать.

— Ой, — надуваю губы. — Может, мне тогда звать тебя Айсбергом?

В его тёмных глазах вспыхивают дьявольские искорки, и у меня внутри всё сжимается. Не представляю, как этот мужчина с его точёными скулами, широкими плечами и этим испепеляющим взглядом вообще доживает до вечера без предложений разной степени непристойности.

— Кирилл. Просто Кирилл, Алина.

Склоняю голову, поджимая губы.

— А если просто Айс?

Он проводит языком по губам, и я тону в его шоколадных глазах.

— Как скажешь, Огонёк.

Блин! Да я бы всё отдала за этот язык… Трясу головой, отгоняя наваждение. Как это вообще возможно? Я выхожу замуж за Кирилла Князева, и прямо сейчас меня это ни капли не злит.

Кирилл провожает меня до самого дома, как и в прошлые два раза. Но сегодня он не прощается у подъезда, а заходит внутрь вместе со мной.

— Эм… А ты куда собрался, Айс?

— Провожу до двери, Огонёк.

— Но зачем?

— Ты теперь моя невеста, — пожимает он плечами. — Пора переходить на новый уровень, не находишь?

Дыхание спирает, а по телу разливается жар. Мысль о том, что он может сотворить со мной что-то невыразимо прекрасное, обжигает, но я понимаю — секс сейчас всё только усложнит. Мне нужно сохранять ясную голову хотя бы до свадьбы. Он и так уже заставляет меня чувствовать себя влюблённой дурочкой.

Между нами всё так зыбко. Такой мужчина, как он, может заполучить любую.

Вдруг он встретит кого-то получше?

Меньше всего мне хочется остаться с разбитым сердцем. Так что никакого секса.

И никакой влюблённости.

Ноль.

Его ладонь ложится мне на поясницу, и по коже пробегает электрический разряд. Губы касаются моего уха.

— Расслабься, Лина. Просто провожу. Я не напрашиваюсь в гости.

— Хорошо, — киваю, стараясь говорить ровно. — Просто чтобы мы понимали друг друга. Это всё только усложнит, а кому это нужно, верно?

Сжимаю зубы, заставляя себя замолчать.

Уголок его губ дёргается в усмешке.

— Уверен, никто из нас не хочет ничего усложнять, Огонёк.

О, а я бы хотела, чтобы ты всё усложнил, причём самыми разными способами. Прикусываю язык, чтобы не ляпнуть это вслух.

Когда мы доходим до моей квартиры, неловко переминаюсь с ноги на ногу. Глупо не пригласить его после того, как он провёл меня до самой двери, но если он войдёт… Боюсь, вся моя защита рухнет в один миг. Я и так уже на грани.

— Вот, это моя, — киваю на дверь и тереблю в руках ключи.

Он делает шаг, вжимая меня в дверное полотно. Сердце ухает куда-то вниз.

— Я не буду просить разрешения войти, Лина, — его голос становится низким, хриплым. Он упирается руками в дверь по обе стороны от моей головы. — Но я тебя поцелую.

Закусив губу, смотрю в его потемневшие глаза. Чувствую себя мышкой в лапах пантеры. Я не сопротивляюсь, и Кирилл накрывает мои губы своими. Они мягкие, но требовательные, и я тут же отвечаю. Он проводит языком по кромке моих губ, и я со стоном приоткрываю их, впуская его внутрь. Он пользуется этим без промедления, углубляя поцелуй, прижимаясь всем телом, вдавливая меня в дверь.

Цепляюсь за его рубашку, притягивая ещё ближе. Наши языки сплетаются в горячем танце. Из его груди вырывается стон, который тонет в моих отчаянных, полных желания всхлипах. Его твёрдая плоть упирается мне в живот.

Запускаю пальцы ему в волосы, но он лишь крепче прижимает меня к двери. В поисках облегчения от ноющей пустоты между ног, подаюсь ему навстречу, и он тихо рычит.

Но слишком скоро он отстраняется. Мы оба тяжело дышим, глядя друг другу в глаза. Я уже готова позвать его войти, но он лишь нежно целует меня в лоб.

— Спокойной ночи, Огонёк, — говорит он, разворачивается и уходит по коридору.

Прислоняюсь лбом к холодной двери, осознавая лишь одно: Кирилл Князев разобьёт мне сердце.

И я ему это позволю.

Алина

— Видела? — ухмыляется Ярослав, швыряя передо мной стопку глянцевых журналов.

Я лишь мельком скользнула по ним взглядом — мне и не нужно было вглядываться, чтобы понять, о чём там. Ещё вчера утром Тимур завалил меня ссылками на новостные сайты и прислал целую кучу хохочущих смайликов. Кажется, теперь весь мир в курсе нашей с Кириллом помолвки, которая случилась позапрошлой ночью.