— Ты так говоришь, будто поддерживаешь её, Ханг, — недовольно заметил худой.
— Не поддерживаю, просто расставляю все точки над «и», — с всё такой же постной миной ответил тот. — Мне не нравится, как чужаки наводят у нас свои порядки, но нарываться на прямой конфликт я не готов. Однако учитывая то, что угроза для фронта сейчас отсутствует — за что нужно благодарить как раз столичных убийц и красного Джона — мы можем себе позволить… определённые манёвры. Но ни в коем случае нельзя связываться с северянами напрямую! Скван стал живым, на своё горе, и крайне наглядным примером того, на что готовы пойти наши оппоненты. Тем более объявленное военное положение дарит нам не только пространство для манёвра, но и в случае провала грозит ускоренным процессом и казнью.
— А кто говорит — связываться напрямую? — погладив ус, спросил самый упитанный из троицы и, отпив из бокала, закусил канапе. — Северные бандиты так распоясались, что…
— Нет! — перебил его худой. — Никаких больше боёв в городе. По нашей репутации это ударит сильнее, чем по столичникам. И так на каждом углу и даже в мелких жёлтых газетёнках вовсю вешают всех собак именно на некомпетентное управление внутренними войсками, полицией и разведкой. Бьюсь об заклад, что это неспроста. Подстраховались от ответного удара в своём же стиле, сволочи!
— Но против самой идеи — воспользоваться северянами — возражений нет? — уточнил седоусый.
— Нет. Эти варвары после своего унизительного разгрома сами ищут, как отыграться и восстановить пошатнувшийся авторитет. Глупо не воспользоваться их наивностью.
— Но прямых контактов, которые позволят на нас выйти, допускать нельзя, — затушив окурок старой сигареты и запалив новую, добавил любитель подымить. — Кажется, столичные убийцы увлеклись нападениями на важные узлы по ту сторону? Почему бы северянам не устроить засаду?
— Предлагаешь нам сообщить им координаты подходящей цели и одновременно предупредить бунтовщиков Сейки? — уточнил худой.
— Нет! Не нам. Достаточно навести на эту мысль тех, у кого есть желание и возможности. Таким образом, мы ослабим столичных, а когда вернётся эта их Повелительница Падали, она ослабит виновных в гибели своих подчинённых.
— А мы тем временем спокойно спустимся с горы и покроем всё стадо, — разулыбался седоусый. О якобы страшно терзающей его офицерской чести он как-то странно быстро забыл.
— За это нужно выпить! — подхватил бокал худой.
— Бесспорно, — взял свой курильщик.
— За успех! — озвучил тост седоусый, после чего встретившиеся стеклянные края издали дружный звон.
* * *
— …Так всё и произошло, высочайший, — угодливо поклонился толстый седоусый генерал своему высокородному собеседнику. — Ваш гениальный план сработал, как вы и предполагали.
— Ещё бы, — с самодовольным высокомерием усмехнулся Бирос. — Это ведь я его придумал.
Говоря это, экс-наместник искренне верил в свои слова. Даже несмотря на то, что «его» план составлялся, по большей части, разного рода приближёнными к телу советчиками, на предложения коих Бирос благостно кивал и время от времени озвучивал кое-что из того, к чему его аккуратно подводили. Впрочем, то было обычной для наместника практикой.
— Разумеется, — с готовностью согласился генерал. — Чего ещё можно было ожидать от того, в чьих жилах течёт кровь Императоров?
— Присаживайся, мой друг, — удовлетворённый лестью, доброжелательно махнул холёной кистью аристократ. — Выпей вина, откушай фруктов и расскажи, чего хочешь за своё содействие.
— Как без сомнений знает высочайший, мой род и я лично владеем некоторыми шахтами и предприятиями на территории Северного королевства. И этот бандит Сейка посмел разгромить часть из них даже до начала своего бунта, а остальное национализировал после.
— Вам всё вернут, я лично прослежу, — милостиво кивнул Бирос. — Шем, бездельник, запиши в моём журнале!
— Мы… очень крупно вложились в приобретение перспективной серебряной шахты, — продолжил усач. — Пришлось взять займ под залог остальных предприятий, расположенных на ваших землях. И теперь, когда эти бессовестные банкиры не признают наше право собственности над захваченным бунтовщиками имуществом и требуют новых гарантий…
— Ни слова больше! Казна возьмёт на себя гарантии и выплаты процентов до тех пор, пока вы не получите свои земли и предприятия обратно, — отпив из бокала, щедро распорядился бюджетными деньгами бывший наместник (благо, никто его в отставку не отправлял и полномочия у него сохранились). — Восстановление разрушенного варварами тоже проведём за государственный счёт. А теперь давайте выпьем. За нашу успешную месть, которую оплатят другие! — подняв бокал, провозгласил тост будущий триумфатор.
* * *
Утро началось феерично.
Сначала меня выкинуло из сна звуками тихой и нежной мелодии флейты, которые словно сладкий яд проникали в энергетику и заставляли некоторые участки резонировать с собой, нагоняя усталость, расслабляя и усыпляя. Ну, так должно было происходить с нормальными людьми и воителями, которые не способны чувствовать свою энергетику на уровне одной скромной некроманси. Для меня же случившееся напоминало лёгкую щекотку, вызванную множеством ползающих по телу и непрестанно пытающихся проникнуть под кожу червей. Да, не самое приятное сравнение, но испытываемые ощущения оно передавало довольно точно.
Полагаю, тейгу Скрим, который, как нетрудно догадаться, и являлся источником воздействия, мог действовать намного тоньше; но вот его носитель, любящий уродовать симпатичных девиц — не факт.
Не нужно думать, что злая от такой наглости некроманси просто лежала и под мелодию чужого воздействия — кое по факту являлось прямым нападением — лениво катала в голове мысли. Нет: откинув одеяло и подхватив Яцу, я вполне бодро двинулась на выход. Для начала следовало посетить номер Кей Ли, которого подленькая музыка скорее всего либо усыпила, либо вогнала в более глубокий сон. Однако учитывая тот факт, что источник воздействия находился внизу, в гостиничном ресторане — вместе с ещё двумя достаточно мощными сигнатурами — и намерением броситься в драку не фонил (хотя веяло от него чем-то мерзко-тёмным), я сочла «переход в максимальное ускорение и прошибание собой стен и незамедлительную атаку»… излишними.
Пока.
Эскалировать конфликт можно и потом. Ведь нас явно не собирались убивать. «Просто» желали продемонстрировать своё превосходство. И, вероятно, покуражиться.
Ур-роды!
Вылетев из номера, я щёлкнула замком соседней двери — благо ключ у меня имелся — и метнулась в спальную комнату товарища. Тот, как и следовало ожидать, спал. Раскинувшись в позе морской звезды и сбросив с кровати одеяло, это голое туловище сладко сопело в подушку.
«Блин, если не любишь пижамы, так хоть трусы носил бы!» — недовольно пронеслось в голове при виде открывшейся картины.
Ничего из того, что могло шокировать регулярно работающую с человеческими телами некромантку и немного некрохимеролога, которая в прошлой жизни и сама была парнем, я, естественно, не увидела. Но волосатая (на самом деле нет, но сие уже детали) мужская жопа и муди — это не то, что мне бы хотелось наблюдать с утра. Да и не с утра тоже.
Хотя ладно.
Впрочем, мимолётно пожалеть, что не взяла вместо своего шебутного зама Сену (у которой как раз-таки имелось, чем в аналогичном положении порадовать глаз и поднять настроение одной доброй, но на данный момент несколько раздражённой девочки-волшебницы) это не помешало.
В любом случае, тема эксгибиционизма Кея — явно не то, что достойно детального осмысления. Тем более в текущей ситуации.
На стандартные попытки его разбудить «спящая красавица» не реагировала, поэтому я (не без толики садизма) осчастливила нашего засоню порцией бодрящей негативной энергии. И вот это результат возымело, да ещё какой! Тело парня выгнулось дугой в болезненном спазме, а потом, резко ускорившись, на рефлексах нанесло удар (который, естественно, пришёлся по воздуху) и перекатилось в противоположную от угрозы сторону.